Изначально их было двенадцать, но один из них сейчас находился у Михаила, двое сидели в плену у Наместников Второго круга, а пятеро были мертвы.
Кто-то бы сказал — естественней отбор, но Олло верил — это судьба.
Четвертый Претендент имел хорошие шансы на победу.
Отличный маг, ярко-выраженный лидер, Серго Де Вега появился в башне в полном облачении боевого мага и с походным рюкзаком.
Он будто знал, куда направляется и что его ждет.
Серго очень помог Часовой, да и не пришлось ему, в отличие от Михаила, собирать свой сектор по кусочкам, но бОльшую часть работы он сделал сам.
Сам собрал армию, сам воевал во Втором поясе, сам инициировал переговоры и выбил себе право доступа в Первый пояс.
По сути, этот маг с ярко выраженной склонностью к огню, совершил невозможное и попал на Арену раньше всех, опередив своих конкурентов на несколько дней.
Третий Претендент понимания у Олло не вызывал.
Сильный и выносливый воин, с браслетом Императора на левом предплечье, он, казалось, боится брать на себя ответственность.
Динос Бастионец ни в какую не хотел верить, что он может стать Императором и стал «хвостиком» Шелега — воина, которому Олло поручил дежурство в седьмом секторе.
По мнению Олло, Динос мог сравниться силой и с Михаилом, и с Серго, но слова о троне вызывали в нем панический страх.
Он бы так и не прошел Первый пояс, если бы не Олло — оракул организовал караван, доставивший третьего Претендента прямо к Северному входу Арены.
А вот Второй претендент Олло не нравился.
Грин Безжалостный. Рыцарь Смерти. Человек, ради мести пошедший на сделку со Смертью.
Этот Претендент в методах не гнушался.
Террор, массовые казни, беспощадные подавления восстаний.
Он и не думал идти во Второй пояс, целиком и полностью сосредоточившись на своем секторе.
Но Олло хорошо знал, что Грин уже присматривается к соседним секторам, а его люди уже разработали план похищения детей двух Наместников, сидящих на границе поясов.
Грин Безжалостный.
Его прозвище было прямым отражением его внешней сути, но изнутри воина сжигало неукротимое пламя ненависти и жажды мщения.
И чем больше была жажда мести, тем лучше у Грина выходили заклинания смерти.
И Олло, решив не дожидаться появления лича или костяного дракона, обратил план Грина против его самого.
Рыцаря смерти, нагонявшего страха на весь сектор, похитили верные Оллу зорды и, при участии Тардиана, доставили его на арену.
Ну и Первый или главный Претендент с минуты на минуту должен был предстать перед глазами графа Орлова.
Нечто настолько невозможное, что Олло впервые в жизни засомневался в верности своих видений.
И если у него получится, то на Арене окажутся четверо Претендентов, и она наконец-то заработает!
— Рыцарь смерти, готовый на все, лишь бы вернуться и покарать тех, кто покалечил его тело и душу… — оракул бросил в стоящую на огне чашу кость — фалангу указательного пальца.
— Великий маг и полководец, которого всю жизнь готовили к Императорскому трону…
В чашу полетел ярко-алый уголёк.
— Великолепный воин, который вбил себе в голову, что его потолок — королевский гвардеец…
Наконечник арбалетного болта негромко звякнул о дно чаши.
— И Михаил… Чья воля и чувство долга идёт впереди него…
В чашу упал игрушечный ножичек, выточенный из дерева — подарок оракулу от Императора.
— И да откроется Арена! — голос оракула окреп и прокатился, казалось, не только по Первому поясу, но по всему миру.
Олло уже изнывал от предвкушения их встречи и результата финального испытания, после которого и начнется та самая война, которая принесет ему, Олло, долгожданную свободу.
Но для начала нужно было посмотреть, как Михаил справится с Орловым.
Впрочем, оракул, следуя многовековой привычке, не собирался ставить на кого-то одного.
— Собираем войска во всех поясах и секторах. — Олло посмотрел на влетевшее в святилище облачко тумана. — Чтобы спустя шесть часов весь мир был готов присягнуть… Императору.
Южный вход в Арену. Михаил
Я смотрел на князя и не мог поверить своим глазам.
Подавляющая волю аура, тяжелый взгляд из-под нахмуренных бровей, ощущение силы и достоинства — на воротах действительно дежурил князь Иван.
— Михаил? — князь неверяще посмотрел на меня. — Но как?
— Взял одиннадцатый ранг, — я пожал плечами, — правда потом меня закинуло на Порог, но оно того стоило.
— В центральный мир? — князь посмотрел на меня со смесью удивления и зависти. — Но как?
— Княже, — я с сомнением посмотрел на стоящего на воротах мужчину. — Что-то я тебя не узнаю.
— О чем это ты? — глухо отозвался князь, прекрасно поняв суть моих слов.
— Да так, — я не стал говорить ему, что вижу перед собой не князя, а обычного воина, сломавшегося от упавших на него невзгод. — К слову, может быть, отрубишь свою ауру? А то моим товарищам… немного не по себе.
— А ты все такой же наглый, — князь, видимо не понимал, что перед ним стоит не гимназист Миша, а Михаил — Претендент на трон.
— Княже, — мой голос похолодел. — Не вижу причин для твоего уныния. Твоя дочь находится под надежной защитой лучшего мечника нашего мира, сын входит в мою пятёрку и окружен настоящими друзьями. Основанный мной город назван в твою честь. А Громов успешно собирает княжества под свою руку.
Князь вздрогнул на "сыне", но справился со своими эмоциями и лишь многозначительно хмыкнул. Но я и не подумал смущаться.
— Ты знал, к чему все идет, иначе не рискнул бы заявиться на испытание, — я внимательно посмотрел Ивану в глаза. — И если ты рассчитывал, что я начну сбор княжеств под своей рукой, то ошибся. Моя цель там, — я кивнул князю за спину. — И я никогда этого не скрывал.
— Значит, Громов, — невесело усмехнулся Иван.
— Громов, — подтвердил я. — Причем, он отлично справляется. Можно было, конечно, ввязаться с ним в войну на радость западникам, но я против гражданских войн.
— Понимаю, — невесело вздохнул князь. — А Яков?
— Когда я уходил, он все так же руководил гимназией, — я пожал плечами. — Мне не нравятся его методы, но… я начал его понимать.
— Гильдии?
— Обречены, — я зло усмехнулся. — Не думаю, что они справятся с той информационной бомбой, которую я им подложил. Вряд ли кто-то из торговцев устоит перед беспошлинной торговлей и сниженным налогом.
— Значит, дома все хорошо… — задумчиво протянул Иван, — что ж, я рад.
— Рано, — я покачал головой. — Радоваться, княже, будешь, когда вернешься домой.
— Это невозможно, — князь невесело вздохнул.
— Арена не отзывается? — предположил я.
Иван молча кивнул, а я задумчиво посмотрел на закрытые до сих пор ворота.
— Княже, бросал бы ты хандрить и начинал собирать дружину.
— Граф Орлов тебя не пустит, — Иван покачал головой. — Он сильнее. В его присутствии я даже не смог активировать свою ауру.
— В моем — сможешь, — мрачно усмехнулся я, позволяя ауре Лидерства широко распахнуть свои огненные крылья.
Бруно с Шулером тут же повеселели, а на лице князя промелькнуло сомнение.
— Даже не знаю…
— Веди к нему, — приказ сорвался с моих губ раньше, чем я успел о нем подумать.
— А ты заматерел, — князь дернулся было выполнять мой приказ, но тут же взял себя под контроль. — А, была, не была! Давай попробуем!
Иван легонько топнул ногой, и створки ворот чуть было не сорвало с петель.
— Узнаю старого-доброго князя Ивана! — внутри стало так тепло, что захотелось поделиться этим жаром со всем миром. — Бруно, Шулер, готовность к бою!
— Понял!
— Принял!
Мы прошли сквозь ворота, и сбоку со своего сторожевого поста спрыгнул князь Иван.
— Непривычно, — усмехнулся он, глядя на меня.
— Ученик превзошел своего учителя? — я улыбнулся в ответ. — Нам прямо?
— Прямо, — кивнул Иван, который, казалось, помолодел лет на двадцать. — Центральная улица ведет до самого входа на Арену. Как увидишь огромную арку, считай, мы на месте. Думаю, граф будет ждать нас именно там.
Было интересно узнать, кто живет в этом городе, как налажен быт, кто выстраивал инфраструктуру, как работают торговые маршруты и управленческая система, но все это отошло на второй план.
Сейчас, когда до Тронного зала оставался последний шаг, между мной и Ареной стоял некий граф.
И я был твердо намерен решить этот вопрос здесь и сейчас.
К счастью, князь Иван занял мою сторону, и мне не пришлось скрещивать с ним клинки.
Кстати, о клинках.
Я достал Меч Древних и вопросительно посмотрел на князя Ивана.
— Оут? — на лице князя не дрогнул ни один мускул, но от него так и повеяло надеждой.
— Скорее Крис, — я подмигнул Ивану. — Они с Оутом не только меч уперли, но ещё и Бархатную книгу родов!
— Кха! — князь подавился заготовленным вопросом. — Она у тебя? С собой?!
— Ну да, — я вынул из-за пазухи книгу в бархатном окладе. — А что?
— Знаешь, что, Михаил? — князь не знал, то ли ему смеяться, то ли плакать. — Была бы у тебя помимо Меча Шестеренка, ты прямо сейчас мог бы стать равным богам!
— Это как? — тут же заинтересовался я.
— Владелец всех атрибутов Императорской власти, может забирать силу рода… — Иван кивнул на книгу. — Любого рода.
— То есть я могу сейчас взять и… скажем, впитать в себя силу, м-м-м, Громовых?
— Можешь, — подтвердил князь. — Ты обретёшь их силу, а род Громовых навечно потеряет родовую способность и, возможно, связь с родом.
— В чём подвох?
— Один человек, сколько бы ни был он могуществен, не заменит собой верный дворянский род. Выгоднее иметь, условно, сотню родов, каждый из которых развивает своей регион, чем вмиг настроить всех дворян против себя.
— Если забрать силу у одного рода, то остальные тут же сообразят, что следующим может стать любой из них… — задумчиво протянул я.
— Именно, — подтвердил Иван. — Увы, но Шестеренку я так и не смог найти, а раз так…