Девки с опаской протиснулись через ограждение.
Все произошло за пару секунд.
Сержант сбил с ног гражданку Франции.
Капрал заломил руки латиноамериканке.
А рядовой подмял под себя узкоглазую и вцепился ей в горло, пытаясь придушить.
Вскоре руки у девок были связаны за спиной, а рты заклеены.
Они дергались и что-то мычали, но за последние несколько часов сержант уже привык и не обращал внимание.
- Значит так. Рядовой. Отведешь их к месту дислокации мирного населения. И разместишь, как обычно. Пули не трать. Задача ясна?
Рядовой топтался на месте, жадно разглядывая фигуры лежащих на земле связанных девок. Его толстые, как оладьи, африканские губищи приоткрылсь.
- Что-то не так, ниггер?
- Извините, мастер-сержант. Но может нам их того?
Сержант вздохнул.
- Если под «того» ты подразумеваешь насилие над гражданами, то подобные действия порочат честь мундира и наказывается по всей строгости закона.
- Все равно их в расход. Так какая разница?
Услышав про расход, девки завозились интенсивнее и замычали громче.
- Не нуди, сержант, - сказал капрал. – Это же остров развлечений. А этит телки наверняка из гарема какого-нибудь толстосума. Смотри какие сочные.
Онн потрепал латиноамериканку по ляжке.
- Грех будет не воспользоваться.
- Ага, - рядовой подобрал слюни. – И потом. Я слышал, у француженок щель поперек. Это что, правда?
Сержант вздохнул, покачав головой.
- Из какой такой невежественной дыры ты вылез? Не бывает щели поперек. Ни у кого. Ни у француженок. Ни у обезьянок.
- Папаня рассказывал. Он в Новом Орлеане на зоне чалился. Я ему верю.
Сержант наклонился к гражданке Франции, стащил с нее шорты и раздвинул ноги.
- Смотри, ниггер. Щель как щель. Обычная.
Лягушатница выла и извивалась, стараясь вырваться.
- Ну да, - прошептал рядовой. – Обычная.
Они все трое долго разглядывали ухоженную промежность с аккуратными розовыми губками, пока наконец сержант не выдержал.
- Ладно. Давайте их в палатку. Только по-быстрому, пока обход не начался.
Девок затащили внутрь, срывая по пути тряпки. Бросили на широкий походный лежак, определились, кто кого пялит в первую очередь, и быстро принялись за дело.
Рядовой хлюпал и тявкал, засунув голову между ног француженки. То ли надеялся, что внутри она будет все-таки поперек. То ли просто изучал анатомию.
Капрал деловито закинул длиные ноги узкоглазой себе на плечи, приподнял ее пухлую жопу и неторопливо прицеливался.
Сержант выбрал для себя латиноамериканку, несколько раз ударил ее по голове, чтобы не рыпалась, поставил раком и уже елозил пальцами по промежности, когда в палатку проскользнула черная тень, протянула руки и рывком свернула сержанту шею.
Через мгновение нож вспорол горло капралу, а потом как в масло вошел между ребер рядового.
- На секунду нельзя оставить, - пробурчал Паша, развязывая веревки. – Тут же в неприятности попадаете.
3
Было нечем дышать.
Запах гари, пепел и вонь от разлагающихся трупов забивали ноздри.
Навалившиеся сверху тела сдавливали ребра, шею. При каждом вдохе грудь пронзала резкая боль.
Жасмин с трудом высвободила руку, зажатую чьей-то жирной тушей, отпихнула двух ближайших мертвецов и попыталась протиснуться вверх. Толпа даже сейчас ее не пускала, цепляясь скрюченными пальцами за ноги. Она взвыла и остервенело задергалась, вбивая пятки в чьи-то головы и проталкивая себя сквозь мертвую толщу.
Это были не люди. Это была бесформенная масса, раньше потная, говорливая и похотливая, а теперь молчаливая и дохлая. С торчащими руками, ногами и елдаками. Толстыми, тонкими, кривыми, прямыми, твердыми и вялыми, как студень.
Она протиснула голову мимо очередных волосатых мослов и уткнулась носом в багровый набухший хер. Память услужливо подсказала. Это был самый толстый, длинный и вонючий из той сотни, что пихали ей в рот, перед и зад этой ночью. Его ненасытный обладатель три раза занимал очередь, и каждый раз ее внутренности раздирало от невыносимой боли.
Перед глазами потемнело, волна безумной ярости затопила голову. Жасмин сама не заметила, как вцепилась обеими руками в ненавистный отросток, впилась обломанными ногтями в мохнатую шкуру, все глубже и глубже, дергая все сильнее и сильнее. Жирная сарделька оторвалась от тела, потянув за собой лохмотья сухожилий. Жасмин протиснулась вверх и запихала хозяйство в раззявленный рот его хозяина. Потом поползла дальше.
Они были даже не виноваты, все эти ее многочисленные ебари. Это было просто безмозглое стадо, живущее по инстинктам. Дают – еби, бьют – беги. Но кто-то ведь должен был ответить. Кто-то ведь был виноват, что все ее тело вопило от боли, а между ног до сих пор кровоточила раздолбанная дыра. Кто-то, из-за кого она оказалась в такой ситуации.
Впереди забрезжил свет. Она столкнула последнего трупака и выбралась наружу.
И потом долго брела по развалинам, перебираясь через остатки рухнувших перекрытий и очередные залежи мертвецов. Солнце едва светило сквозь темную пелену от пожарища. В воздухе медленно танцевали лохмотья пепла. Она ничего не видела перед собой, просто плелась вперед, шевеля губами.
Какие-то светлые пятна бросились к ней из темноты, схватили за руки.
- Эй! Это же Жасмин!
- Жасмин!
- Как ты здесь оказалась?
- Черт, она в таком виде…
- Что с тобой?
Пятна устроили вокруг нее форменную чехарду, крутились, вертелись, тянули к ней щупальца. Ее замутило, и она закрыла глаза.
- Она же совсем голая. Паша! Сделай что-нибудь!
- Угу. Еще одна секс-бомба на мою голову. Скоро смогу открыть бордель.
- Паша!
- Черт… Я кажется поняла.
- Что?
- Это она была в холле. Это ее…
- О боже…
- Жасмин…
- Давайте свалим отсюда побыстрее, пока нас не заметили.
- Тихо! Она что-то пытается сказать.
Молчание.
- Жасмин! Говори громче.
Тихий шепот, будто слабый ветер по листве.
- Гарт… Гарт… Гарт…
4
- Что это? – Алина прижалась носом к выпуклому стеклу, вглядываясь.
Внутри прозрачной колонны, заполненной зеленоватой жидкостью, плавали ошметки чего-то белесого, похожего на сгустки паутины.
- Ткани, - бросил Дарио, проходя мимо. – Человеческие ткани. Выращенные в пробирке.
- Ниичего себе, пробирки, - сказал Хантер, осматривая лес из десятка колонн с плавающими в них бесформенными пятнами.
Эта лаборатория была раза в два больше, чем все предыдущие. Кроме колонн здесь были массивные баки с герметично закрытыми крышками, и целая стена панели управления с экранами и бесконечными рядами кнопок.
- Что-то слабо они похожи на человеческие ткани, - сказала Алина.
- Первая стадия формирования, - пояснил Дарио. – Сперва это просто желеобразная масса. Затем она уплотняется и постепенно становится органами. Печенью. Желудком. Сердцем. К тому же, я слышал, лаборатории Гарта улучшили молекулярный состав. Они не просто выращивают органы. Они делают их прочнее и долговечнее.
- Да он просто гений от медицины, - хмыкнула Алина.
- Одно непонятно, - сказал Хантер. – Где все? Где ученые, лаборанты? Да хоть дворники. Весь комплекс пуст, как вакуум. И, судя по пыли, довольно давно.
Дарио пожал плечами.
- Не знаю. Хозяин в эти дела никого из нас не посвящал. Вход сюда был запрещен даже для Баргаса.
- Это странно, - сказал Хантер, оглядываясь. – Значит, в комплексе была какая-то другая охрана.
Ао пошатнулась, и Алина подхватила ее за плечи.
- Опять. Давайте ее на стол.
Хантер осторожно поднял Ао на руки и отнес к столу. Положил рядом рюкзак с зельями и снадобьями Целебной Травы, и отошел.
Алина достала из рюкзака банки, склянки и плошки. Глянула на дикарей, которые теперь таскались за ней, как приклеенные.
- Отвернитесь.
Дикари недоуменно переглянулись.
- Если отвернемся, - сказал один другому, - потеряем бабу из виду. Опять на нее кто-нибудь залезет.
- А не отвернетесь, - сказала Алина, - ведьма разозлится.
Дикари отскочили в сторону, как ошпаренные.
Она развернула легкую ткань, прикрывающую бедра Ао, набрала полную ладонь вонючей мази и стала втирать в ее промежность, стараясь проникнуть как можно глубже. Ао мелко дрожала, стиснув зубы.
- Терпи, маленькая, - шептала Алина. – Все уже выглядит не так плохо, как раньше. Скоро заживет.
- Врешь, - выдавила Ао. – Я чувствую.
Алина вздохнула.
- Вру. Извини.
Она старалась не смотреть туда, где сейчас медленно двигались ее пальцы, и ненароком задела кровоточащую трещину. Ао дернулась от боли и вскинула голову.
- Слушай… Слушай… Я могу не выдержать. Ты должна знать. Я догадывалась… но теперь точно знаю… Среди нас есть…
Входная дверь рухнула внутрь с диким грохотом.
В лабораторию ворвалось с десяток солдат в черной форме американского спецназа. Повалили на пол Дарио с Хантером, скрутили стяжками их руки и ноги, вырубили прикладами заверещавших дикарей и молча замерли, наставив автоматы.
- Так-так-так, - сказал лысый бугай с нашивками лейтенанта, оглядывая собравшихся. – Хоть что-то интересное. А то не завод, а вымершая пустыня. Что у нас здесь? - он подошел к столу и заглянул Алине через плечо. – О! Лесбийские игры. Чем ты ее так? Дрыном? Или в фаллоимитаторе батарейка взорвалась? Впрочем, неважно. – Он отвернулся. – Комендор! Сюда.
Подскочил мускулистый шкаф с квадратной челюстью и прической ежиком.
- Значит так, - сказал лейтенант. – Возьми двух парней и действуй по утвержденному плану. Сперва допроси. Потом – в соответствии с приказом. Задача ясна?
- Так точно, сэр!
- Выполнять.
Лейтенант шагнул к выходу.
Комендор взглянул на Алину, и его глаза округлились.
- Простите, сэр.
- Что такое?
- У нас проблема, сэр.
Комендор достал планшет, пролистнул страницы и показал лейтенанту.