Он вышел на улицу, добежал под дождем до стоянки, где оставил машину. И, оббегая свою машину сзади, едва не сбил с ног высокую женщину. Та застыла возле водительской двери и что-то писала на крохотном листке бумаги, положив его на ладонь.
— Извините, вы позволите? — спросил Макаров, стараясь обойти даму.
Она стояла к нему спиной. И то, что он увидел, ему невероятно понравилось. Длиннющие ноги, обтянутые черными штанами. Короткая кожаная курточка, обнимающая широким ремнем тонкую талию. Потрясающие духи. Голова замотана каким-то темным шарфом. Удивительно замотана, красиво.
А что? Он не против завести интрижку с такой женщиной, показавшейся ему шикарной даже со спины. Это было бы неплохим завершением очередного отпускного хмурого дня. Сначала переговоры с дочерью и ее женихом, весьма успешные. Потом знакомство с прекрасной незнакомкой.
— Здрасьте…
Макаров судорожно вдохнул, отступая, когда женщина повернулась. Он ее узнал. У него была прекрасная память на лица, будь она проклята.
— Слава богу, я вас дождалась, — выдохнула женщина, еле шевеля губами.
Макаров не мог отвести взгляд от этих невероятно сексуальных губ, хотя многие ценители сочли бы, что они тонковаты. А по нему, так в самый раз.
— Чего это вы меня ждали? С какой стати? — спросил он не совсем любезно. Нажал кнопку на сигналке, машина моргнула фарами, замки открылись.
— Поговорить надо. Срочно!
Карие глаза красавицы сделались совершенно несчастными. Лицо было мокрым то ли от слез, то ли от дождя.
— О чем?
Макаров насторожился, схватился за ручку дверцы, открыл ее, полез внутрь. Какой бы ни была красивой женщина, торчать из-за нее на дожде и ледяном ветру он не намерен.
Сел, захлопнул дверь. Тут же завел машину, включил печку на полную мощность, потом нехотя опустил стекло. Женщина не пожелала сесть с ним рядом, хотя он был бы не против. Продолжила стоять под дождем.
— О чем вы хотели со мной поговорить? Ирина, кажется? — вспомнил он имя красавицы.
— Да, Ирина. — Она сунула ему в окно узкую ладошку, почти на каждом пальчике по красивому колечку. Пожала его протянутую руку. — Вы Дмитрий. Не скажу, что приятно удивлена встрече, учитывая обстоятельства. В общем, мне нужна ваша помощь как профессионала.
— Я в отпуске! — тут же выпалил он и насторожился еще сильнее.
Красавица Ирина откуда-то узнала, что он работает в полиции? Как? Зачем, главное?
— Вам ведь уже довелось познакомиться с моей подругой, — не спросила, просто констатировала Ирина, чуть наклоняясь к окошку. По ее смуглому лицу катились капли. — Кира. Кира Степанова.
— Допустим, — вставил он осторожно.
И тут же вспомнил, как плакала эта сумасшедшая Кира на его груди в тот день, когда набросилась прилюдно в кафе на соперницу. Не в прямом, конечно, смысле набросилась, в переносном. Наговорила гадостей, угрожала публично. Дура! Потом они вышли на улицу, Макаров поспешил с ней проститься. А она вдруг упала лицом ему на грудь и измочила горькими слезами новенький пуховик. Так она горько плакала, так горько, что Макаров, честно, готов был догнать этого лощеного красавчика, ее мужа, и надавать ему по морде.
Потом она успокоилась, попросила прощения за все. И уехала на своей машинке, которую он однажды имел несчастье лицезреть в ветках старого дерева в полутора метрах от земли.
— Допустим, я с ней знаком, — повторил Макаров, потому что Ирина молчала, о чем-то напряженно размышляя. — Дальше-то что?
То, что Ирина ждала его из-за Киры и желала заполучить в роли профессионала опять же из-за нее, поубавило его пыл и недвусмысленно намекнуло, что остаток дня он проведет не так, как мечталось пару минут назад. Высокой худощавой красавице не до него.
— Она в беде, понимаете, Макаров?
Тонкие губы Ирины пошли ломаной линией, затряслись. И теперь уже точно он понял, что она плачет. И это не дождь был виноват в том, что у нее мокрое лицо.
— Что случилось? — нехотя спросил он и вдруг разозлился. — Послушайте, вы так и будете стоять, согнувшись, возле моей машины и мерзнуть? Нет желания присесть рядом?
— А? Что? — она замерла на мгновение, потом кивнула. — Точно, чего это я…
Обогнула его машину такой походкой, что у Макарова дыхание перехватило. Она будто не в лужи ступала, а по подиуму шла.
Шикарная женщина, тут же подумал он. Не сравнить с ее подругой, совершающей прилюдно нелепые поступки. От этой-то муж точно не сбежит.
— Я не замужем, — рассеянно качнула Ирина головой, когда он спросил. — И никогда не бывала там. Не видела необходимости. Так вот, что касается Киры, Дмитрий Викторович, она в беде. История ужасная, выхода нет. Впервые я не вижу выхода, а это скверно. Поможете?
Ее смуглое лицо, еще не просохшее от слез и дождевых капель, было очень близко. Такая гладкая кожа. У него даже кончики пальцев заныли, так захотелось убедиться в этом и погладить ее по щеке. Красивый рот. Глаза…
Показавшиеся поначалу темно-карими, вблизи они вдруг оказались нежного шоколадного оттенка. И взгляд такой мягкий, обволакивающий.
Он точно не хотел ни во что ввязываться. И Кире этой помогать не хотел. Ему двух встреч с ней хватило за глаза.
Но он совершенно точно хотел ее еще раз увидеть. Ее, Ирину. И потому вместо категоричного отказа неопределенно пожал плечами и сказал:
— Посмотрим. Так что с ней стряслось на этот раз?
— Ее арестовали! — изящные пальцы, унизанные серебряными кольцами, закрыли от него красивые трясущиеся губы.
— Арестовали? По причине?
— Ее обвиняют в убийстве! — Ирина всхлипнула, глянула на него несчастными глазами. — Ее обвиняют в убийстве, которого она не совершала!
— Ага.
Он помолчал немного. Сидя в отпуске, он не мог видеть сводки происшествий, не мог ничего сопоставить, но почему-то был уверен, что знает, в чьем именно убийстве обвиняют Киру Степанову.
— Ее обвиняют в убийстве соперницы? — уточнил он после паузы.
— Да, — голова Ирины упала на грудь. — Вы уже знаете?
— Нет, не знаю. Но ваша подруга публично угрожала ей. Публично! — подчеркнул Макаров, подняв вверх палец. Подергал плечами. — Поэтому не сложно догадаться. Итак, как все это случилось? Вы в курсе?
— Да-да, я говорила с ее адвокатом. — Ирина тяжело вздохнула и плаксиво добавила: — Он тоже считает, что ситуация безнадежна. Все улики против Киры.
— Адвокат так сказал? — тут же усомнился в его профессионализме Макаров.
— Вы не подумайте, адвокат приличный, больших денег стоит.
— Ваших денег?
— Нет, — удивила его Ирина. — Адвоката нанял Илья.
— Илья у нас кто?
— Сбежавший мерзавец, из-за которого все и случилось. — Ирина сжала кулачки, стукнула себя по коленкам. Повторила еще раз: — Мерзавец!
— То есть, если я правильно понимаю ситуацию, — Макаров оживленно задвигался на своем сиденье, стараясь ближе пододвинуться к Ирине, — Кира убивает его любимую, а он ей нанимает адвоката? Так?
— Да, так.
— И этот адвокат утверждает, что положение вашей Киры безнадежно?
— То есть вы хотите сказать…
Ирина распахнула глаза, уставившись куда-то мимо него. Ее губы беззвучно шевелились, разобрать было ничего невозможно, но Макарову снова почудился «мерзавец».
— Я ничего не хочу сказать, но на вашем месте нанял бы другого адвоката, а этому дал отвод. Подумайте сами. Пострадавший нанимает адвоката для обвиняемого! Этот адвокат может быть лицом заинтересованным, понимаете? И станет намеренно топить вашу подругу.
Он стал жутко горд собой после того, как ее взгляд наполнился благодарностью.
— Поняла! Поняла, Дмитрий Викторович!
Ее глаза сияли, а руки вслепую начали шарить по дверце его автомобиля. Она намеревалась уйти и срочно исполнить его предписание. И утащить с собой дивный запах своих духов, очарование мягкого взгляда. Как же он станет наблюдать за движением ее губ, когда она разговаривает, если она уйдет?
— Погодите, Ирина, не спешите, — попросил он, изо всех сил желая продлить общение. — Давайте мы сейчас с вами съездим в то отделение, куда была доставлена ваша подруга. Я постараюсь что-нибудь выяснить. Идет? Вы ведь знаете, где это?
— Да, конечно. — Она быстро назвала адрес участка.
Макаров тут же прикинул. Далековато от его места работы. Но пару капитанов и одного подполковника он там знал. Можно будет попытаться через них что-то разведать.
— Едем? — Он глянул на нее.
— Да-да, только я на своей машине за вами следом. Хорошо?
Он нехотя кивнул.
Ирина выбралась под дождь на улицу и почти бегом бросилась к своей машине, которая стояла в соседнем с макаровским ряду. Большая машина, красивая, дорогая. И с водителем. Личным водителем. Или это не водитель вовсе, а кто-то еще?
Он с напряжением наблюдал за тем, как с пассажирского сиденья (конечно, какой водитель) выбирается высокий крепкий парень. Бережно обнимает женщину за плечи, подводит к водительской дверце, открывает ее, помогает сесть.
Замужем никогда не была, сказала Ирина. Стало быть, любовник. Не брат же! Макаров зло фыркнул. Размечтался, идиот. С советами поспешил. В помощи не отказал. Ну-ну.
К отделу он ехал специально самым длинным путем. Строго соблюдал все правила, тормозил на светофоре, когда зеленый только-только моргнул пару раз. Досадовал на себя, раздражался и размышлял попутно.
Неужели Кира все-таки убила соперницу? Угрожала, угрожала, да и бац-бац — убила? Как, интересно, это случилось? Сбила на машине, задушила, выстрелила в голову, зарезала?
— Да на ней живого места не осталось, на этой бедной девчонке! — возмущенно воскликнул капитан Гена Смотров, который вел дело и которого Макаров, к счастью, знал неплохо. — Мы насчитали двадцать четыре ножевых ранения. Эта стерва просто обезумела от ревности!
— Состояние аффекта исключается? — на всякий случай поинтересовался Макаров, хотя и так все уже понял.
— Аффект — это, Дима, когда она их в первый раз дома у себя застала, — зло выпалил Смотров, ткнув пальцем в папку с делом. — А они уже и развестись с мужем успели, и вместе пообедать. Как, мать их, европейская прилична