- Отвернись! Немедленно!
- Ладно, ладно.
Паша отвернулся.
- Короче, при девках базарить не мог. Сейчас говорю. Ты свое задание-то еще не забыла?
Алина нахмурилась.
- Какое еще задание?
- Здрасте. То самое, под которым ты подписалась, чтобы вытащить очкастую. И выполнение которого я между прочим должен проконтролировать. Или ты думаешь, что меня к тебе в качестве жопохранителя приставили? Не, я конечно не против посторожить ваши аппетитные задницы, но в инструкции у меня другое написано. А именно сделать так, чтобы ты не соскочила с темы. Нашла того урода, который был у тебя вчера в спальне. И присобачила жучок к яйцам этого… как его… ну, того кучерявого мужика, который тебя пялит.
- Да не пялит меня никто!
- Неважно. У меня так во вводной написано. Короче, ты поняла. И должна это выполнить.
- Да это уже никому не надо!
- Это надо моему начальству, а значит надо мне.
- Нет больше твоего начальства. То, что от него осталось после взрыва, лежит на дне и рыб кормит.
- Ни хрена. Яхта цела. И она где-то рядом с островом. Максимум километров пятьдесят.
- Откуда знаешь?
Паша вытащил смартфон и ткнул в экран.
- Это моя связь с кураторами. Видишь зеленую точку? Это значит, что их оборудование в сети, и оно сравнительно близко.
Алина натянула футболку и застегнула шорты.
- Ты пытался связаться?
- Пытался. Не отвечают. Но они рядом. Поэтому извиняй, кобылка, но никакого спасения очередных секс-бомб в ближайшее время не будет. Сперва ты выполнишь задание. А потом делай что хочешь.
- А если не выполню?
- О, я бы на твоем месте так не рисковал. Ты не смотри, что те двое на яхте выглядят белыми и пушистыми. Перед ними непростая братва на цирлах бегает. Я, к примеру, раньше на половину Сибири мазу держал, комбинаты, месторождения, то-сё. А теперь вот на них шестерю. Захотят, мокрого места не оставят. Так что берем ноги в руки и вертаемся к поместью. И так уже далеко утопали. Я думал, твоего кучерявого здесь найдем. Поэтому и согласился. А его тут нет.
- Сабрина говорит, он вернулся к пристани искать меня.
- Ну вот. Он будет искать тебя. А мы будем искать его. Когда найдем, время не теряй. Будешь делать ему минет, тогда и присобачишь жучок к его причиндалам. Все просто.
Алина подняла руку, как прилежная ученица.
- Извините, учитель, а можно без минета?
- Можно. Но не нужно. С минетом проще всего.
Алина помотала головой.
- Не пойдет. Сам же говорил, что клуб сегодня нагрянет.
- А это здесь причем?
- В какую точку острова он сперва сунется? В поместье, на виллу. И на пристань. Нам туда точно соваться нельзя. Тут же в лапы угодим. Лучше держаться подальше. А значит заняться Изабель и ее арабом. Логично?
Паша почесал бритый затылок.
- Вообще-то логичнее забиться в какую-нибудь дыру поглубже и не отсвечивать, пока все не утрясется. Если уж речь идет о клубе.
- А ты веришь, что утрясется?
- Нет. Они весь остров вверх дном перевернут и никого не оставят, - он хмуро помолчал. – Ладно. Найдем сперва араба с девкой. Заодно какую-нибудь посудину поищем. А может и на твоего кучерявого наткнемся. Раз он тебя ищет, значит рано или поздно должен нарисоваться. Короче, нечего сиськи мять. Пошли.
Паша двинулся к расщелине.
- Куда?
- Кажется, я догадываюсь, куда этот мухаммед ваш французский круассанчик уволок.
5
Мир представляется в мрачном свете, когда руки связаны за спиной, а на голове черный холщовый мешок.
Изабель очнулась в кромешной темноте и не сразу поняла, почему ничего не видит. А когда поняла, все вспомнила и захотела закричать, то не смогла. Рот был заклеен липкой лентой.
Судя по тряске, квадроцикл несся по ухабам, и если начать сопротивляться, то можно было упасть и сломать шею. Поэтому она решила сделать вид, что до сих пор без сознания и ждать подходящего момента. Кляня свою глупость и полицейскую сволочь. Говорила ей бабушка, никогда не доверяй копам. Продадут, поймают и снова продадут.
Квадроцикл снизил скорость и вскоре совсем остановился. Тарахтенье двигателя смолкло.
Похититель слез на землю, придержав ее за плечо, чтобы не упала.
- С возвращением, принц Хамдан, - глухо произнес кто-то поблизости.
- Комната готова? – спросил похититель.
- Да. Все сделано так, как вы хотели.
- Прекрасно. Отведите женщину туда.
- Вашему отцу это не понравится.
- Моему отцу всегда что-то не нравится. Ты мой слуга. А не его. Выполняй.
- Да, господин.
Говорили на арабском. Изабель два года учила его в Сорбонне, поэтому с грехом пополам, но понимала, о чем говорят.
Ее подхватили под руки и стащили с квадроцикла. Дальше притворяться спящей было бессмысленно. Она замычала и задергалась. Слуга тут же заломил ей локти вверх, заставив согнуться.
- Женщина, - сказал он на ломаном английском. – Не сопротивляйся. Тогда не будет боли.
Он поволок ее вперед, в том же согнутом положении, нажимая на голову, сперва по песку, потом по ступеням, потом по каменному полу. Звук их шагов гулко отражался от стен и, видимо, высокого потолка.
Скрипнула дверь.
Слуга провел Изабель дальше и опустил на что-то мягкое и пушистое.
Зачем-то дернул ее за ногу, потом освободил руки и стащил с головы мешок.
Полутемная комната.
Окно в разноцветных витражах.
Солнечные пятна от витражей на полу и широченной низкой кровати, заваленной большими и маленьким расшитыми подушками.
Открытая дверь.
Изабель сорвалась с кровати и бросилась к выходу, оттолкнув слугу в длиннополом черном одеянии.
Когда до двери оставалось пара метров что-то резко дернуло ее за ногу, и она рухнула на пол, взвыв от боли.
- Глупая европейская женщина, - сказал слуга, подойдя ближе. – Сперва смотреть. Потом думать. Потом делать. А ты сначала делаешь. Потом смотришь.
На ее правой ноге блестел широкий золотистый браслет, от которого к стене тянулась такая же золотистая цепь.
Слуга наклонился и сдернул с ее рта липкую ленту.
- Кричи, если хочешь. Здесь тебя все равно никто не услышит.
Лицо слуги полностью закрывала обвязанная вокруг головы черная ткань. Видны были только глаза.
- Отпустите меня, - прошептала Изабель.
- Лишние слова. Ты же понимаешь, что они бесполезны.
Слуга взял ее за руку и оттащил обратно к кровати.
- Ты новая наложница принца Хамдана. Это – твое место. Скоро тебя подготовят для его удовольствия. Выбрось из головы пустые мысли. Жди хозяина.
Он вышел и захлопнул кованую железную дверь в витиеватых украшениях. Щелкнула задвижка.
Изабель наклонилась к ноге, попробовала найти и не нашла на браслете замок. От бессилия и отчаяния дернула цепь. Рухнула на кровать лицом в подушки, схватилась за голову и громко завизжала.
Глава 5. Пятница (6-10)
6
- Только две?! – директор-распорядитель от ярости побагровел и чуть не задохнулся. – Баргас! Вы с ума сошли?
Баргас пожал плечами.
- Остальных мы ищем и скоро найдем.
Директор дернул за галстук, чтобы освободить шею.
- Ваше бездействие копает вам могилу.
- Слушайте, - сказал Баргас. – Давайте начистоту. Вам с этими-то двумя делать нечего. Вы надеетесь возобновить аукцион? Как? Толстяк мертв. Русская мафия сбежала, поджав хвост. Кому вы собираетесь продать товар? Среди кого аукцион будете проводить? Среди арабов? Продайте рабынь им по сходной цене и давайте уже займемся реальной проблемой.
- Как?! – прошипел директор. – Мое дело устраивать аукционы. Решать проблемы ваша прямая обязанность!
- Но говорить с клубом можете только вы. Я для этого слишком мелкая сошка. Они так и не вышли на связь?
- Нет. И, если господина Дэвидсона действительно убила купленная им рабыня, они на связь не выйдут. Какой смысл? Я устроил аукцион. Вы предоставили товар. Все кристально ясно. Зачем им с нами выходить на связь?
Баргас хмуро помолчал.
- Может еще обойдется? Уже почти полдень. А о них ничего не слышно.
- Уже слышно. В гостевых домиках для прислуги нашли два трупа. Мужчину и девку. Оба – персонал с яхты Дэвидсона. Оба обезглавлены. Оба выпотрошены. Узнаете почерк?
- Мать твою…
- Клуб уже прислал одного из ликвидаторов. Остается только узнать, этот ликвидатор действительно один? Он пришел только за убийцей? За всеми виновниками? Или клуб проведет тотальную зачистку? Судя по ночному налету, они выбрали третий вариант. Оставят здесь выжженную пустыню. Перед этим устроив для себя развлечение. Сколько на острове сейчас людей?
- Пара сотен, если считать выживший персонал яхт, дикарей, крестьян и всех прочих.
- Да, развлечений им надолго хватит. Такой массовой охоты они давно не устраивали. Вопрос в том, займутся ли они нами в первую очередь, или сперва пустят под нож простонародье, а нас оставят на десерт.
Баргас скривился, словно от боли.
- Всегда можно найти выход. Нужны переговоры.
- Переговоры? С клубом? – директор расхохотался. - Баргас, вы уже несколько лет на службе у Гарта и так до сих пор ничего и не поняли? Клуб не ведет переговоров. Он вообще ни с кем не разговаривает. Он делает, что хочет.
- Ладно. Можете прямо сейчас встать в коленно-локтевую, раздвинуть булки и ждать, когда к вам придут. Это не мой вариант. Я еще побарахтаюсь.
Директор хмыкнул.
- Ваше право. Барахтайтесь. Те, кто барахтается с клубом, живут конечно подольше. Правда, и мучительнее.
- Как скажете. Давайте решим, что с рабынями делать. Может, действительно арабам отослать? Пусть выебут их напоследок, отдадут наемникам, устроят им праздник. Вдруг они на радостях стрелять будут поточнее.
- Не надейтесь. Я еще не слышал про наемника, который бы справился с клубным ликвидатором.
- Всё когда-нибудь случается в первый раз.
- Ладно. Показывайте этих рабынь.
Баргас махнул рукой