Впрочем, судя по тому, как он хорошо говорил по-русски, сомнений не было, кто им решил подгадить, пусть и неосознанно. Северные варвары сочувствуют народам, недалеко от них ушедшим, и активно помогают им, причем, зачастую бескорыстно, ну и получают в ответ, естественно, плевки.
Этого маркиз Солсбери, никогда не понимал! Хотя, довольно часто общался с представителями этой нации, и знал, что у них есть пословица – «Не делай людям добра, не получишь в ответ зла!»
Так, какого же овоща, они постоянно наступают на одни и те же грабли, и ещё искренне удивляются, за что! А ведь, во всём мире давно известно… и азиаты и арабы, это очень хорошо чувствуют, что доброта во всём мире воспринимается, как слабость, а не как сила, вот и результат.
Политика же Великой Британии, была подчинена одному только одному правилу. Это правило – выгода! Недаром, девиз Англии всегда был «У Англии нет постоянных союзников, у неё есть постоянные интересы».
И сейчас, маркиз Солсбери напряжённо обдумывал, какой интерес Англии ему предстоит реализовать, разглядывая карту Африки, всю испещрённую цветовыми пятнами.
Ситуация складывалась парадоксальная, и это, не считая махдистов, полностью захвативших Судан, и отбивших нападение англо-египетских войск. С ними Англия ещё разберётся, но чуть позже, и после хорошей подготовки. Гибель генерала Гордона никто не простил, и не забыл, и это было второе правило англичан, всегда, и при любой возможности, мстить.
Британская Восточная Африка, после обмена территориями с Германией, существенно расширилась, поглотив мелкие султанаты, и подчинив себе остров Занзибар. И буквально, два месяца назад, пришло сообщение о захвате мелких королевств Уганды Фредериком Лугардом, этим истинным сыном старой доброй Англии.
Эта территория была помечена пунктиром на карте, и собиралась уже быть окрашенной в синий цвет британских колоний, когда пять дней назад прибыло курьерское судно, со срочной депешей, содержание которой весьма расстроило маркиза.
Ничего шокового там не было, просто территория, захваченная Лугардом, перешла в другие руки, точнее сказать, в чёрные загребущие лапы, чернокожего вождя. Стоило только подивиться прозорливости чернокожего самородка, и его белым советникам, в роли которых оказались русские. Это, с одной стороны, объясняло его действия, с другой стороны, запутывало ситуацию ещё больше.
При чём здесь русские, и чернокожий вождь. Что им надо? Зачем лезть в самый центр Африки? Ведь у них нет ничего, ни у русских, ни у негров. Ещё одна неразгаданная загадка, загадочной русской души, или, как говорит Отто фон Бисмарк, «Не воюйте с русскими, на всякую вашу военную хитрость, они ответят беспросветной глупостью».
Но, что же мы тогда имеем? Ни в коем случае, нельзя давать сближаться России и Франции, но ими уже закреплён союз, и Франция уже лезет везде, вплотную подходя к колониям Англии, окружая их со всех сторон, пользуясь поддержкой России в Европе.
В то же время, с Германией нет сейчас никаких трений, и все вопросы решаются по взаимной выгоде, и без радикальных разногласий. А Германия признала этого чернокожего князька, что косвенно подтверждает его использование в своих интересах.
Он снова попросил проговорить своего чиновника текущее положение дел, и показать уточнённые границы, государственных и полугосударственных образований, на карте Африки.
Картина вырисовывалась следующая. Мамба вторгся в Уганду, став соседом немецкой Танганьики и Британской Восточной Африки. На севере его территория граничила с территорией дервишей, а также территорией, объявившего себя королём королевства Крайх, Раббиха, выходца из Дарфура, к которому уже подбирались французы.
На западе он вплотную подошёл к Германскому Камеруну, с юга же, и юго-запада, с ним граничили Бельгийское и Французское Конго. Оставалось договориться с Германией, о разделе территорий, захваченных дикарём.
Они снабжают дикаря оружием и имуществом с двух сторон, и подзуживают племена, находящиеся на территории колоний Франции, провоцируя восстания.
Потом, приходит освободитель Мамба, выдавливает французов к побережью Атлантического океана. Захватывает Габон и Конго. Ну, а дальше… дальше по обстоятельствам. Если дикарь окажется сговорчивым, то забирает себе территорию, вплоть до Браззавиля, стремительно отступая под натиском немецких колониальных войск, и экспедиционных сил англичан, пришедших на помощь временным союзникам, чтобы покарать зарвавшихся аборигенов. Либо, продаёт им эти земли, о чём подписываются соответствующие бумаги.
Габон достаётся немцам, а англичанам достаётся Того, присоединяясь к Золотому Берегу. Дальше будет ясно. Остаётся ещё лакомым куском Бельгийское Конго, точнее, его юго-восточная часть, примыкающая к Северной Родезии. Ну, и кусочек французской Западной Африки, между Того и Нигерией.
Вот тут, наш чернокожий исполнитель вновь появляется на арене, и берёт бинго. И на этом, скорее всего, его миссия будет закончена, если чья-либо пуля не прервёт её раньше. Если, он уже на первом этапе взбрыкнёт, из-за своей русской непредсказуемости, напополам с негритянской тупостью, то его дни будут сочтены, и его уничтожат.
Если же, его вклад в колонизацию Африки и передел её территорий, будет достойным награды, то дни свои он окончит где-нибудь в Уганде, местным царьком, всеми уважаемым, и защищаемый британским протекторатом. Все стало ясно и понятно, и принесло облегчение в душу министра.
Пазл, в голове маркиза Солсбери, полностью сложился. Решение им было принято, оставались лишь детали, да организация тайной встречи, с его германским коллегой.
– Всё-таки, этот чернокожий выродок, повелитель всяких питонов, напополам с удавами, вовремя подвернулся, – с удовлетворением подумал министр.
Всё ж, не всякая потеря грозит неприятностями, некоторые потери территорий ведут к гораздо большим приобретениям, в будущем. Да и жизнь становится не скучной, есть над чем пораскинуть мозгами. И его лицо перекосила ехидная улыбка. Ну, держитесь, любители лягушачьих ляжек. Держитесь!
Глава 9Интриги
Канцлер Германской империи, Георг Лео фон Каприви, сменивший на этом посту, в 1890 году, Отто фон Бисмарка, сразу взял курс на разрыв союзных отношений с Россией, и на сближение с Великобританией. Великобритания была недовольна Францией, воспринимая её, как своего главного конкурента в мире.
Франция же, в свою очередь, заключила договор с Россией, желая противостоять Германии, победившей её во франко-прусской войне 1871 года, и жаждавшая реванша.
В 1890 году был заключён Занзибарский договор с Великобританией. Ему также удалось приобрести в Африке, для Германии, так называемую Полосу Каприви, которая соединила колонию Германской Юго-Западной Африки с рекой Замбези, что, правда, не всем понравилось.
В свете всего вышесказанного, пришедшее предложение, от маркиза Солсбери, о проведении переговоров, легло на благодатную почву. Поводом послужили последние события во Французской Экваториальной Африке, о чём докладывал губернатор Камеруна.
Губернаторы Камеруна постоянно менялись, временно исполняя обязанности, играя в извращённую карусель, и постоянно реагируя на пересекающиеся интересы различных групп немецкой элиты, борющуюся за контроль над колониями. Совсем не так было в Германской Восточной Африке, которую контролировал Карл Петерс, но это сейчас не играло своей роли.
Единственный постоянный, и компетентный, губернатор Камеруна, то уходящий с этого поста, то вновь его занимающий, был Йеско фон Путткамер. Вызванный в Берлин, по этому случаю, Путткамер обстоятельно доложил о происходящем.
Разговор проходил в зале для совещаний Германского Генерального штаба, построенного в начале 19 века из красного кирпича, и находившегося напротив рейхстага. Вышколенный штабной майор, водил указкой по большой карте Африки, вывешенной на специальной подставке, в середине зала.
Вокруг неё расположились Йеско фон Путткамер, бывший следующим докладчиком, сам рейхсканцлер Германской империи, Лео фон Каприви, и статс-секретарь имперского ведомства иностранных дел кайзеровской Германии, Адольф Маршал фон Биберштейн.
Докладчик, водя указкой по карте, перечислял, с немецкой педантичностью, реки, количество населения полугосударственных образований, названия племён, вождей, кто кому подчинялся и с какой целью, а также, над кем какой был протекторат.
Названия рек, отдельных холмов и гор, начинали сливаться в одну сплошную какофонию правильных звуков, издаваемых лающим немецким языком, монотонно звучащим из уст бравого генштабиста. «Замыливание» важной информации прервал сам Лео фон Каприви, когда-то сам бывший генералом.
– Я попрошу, господин майор, перейти к возможной конкретике предполагаемых действий чернокожего вождя, и ответных действий наших французских «друзей».
Майор, поначалу стушевался, и посмотрел на фон Путткамера. Тот, взглянув на министров, произнёс: – «Разрешите мне, герр канцлер?»
– Пожалуйста, герр губернатор, просветите нас, и подготовьте к переговорам, с сэром маркизом Солсбери.
– Непременно, герр канцлер! В настоящий момент ситуация такова, герр канцлер.
– Князь племени банда, по прозвищу Мамба, принял православие коптской церкви, и взял себе имя Иоанн Тёмный.
– Так, отсюда поподробнее. Я слышал, он отлично говорит по-русски, это верно?
– Так точно, герр канцлер. Мой агент, непосредственно с ним контактирующий, однозначно сообщал мне об отличном владении этим языком безвестным чернокожим вождём.
– «Неисповедимы пути господни», – сказал вслух канцлер, и с изрядным удивлением вздохнул, – Что-нибудь ещё, в таком же духе, вы изволите нам сообщить, герр губернатор?
– Да, помимо русского, он частично понимает английский, разбирается в немецком и французском, просто по факту знает, на каком языке говорит с ним его собеседник, но не понимает. Так же, может отличить итальянский от испанского, ну и так далее.