Юн Со издала хриплый смешок.
- Можете не продолжать. Ваш хозяин был задротом и дрочил на хентай.
Доктор взял со стола тонкий щуп и коснулся им ее руки.
Дикая боль прошибла ее нервы от кончиков пальцев до головы.
- Запомни. Нельзя пренебрежительно отзываться о хозяине. Будь вежливой, учтивой и покорной. Твой хозяин выбрал тебя потому, что ты похожа на его любимую героиню.
- Знаю, - сказала она, еще содрогаясь от болевых спазмов. – Шикимори-сан. Очкастая шлюха-девственница. Мне многие говорили, что я на нее похожа.
Доктор снова улыбнулся.
- Значит ты понимаешь. Прекрасно. Будешь все делать, как делала Шикимори-сан, и все будет отлично.
Юн Со хмыкнула, припомнив эти стремные мультики. Шикимори-сан только и делала, что постоянно сосала, раздвигала ноги, стояла раком, тыкая в экран своей огромной жопой. У нее даже слов почти не было. Простенький сюжет был завязан на том, что у нее каждое утро восстанавливалась девственная плева, после чего она отправлялась на поиски приключений и трахалась с каждым встречным и поперечным – одноклассниками, учителями, полисменами, врачами, подводными монстрами и инопланетянами.
- Хорошо, - сказала она. – Хозяин купил меня, чтобы трахать. А когда я ему надоем, он меня отпустит?
- Я бы не загадывал так далеко, - сказал доктор. – Сейчас перед нами стоит цель довести тебя до кондиции. До тех пор хозяин к тебе даже не прикоснется.
- В каком смысле кондиции?
Доктор щелкнул пультом. За его спиной зажегся большой экран.
Юн Со сразу узнала изображение.
Шикимори-сан. В полный рост. Вид спереди, сбоку, сзади.
- Как видишь, - сказал он, - ты похожа на нее только очками и лицом. Твой хозяин поставил передо мной задачу сделать из тебя ее полную копию.
Она похолодела.
- Но…
- Да, задача не из легких. Придется увеличить твою грудь примерно на семь размеров. Удалить пару ребер, чтобы сделать осиную талию. Закачать жир в ляжки и ягодицы. Возможно, удлинить кости ног за счет протезов. Но мы с тобой справимся. Ведь так?
Она онемев смотрела на экран, понимая, что эта нарисованная гипертрофированная женственность – теперь ее будущее. Сиськи как арбузы, жопа размером с грузовик.При этом длинные ноги, узкая талия и нежное личико в очках. Ее личико. Типичный хентай.
- Вы не можете…
Он пожал плечами.
- Почему? Такова цель. Не волнуйся, я хороший пластический хирург. Задача выполнима. Опасение вызывают разве что бедра и ягодицы. Такое увеличение объема может не выдержать кожа. Лопнет. Но я подумаю над вариантами.
Юн Со почувствовала, как по щекам текут слезы.
- Вы… гребаные ублюдки…
- А вот оскорблений не надо. За неучтивость наказание – боль.
Он снова потянулся за щупом.
Дверь вдруг раскрылась.
В темном проеме стоял толстяк с разноцветными волосами и в заляпанной соусом футболке.
Он шагнул вперед, елозя по ее телу масляными свинячьими глазками.
- Господин Дэвидсон, - доктор резво отошел в сторону. – Ваша рабыня.
Толстяк осклабился.
- Шикимори-са-ан!
Слюни потекли по его подбородку.
Когда его потные лапы вцепились в ее груди, она поняла, что этот жирный, похожий на пингвина урод – теперь ее хозяин.
И завизжала.
11
Отсюда, сверху, пристань была как на ладони.
Так же как три ряда оцепления – на лестнице, у входа на причал и перед яхтами. Еще два десятка наемников в песочной форме слонялись без дела по территории, курили, болтали, таскали какие-то ящики. Шлюпка с арабского лайнера выгружала на причал еще дюжину бойцов.
На нижней площадке торчал «хаммер» и медленно поворачивал пулеметное гнездо.
- Быстро они среагировали, - сказал Хантер, убирая бинокль.
- Думаешь, это все по нашу душу? - спросил Дарио.
- А по чью же еще? Товар похитили. Товар надо найти. Баргас наверняка всех на уши поднял. Еще не пожалел, что ввязался?
Дарио обернулся.
Пятеро девчонок жались друг к другу вокруг костра. Изабель обнимала за талию Сабрину, Ао безмятежно улыбалась, Жасмин делала вид, что одна и не при делах. А Алина время от времени бросала на него косые взгляды.
Он до сих пор помнил ее нежную кожу под своими ладонями.
Проклятье. Это никуда не годится.
- Нет, - ответил он. – Не пожалел. А ты?
Хантер пожал плечами.
- Я полицейский. Это моя работа. И потом… Мне рассказывали, что здесь беспредел творится. Но чтобы до такой степени…
- Надеешься, нам удастся этот беспредел остановить?
- Нет, конечно. Кто мы и кто они. Я смотрю реалистично. Если вот их, - Хантер кивнул за спину, - получится отсюда вывезти, я уже буду считать, что работа выполнена.
- И как вы нас собираетесь отсюда вывозить? – вдруг раздалось сзади.
Алина опустилась на землю, вклинилась между ними и выглянула из-за россыпи камней.
- Пока не знаю, леди, - улыбнулся Хантер, тактично отодвигаясь. – Но мы обязательно что-нибудь придумаем.
- Если на вашем катере, то мы все там не поместимся. Сколько он может взять? Троих?
- Четверых. Придется делать два рейса.
- В любом случае, на пристань мимо такой толпы солдат мы точно не проберемся.
- А вам это и не обязательно, - Хантер прямо-таки излучал уверенность. – Главное, чтобы это сделал я. На острове же не одна бухта. Не волнуйтесь, милая леди, у нас все получится.
Он потрепал ее по плечу и отполз назад.
- А вы что думаете? – спросила она Дарио, стараясь на него не смотреть.
- Думаю, надо отсюда как можно быстрее уходить. Это место – тупик. Если сюда доберутся, оно станет ловушкой.
Пещера одной стороной выходила к морю. Внизу под ними было сто метров отвесной скалы, залив и причал. Отсюда было только два выхода – назад в лабиринт подземелий или по веревочной лестнице наверх, на вершину скалы, куда Хантер умудрился загнать квадроцикл.
- Ага. Уходить. Вопрос куда. Вы мне лучше скажите, как будете Юн Со спасать.
- Юн Со?
- Да. Ту, которую продали.
- Боюсь, это нереально. Видите вон ту темно-синюю яхту? – Дарио показал вниз, на пристань. – Она принадлежит Ивару Дэвидсону. Это он купил вашу подругу. Его яхта нашпигована самыми современными системами защиты. Туда даже попасть невозможно, не говоря уж о том, чтобы что-то выкрасть.
- Да? – саркастично сказала Алина. – Ну что ж. Спасибо, что показали.
Она развернулась и стала отползать от края пещеры.
Взгляд Дарио ненароком скользнул по ее ногам.
Среди тряпок, принесенных Сабриной, были в основном маечки, топики со стразиками и джинсовые шортики, больше смахивающие на трусы. Форм они совершенно не скрывали.
- Подождите, - сказал он. – Я хотел извиниться.
Она удивленно посмотрела на него.
- За что?
- Ну, за то, что случилось там. В подземелье.
- А, вы про то, что пощупали мою жопу и немного возбудились? Ничего страшного. Мы уже привыкли, что нас тут все постоянно лапают.
Она встала, наклонилась и стала отряхивать колени, будто специально повернувшись к нему задом.
Дарио быстро отвернулся. Он был уверен, что проклятая девчонка его нарочно дразнила.
Алина присела ближе к огню и принялась жевать шоколадный батончик, едва заметно улыбаясь и слушая ленивые пререкания Сабрины и Жасмин.
- Я просто хочу знать, откуда ты взяла эти замшелые тряпки, - спросила Жасмин. – Они воняют плесенью, канализацией и бабушкиной мандой.
- Вот хотела специально для тебя белый балахон прихватить, да позабыла, - парировала Сабрина. – Но ты всегда можешь снять эти замшелые тряпки и остаться голой. Ночью это будет даже предпочтительнее. Тебя точно никто не заметит.
Жасмин смерила ее ненавидящим взглядом.
- А тряпки я взяла у себя в комнате, - пояснила Сабрина. – Там один ящик был ими набит доверху. Наверное, остались от наших предшественниц.
- А эту страшилку ты мне зачем подложила?
Жасмин вытащила из кармана шорт мятый листок бумаги.
- Какую еще страшилку? Я тебе ничего не подкладывала.
- Да ладно. Только твое извращенное чувство юмора могло такое придумать. «Меня идут убивать», - прочитала она, скомкала листок и хотел уже бросить в огонь, но Алина схватила ее за запястье.
- Стой! Дай сюда.
Она выхватила у Жасмин бумагу.
Та толкнула ее в плечо и выругалась.
- Еще раз схватишь, руки поломаю.
Алина развернула листок, исписанный убористым почерком.
Чернила были кое-где размыты, слова выцвели, но разобрать можно было практически все.
- Что там? – спросила Изабель.
Алина прочитала до конца, чувствуя, как волосы шевелятся у нее на затылке.
- Это чье-то письмо? – спросила Сабрина.
- Скорее дневник. Последняя страница. Написано одной из девушек, может год, может два назад. Тут непонятно. Наверное, твои шорты, Жасмин, принадлежали ей. Она написала и сунула листок в карман, прежде чем…
До Алины только сейчас дошло, что бурые пятна на листке - это следы крови.
- И что там?
Алина вздохнула.
- Ничего хорошего.
Она разгладила листок на коленке и стала читать вслух.
12
«Меня идут убивать.
Теперь уже точно. Я слышу, как смеются за дверью охранники. Они уже наверняка знают, что со мной сделают. Я не понимаю их языка, но тут и понимать ничего не надо. Хозяева явно им что-то пообещали, иначе бы они так не радовались.
Вчера вечером съели Джулию. И заставили меня на это смотреть. Сперва долго трахали ее на столе посреди объедков, грязных тарелок и пустых бутылок. Потом распяли на том же столе с помощью ремней и наручников. И стали рвать зубами на куски, живую. Я до сих пор слышу ее крики. И их окровавленные морды до сих пор стоят перед глазами. Двоих из этой дюжины ублюдков я точно видела по телевизору. То ли политики, то ли еще кто. Она была еще жива и в сознании, когда они обгладывали кости ее рук и ног. Вкололи какое-то средство и специально не трогали внутренние органы. Хотели, чтобы помучилась. Когда все закончилось, ей отрезали голову, вскрыли живот и отдали подошедшему повару потроха, ко мне подошел один из них и пообещал, что моя смерть будет еще страшнее.