Он недовольно скосил глаза на предмет критики, потом перевёл взгляд на меня:
– Ну? – требовательно заявил он. – Долго еще с духом собираться будешь?
Я состроила максимально скептическую физиономию и попыталась пристроиться рядом. Кровать и в самом деле была на редкость узкая, так что мне пришлось изрядно навалиться на Рея.
– Готова? – поинтересовался тот. – Держись крепче, пожалуйста. Не хотелось бы потерять тебя при переходе.
Я послушно обхватила его за шею и зажмурилась. Потеряться мне не хотелось. А ещё пришлось признаться себе, что я испытала невероятное облегчение от факта, что Рей решил ночевать со мной. Всё-таки с ним я чувствовала себя спокойно. Вот ведь, зараза, успела привыкнуть!
А вот кокон этот слабо, но ощутимо и довольно неприятно покалывал, словно током бил. Придётся потерпеть.
– А ты сможешь? У тебя же сотрясение! И рёбра! – вдруг забеспокоилась я, приоткрывая глаза.
– Наличие корсета, который фиксирует мои рёбра, никак не влияет на мой магический потенциал. Сотрясение уже тоже подправлено. На то, чтобы перенести две тушки по знакомым координатам в пределах одного замка, стоящего на магической подпитке, концентрации у меня точно хватит, – сухо отчитался Рей, поднимая руки и начиная выплетать пальцами в воздухе загадочную вязь.
Глава 42.
В которой Рей ценой своего здоровья знакомит меня с магической методикой умиротворения.
На секунду у меня потемнело в глазах, которые я не успела зажмурить, а потом оказалось, что мы уже лежим в полной темноте на кровати в «моей» комнате.
– Ну вот разве что в обычном состоянии мне бы хватило ментального оформления процесса, – закончил Рей, щёлкнув пальцами, от чего вспыхнули свечи в канделябре, стоящем на столе.
– О, я смотрю, твоего возвращения ждали! – он одобрительно обозрел ломящийся от еды стол. – Ты что, ничего ещё не ела?
– Я спала, – величественно сообщила я, по возможности быстро сползая с кровати подальше от электрического кокона. Откровенно говоря, помнится, когда я проснулась, то даже не заметила стол с едой, настолько была поглощена совершенно другими эмоциями. – Твой великий врачеватель набухал в свое зелье до черта снотворного. Я дрыхла, по-моему, целый день.
– Это он правильно, – отстранённо кивнул Рей, не в силах оторваться взглядом от блюда с мясом. – Архиверное решение. Мне он тоже помог уснуть. Так что я голоден как стая волков зимней ночью. Не могла бы ты мне наложить тарелочку чего повкуснее с этого дивного шведского стола? Я, конечно, могу попытаться и сам, но с точечной направленностью у меня пока проблемы. Не хотелось бы кровать загадить…
– Ну тогда расскажи мне о наших планах, – вздохнула я, набирая на здоровенную тарелку кучу разнообразной еды для Рея. – Как я понимаю, мне осталось хорошо если дней десять.
– Putain de fils d’un chat en lambeaux! – явно выругался Рей. – Что ещё он тебе выложил? И с какого перепуга, хотел бы я знать! Он же тебя до икоты боится!
– Ну да, – кивнула я. – Я тоже не думала, что он окажется такой пугливой ланью.
Рей непроизвольно заржал, а я продолжила:
– Но он мне все объяснил! Я, вообще-то тоже пауков не люблю. А у него может арахнофобия! И вообще, зря ты на него наезжаешь. Он очень за тебя переживал. Даже нажрался, когда ты ушел вчера.
– Да, пауков он недолюбливает, – кивнул Рей. – Но не до такой степени, чтобы впадать в амок. Причем тут пауки вообще?
Я объяснила. Рей скорчил гримасу:
– Я так понимаю, что ты не представляешь, что такое демон… – начал он.
Я согласно кивнула:
– Откуда такая роскошь?
– Роскошь? – усмехнулся Рей. – Когда мне мой учитель устроил полевую практику, я потом думал, что до конца жизни буду по ночам в мокрой постели просыпаться, – Рей скривился от воспоминаний. – Демоны – обитатели так называемых Нижних Миров, которые отгорожены от нормальных обитаемых миров прочной завесой. С ними человеческим расам вообще нельзя найти общий язык, и я не представляю, какому психу может понадобиться вызвать демона… И слава всем богам, что это практически нереально! Человеческая психика присутствие демона чаще всего просто не выдерживает. Поверь мне, Лир боялся именно демона. – Рей мрачно задумался на минуту, затем что-то вспомнил и недоумённо уточнил:
– А чего он обожрался?
– Нажрался! Ну напился! – отмахнулась я, всё еще обдумывая тираду Рея. – Почти две здоровенные бутылки уговорил!..
Я повспоминала и подкорректировала:
– Ну ладно, я ему немного помогла. Но вообще, похоже, набрался здорово. Я его в жизни таким разговорчивым и… нормальным не видела… Что такое?
Рей ржал. Его просто выкручивало от смеха. Подозреваю, если бы не кокон, он бы сложился пополам, а то и упал с кровати. Наконец, всё еще содрогаясь от смеха, он сумел выдавить:
– Ника, святая простота! Он керу! На них не действует вообще ничто, изменяющее сознание! Никакие наркотики, никакая ментальная магия! Он просто прикинулся, чтобы тебя подпоить и что-то выудить!.. – неожиданно Рей, прервав сам себя, сделал жест рукой, и я снова оказалась на кровати, прижатая к его боку… вернее к этому дурацкому электрическому кокону.
– Так! Стоп-стоп-стоп! Никаких попыток разрушить башню по второму разу! Дыши! Расслабься! – приговаривал он, слегка встряхивая меня. – Контролируй себя!
Хорошо говорить «расслабься»! «Контролируй»! Ярость полыхнула во мне как вода, в которую швырнули кусочек натрия. Да что ж такое! Сплошные манипуляторы кругом! Никому верить нельзя!
– Чшш… – бормотал Рей, баюкая меня. – Спокойно! Все нормально! Да что ж такое, как невовремя!
Ещё бы вовремя! Я начала просто захлебываться от ярости! Какой там, нафиг, контроль! Я почувствовала, что сейчас просто взорвусь! Видимо, Рей почувствовал то же самое, потому что бессильно и как-то обречённо простонал:
– О, нет!
Резко повёл плечами, от чего противно колющий меня кокон исчез, и в следующий момент навис надо мной, накрывая мои губы поцелуем.
Сказать, что я впала в ступор – это не сказать ничего. Вся ярость исчезла пластинкой льда в кипятке. По телу прошла волна огня. До меня дошло, что происходит, и я даже отвлеченно успела отметить, что он явно много и упорно учился не только математике в Сорбонне во время этого своего обмена… и могучий же оказался факультатив! Блин! Дёрнулась и начала его интенсивно отпихивать. Ибо какого хрена! Я на это согласия не давала… хотя чего уж греха таить, было очень и очень неплохо. Мягко говоря.
Рей как-то странно всхлипнул и обессиленно свалился рядом:
– Да твою ж мать, – прошипел он, кривясь от боли. – Теперь сутки с самого начала! Убью кота драного!
– Ты что творишь!? – возмутилась я, подпрыгивая на кровати.
– А ты не догадалась?! – не открывая глаз, он искривил губы в ехидной усмешке. Лицо его стремительно заливала бледность, на губах проступила кровь. – Можно было и чуть понежнее. Неужели я так плохо целуюсь?!
Я уронила горящее лицо в ладони. И ведь убить нельзя! И так умирает!
– Нужно позвать Вилта? – спросила, не отрывая рук от лица, которое, по-моему, просто полыхало.
– Сам сейчас примчится. Кокон же на него был закольцован, да только ломать не строить.
Зелёная молния ударила от потолка до пола, остро запахло озоном, и я удостоилась чести лицезреть разъярённого целителя: полыхающий камень в навершии посоха, глаза натурально мечут молнии. Очень захотелось оказаться подальше от этого места.
– Вот и ты примерно так же выглядела, – бледно усмехнулся Рей.
– А ты и его поцелуй! – рыкнула я.
Рей одарил меня недоумённым взглядом и вдруг, прикрыв рукой рот, расхохотался, фыркая, давясь и постанывая:
– В следующий раз. Сначала меня надо подлатать, – он отнял от губ окровавленную руку и брезгливо вытер её об скатерть .
– Что с тобой?! – всполошилась я.
– Эш Рей, – раздался холодный голос мага. –Я же просил вас отнестись серьёзно к вашим ранениям!
– Что с ним? – обратилась я к магу.
– Многочисленные переломы ребер, пневмоторакс, сотрясение мозга, повреждение позвоночника, трещина кости левого бедра, – перечислил тот. – И вместо того, чтобы лежать в регенерирующем коконе, он его разрушил…
– Я прошу прощения, эш Вилт, – вымученно проговорил Рей. – Боюсь, у меня просто не было выбора. Если вы просмотрите остаточные магические эманации в комнате…
Маг поднял руку, показывая, что понял, и прикрыл глаза. Через минуту его глаза распахнулись, и с выражением крайнего потрясения уставились на меня. Потом на Рея. Потом опять на меня. Мне снова захотелось испариться.
– К сожалению, эш Вилт, вы немного перестарались с восполнением резерва вот этого невинно выглядящего создания, – кивок в мою сторону, – и мне пришлось купировать выброс.
Маг ошарашенно закивал головой:
– Я понял. Судя по отпечаткам, вам пришлось постараться. Я наложу кокон второй раз. Вам действительно нужно пробыть в нем сутки.
Маг повернулся к мне и продолжил:
– Я приношу свои извинения. Мне никогда не приходилось исцелять демонов… А сейчас не могли бы вы подождать вон в том кресле? – Он кивнул на кресло у окна.
Смотрите-ка! Аж на вы перешёл! Я кивнула головой и поспешно ретировалась в указанном направлении. Забравшись в кресло с ногами, я битый час следила за манипуляциями Вилта, присевшего на край кровати рядом с Реем: он кутал его в облака переливающихся искр, отпаивал какими-то разноцветными зельями, опутывал паутиной золотистых нитей… последнее я заметила, перейдя в ша’ан. Нити, наматываясь, уплотнялись, и, вспыхнув напоследок, превратились в уже знакомый мне перламутровый кокон. Закончив пеленать Рея, Вилт поднялся, кивнул ему, мне и исчез в изумрудной вспышке.
– Пневмоторакс? – я вопросительно посмотрела на Рея. – Здесь знают такие слова?
– Погрешности автоматического перевода, – поморщился Рей. – Твой мозг воспринимает речь и подкидывает тебе знакомые слова. Не думаешь же ты, что выучила чужой язык? Я, ещё в самом начале, наложил заклинание. Это, можно сказать, магический двусторонний переводчик в работе.