Точнее, ее полное имя – Эльфриде, одна из сестер-основателей Черной церкви. Она, будучи негорящей и играя как раз ту самую роль пепельного, сумела завоевать доверие местных жителей, которые с радостью открыли для нее двери своего королевства. Манипулируя королем Арианделем, она заставила его изгнать юную художницу из мастерской. Кроме того, Фриде убедила рыцарей-воронов подчинить себе отверженных[400], чтобы никто больше не посягал на будущее картины. В знак поддержки Огня колокол деревенской церкви, похожий на колокол в Храме Огня, был снят и оставлен на земле, чтобы больше его звон не разносился по округе. Цель сестры Фриде, сторонницы Черной церкви Лондора, – не допустить, чтобы Огонь добрался до Нарисованного мира Арианделя, ведь картине предстояло сгнить и погрузиться во Тьму.
Эти хитрые действия позволили Фриде установить контроль над событиями в нарисованном мире, и картина действительно начала гнить. Но местные жители все еще верили, что Фриде – та самая негорящая, а пророчество отверженных тем временем становилось все сильнее, и вот уже для вдохновения художнице нужен был не один, а сразу несколько негорящих. Однако далеко не все обитатели мира купились на ложь Фриде. Одному рыцарю Гаэлю, который раскусил двойную игру Эльфриде, удалось выбраться из картины.
Начало путешествия Гаэля
Гаэль был рыцарем-рабом в своем мире, и его доспехи повествуют, что ему подобные были «расходным материалом для самых жутких сражений». Гаэль, считающийся никем, как и негорящие в реальном мире, тем не менее смог завести дружбу с юной художницей, которую он называет «госпожа». Эти двое очень уважительно относятся друг к другу. Несомненно, что Гаэль понял темные замыслы Фриде, когда увидел, что его подругу изгнали из мастерской. Его необыкновенная воля и мужество позволили рыцарю-рабу сбежать из-под контроля Фриде и покинуть нарисованный мир.
Спрятавшись под красной мантией слуги и густой бородой, Гаэль оставался практически незаметным. Выйдя из нарисованного мира, он сумел забрать с собой кусок картины («то, что от нее осталось и еще не совсем сгнило», как говорит сам Гаэль) и добраться аж до королевства Лотрик. Мы находим его в Храме Глубин, где он читает молитву за родную землю: «Всеблагостная богиня, матерь отверженных, лишенных пристанища… Прошу, засвидетельствуй нашу решимость… Огонь на Ариандель, огонь на Ариандель… И пепел, чтобы разжечь пламя…» Позже он обратится к игроку и предложит ему начать новое путешествие: «Итак, у меня к тебе просьба. Моя госпожа живет в холодных землях Арианделя. Прошу, покажи ей пламя. Истинное пламя, способное выжечь гниль. Если ты и правда из пепельных, то это ведь именно то пламя, что ты ищешь?» Когда игрок коснется куска холста, который протянет Гаэль[401], он сразу же перенесется в мир Арианделя, где и начинается первое DLC.
Второй негорящий
Пока игрок бродит по нарисованному миру и тратит время на сражения с преследователями Фаррона и милвудскими рыцарями, его путь пересекается с отверженными, которых угнетают рыцари-вороны. В деревне бушует резня – мирных жителей, отверженных, преследуют и убивают палачи Фриде. «Трудно не заметить, что этот мир разлагается. Но эта ведьма обманула нашего доброго Отца и забрала пламя», – с этими словами главного героя встречает один из мирных врановых. Понимая, что происходит, он также сообщает: «Прошу, исполни наше желание. Пусть легенды станут правдой, и этот мир выгорит. Моя госпожа должна увидеть пламя – тебе лишь надо ей его показать». Госпожа – не кто иная, как юная художница, которую игрок встретит чуть позже в библиотеке, путь к которой заблокирован сиром Вильгельмом, правой рукой Фриде. Пленница узнает в главном герое того самого спасителя, о котором рассказывал Гаэль: «Кажется… я слышу запах пепла», – говорит она, отмечая родство негорящих с Огнем. «Наверное, это о тебе говорил дядюшка Гаэль. Ты покажешь мне пламя», – добавляет госпожа. Освобожденная девушка вернется в свою мастерскую на чердаке, куда скоро попадет и наш аватар. Художница сидит перед большим почти чистым холстом – это ее следующая работа, которая должна стать заменой Нарисованному миру Арианделя, когда тот будет поглощен Огнем. «Я хочу написать картину. О холодном, темном и очень спокойном месте. Однажды она станет для кого-то уютным домом. Поэтому мне и нужно увидеть пламя». Так художница рассказывает нам о своем предназначении и о будущем мире, который будет выполнен в той же тематике, что и другие нарисованные миры: снежные пейзажи, рассеянный лунный свет, пристанище для неприкаянных душ… Но пока пламя находится под защитой отца Арианделя, которого контролирует Фриде, ее полотно так и останется пустым.
Недалеко от мастерской, в этой же часовне, возле лестницы сидит сама Фриде. О себе она говорит как о добром человеке, преданном своему народу[402]. Негорящая кажется нам вполне искренней, что показывает двойственность этого персонажа, что совершает ужасные действия против тех, кого должна защищать. Так или иначе, она просит игрока оставить нарисованный мир и вернуться к своим делам. Во время диалога с Фриде мы можем услышать приглушенные звуки удара кнута. Это отец Ариандель, который находится в комнате внизу. Гигант, привязанный к креслу, самозабвенно бьет себя Розой Арианделя – кнутом с несколькими хвостами и острыми лезвиями, – проливая кровь, чтобы унять пламя в огромном котле. Кровью действительно можно «задобрить пламя»[403], которое слишком разбушевалось, чувствуя приход негорящего в нарисованный мир.
«Я вижу пламя. Пламя снова мерцает. Недостаточно крови пролито. Мой бич… Подай мне бич. Ах, Фриде. Почему ты глуха к моему призыву? Дай мне бич, скорее… Ах. Приведи мне Фриде, прошу. Ты что, не видишь? Пламя снова мерцает. Скоро оно запылает, да-да, я вижу, я чувствую…» – эти жуткие слова говорит Ариандель, когда игрок приближается к нему, готовясь провести одну из самых напряженных битв трилогии. Затем появляется и сама Фриде, говорящая гиганту: «Не волнуйся, Отец. Нам не пригодится твой бич. Это лишь пламя дрожит от приближения заблудшего пепельного». После этих слов она нападает на игрока. После поражения Фриде отец приходит в ярость и поджигает комнату, опрокидывая котел. Нам придется сражаться с гигантом посреди бушующего пламени. Гигант, освободившись от цепей, начнет использовать котел как оружие. Он, как и Фриде, не лишен некой дуальности: много лет подряд он пытался погасить пламя, следуя советам наставницы, но когда понял, что потерпел поражение, то испытал своего рода облегчение. Он даже цитирует пророчество своего народа: «Когда пепельных будет двое, пламя воссияет. Ты из пепельных, и огонь, конечно, подходит тебе…» Этих слов вполне достаточно, чтобы понять ход размышлений Арианделя. Он знает, что им манипулируют, а его народ страдает, но в нем все еще жива надежда на то, что старое пророчество сбудется и пепельные вновь разожгут огонь. Затем Фриде раскроет свою истинную форму Черного пламени и снова вступит с игроком в смертельную дуэль, по окончании которой Огонь все же вернется в нарисованный мир.
После этого художница наконец найдет вдохновение в огне, который снова разгорится внутри котла: «Я слышу треск пламени… И скоро я его увижу… Спасибо тебе. Я закончу свою картину», – говорит она, облегченно вздыхая. За стенами собора отверженные наконец-то смогут стать свидетелями разрушения своего мира в пожаре, после которого появится место для нового произведения. Отверженный благодарит игрока[404]: «О боже, спасибо. Я уже слышу треск пламени. Звук того, как горит мой дом, картина Арианделя…» Вот они, странные и интересные традиции нарисованных миров.
Пламя помогло художнице отыскать вдохновение, которого ей так не хватало после появления сестры Фриде, но для завершения картины не хватает еще одной детали – особого пигмента. Ее последние слова намекают на то, что путешествие еще не окончено: «А дядюшка Гаэль скоро принесет мне пигмент. Пигмент цвета темной человеческой души…» Другими словами, должна сгореть в огне Тьма человеческой души, чтобы дать начало новому нарисованному миру. Отметим один пароним[405]: слово «пигмент» по звучанию похоже на слово «пигмей»… а ведь это слово неразрывно связано с хитрым карликом, давшим начало человеческому роду, как нам говорит мифология Dark Souls! Отличное завершение первого DLC и явный намек на второе – The Ringed City.
Конец мира
Основная тема DLC The Ringed City – поиски рыцарем-рабом Гаэлем того самого пигмента, который так необходим юной художнице, хотя в этом дополнении и раскрываются некоторые ключевые события, произошедшие на заре эры Огня. Получается, что два дополнения представляют собой цельное произведение из двух частей, вторая из которых призвана положить конец миру Dark Souls. На протяжении всего DLC игрок будет следовать за «образом» Гаэля, ориентируясь по оставленным рыцарем-рабом подсказкам – это не только сообщения на земле, но и куски красной ткани от костюма Гаэля. Именно таким образом мы изучим и Город за стеной, и груду отбросов.
Груда отбросов на краю мира
Первая локация, где мы оказываемся, – это зона сближения миров, похожая на то, что мы видели в Печи Первого Пламени, где сражались с Душой Пепла. Локация пропитана атмосферой апокалипсиса, усиливающейся за счет солнечного затмения – символа темной метки. Все миры буквально сходятся в этой жуткой точке: пейзажи изгибаются, а здания разбиваются на хаотичные осколки. «В конце эпохи огня все земли сойдутся на краю света. Великие королевства и жалкие городки ждет одна и та же участь. Все человеческие усилия пойдут прахом. Поэтому меня так захватывает это грандиозное зрелище», – говорит игроку карга с каменным горбом, пилигрим, сидящий на вершине груды отбросов, откуда открывается впечатляющий вид.
Среди массы обломков можно разглядеть и остатки замка Лотрик. Мы видим тела нескольких рыцарей, а также обломки знаменитых скульптур, например статуи рыцаря с головой в руках, и множество других элементов, связанных с этим королевством. Один из них – заклинание Направленное исцеление, «Чудо, созданное в п