Но цену надо заплатить:
Не умерев, не будешь жить!
Последняя фраза, затухая тяжёлым эхом, несколько раз отозвалась судорогой в моем теле… и я открыла глаза, обнаружив, что лежу, прислонившись спиной к каменной кладке колодца. Ночь. Самая обыкновенная ночь, без разноцветных ветерков, соловьёв и музыки. Даже луны уже куда-то делись. Ни фига себе пророчество! Интересно, меня так колбасит от самого предсказания или от качества поэзии? С другой стороны, хорошо, что не гекзаметром! Наверняка гекзаметр меня бы прикончил… Сколько же времени прошло? Я попыталась подняться, но мне это не удалось. Превозмогая слабость, я позвала:
– Рей!
Мгновение – и меня бережно поднимают на руки:
– Что случилось?! Куда эта стерва тебя забирала?!
И неожиданно, на нас снова обрушился хор соловьев, невнятная музыка… невесть откуда взявшийся ветер взъерошил волосы, и – призрачным эхом – хрустальный смех со всех сторон и ниоткуда:
– Андреас Ольгердсон, ученик Освальда, будь осторожен!
И все исчезло. Тем сильнее и мрачнее оказался контраст: словно из мира разом выпили все чувства, все звуки и все краски.
Рей невнятно выругался по-французски.
– Пойдем отсюда, – он мотнул головой, стряхивая с лица пряди волос, и понёс меня по аллее назад, туда, откуда мы пришли.
– Ты слышал мое пророчество? – я вцепилась в Рея намертво, почему-то всерьёз боясь, что он тоже может вдруг исчезнуть.
– Нет, – сквозь зубы пробормотал Рей, упорно глядя вперед, и я поняла, что он очень, очень зол. – Эта зараза вытащила тебя к себе… уж не знаю, на каком уровне она обитает. Видимо, знает о тебе гораздо больше… Тьфу, черт! Оракул же! Но почему Освальд не предупредил?
Рей явно скатывался на размышления вслух. Его ворчание странным образом звучало настолько умиротворяюще и расслабляюще, что я, похоже, начала задрёмывать.
Проснулась я от странно знакомого поскуливания и тихого смеха Рея. Я распахнула глаза и начала озираться. Оказалось, я по-прежнему лежу на руках у Рея, вокруг по-прежнему темно, где мы находимся – непонятно. Вот только Рей смеётся, а откуда-то снизу доносится тихое поскуливание. Заметив, что я проснулась, Рей поставил меня на ноги, и мне в грудь сразу же уперлись совершенно человеческие пальчики и уткнулась рыжая мордочка. Мýра! Он меня нашёл! Я, не задумываясь, плюхнулась на землю и радостно зарылась в рыжий мех чиррлы:
– Мýра! Прелесть ты моя! Ты тут! Я так скучала!
Мýра острым шершавым язычком лизал мои щёки, ясно давая понять, что скучал тоже. Правда буквально через минуту его восторженное повизгивание почему-то сменилось настороженным скулежом, он схватил зубами меня за джинсы и попытался куда-то потащить. Рей, до этого с умилением взирающий на нас, вдруг вздёрнул голову, в его руке оказался клэн, а вокруг нас замерцал какой-то щит. Это последнее, что я запомнила. Тяжёлая тёмная волна вдруг сбила меня с ног, закружила и швырнула в небытие.
Приходила в себя я с трудом. Словно под «Болеро», сознание танцевало по кругу то туда, то сюда. В конце-концов, каким-то чудом я сумела удержать его в «здесь и сейчас» и открыла глаза. Помогло это мало. Вокруг было темно. И я остро чувствовала, что я – совершенно одна и нахожусь посередине пустого пространства, явно в каком-то здании. Я закрыла глаза и открыла снова. Никакой разницы. Что за фигня!? Я ослепла? У меня же было то волшебное зрение, помогающее видеть в темноте, куда оно делось? Подавляя панику (а вдруг я в самом деле ослепла!?), я наощупь начала рыться в рюкзачке, пока не выудила зажигалку. Дрожащими пальцами крутанула колесико. Огонек не зажегся, но, брызнувшие во все стороны обжигающе яркие искры уверили в том, что с моим зрением все в порядке. Я с облегчением вздохнула, перевела дух и снова чиркнула зажигалкой, старательно глядя в сторону. Темнота. Язычок света не помог никак. Это был шарик огня, который не освещал ровным счётом ничего. Я снова закрыла глаза и попыталась сосредоточиться, сканируя пространство в попытке обнаружить Рея. Ничего. Ещё раз. И ещё, и ещё… Я не знаю, сколько времени я провела, медитируя в полной темноте, но в конце-концов таки уловила слабый отклик. Я встала и вытянула руку в попытке призвать болид. Ничего. Выругалась про себя. В глубине души крепло осознание того, что это Йор, и он таки нас поймал. С удовольствием отметила, что при этой мысли изнутри поднялась знакомая волна ярости. Ну хорошо. Хоть что-то у меня есть. Как уже не раз выяснялось, моя ярость чревата неконтролируемыми разрушениями. Теперь надо найти Рея. Я вытянула руку и в полной темноте сделала шаг вперёд. Ну что ж, пойдем наощупь. Наощупь идти было ужасно страшно. Воображение услужливо подбрасывало картины бездонных провалов в полу на моем пути, монстров, тянущих лапы из темноты… Я, стиснув до скрипа зубы, делала шаг за шагом, пытаясь сохранить ощущение направления, поддерживая кипящую ярость.
Я не знаю, сколько прошло времени. По моему внутреннему ощущению, не меньше пары столетий. Тёмные залы сменялись тёмными же коридорами. Коридоры мне нравились больше: можно было держаться за стенку. Но вот, неожиданно я поняла, что моя цель рядом, и что вошла в очередное пространное помещение. Темнота наконец милостиво поддалась, и я смогла скорее понять, чем по-настоящему увидеть, что нахожусь в помещении чем-то напоминающем концертный зал. В полной темноте еле заметно светилась колонна, в которой я увидела неподвижного Рея словно увязшего в огромной пробирке бледного света. Голова его была запрокинута, атон исчез, рубашки тоже не было, а обнажёный торс расчерчивали какие-то полосы и пятна… В тусклом свете было невозможно разобрать что это. Я сделала шаг ближе, пытаясь понять, что происходит, и тут под сводами зала раскатился смех. Нет, не зловещий, как можно было бы ожидать… это был искренний смех довольного жизнью существа… и я поняла, что больше не могу пошевелиться.
– А вот и наш Демон Судьбы! – Весело произнес голос. – Не может оставаться в стороне! Как жаль, я не могу воспользоваться столь прекрасным генетическим материалом!
Я скосила взгляд и увидела человеческую фигуру, спускающуюся откуда-то сверху на светящемся лунным светом диске, словно в луче софита.
Фигура опустилась и зависла в воздухе неподалеку от меня. Бледный свет, падающий на фигуру из ниоткуда, озарил темные волосы, красивое лицо и сверкнул в ярких глазах. Я похолодела: это был Виктор! Не в силах оторваться от чёткого профиля, я пожирала взглядом каждую черточку лица. Это единственное, что мне оставалось: я не могла и пальцем шевельнуть, мимолетно отмечая, что замкнута в такую же колонну бледного света, что и Рей.
– Ну и зачем ты здесь? – Весело поинтересовался Виктор. – Я аккуратно отложил тебя в сторонку. Абсолютно бесполезный материал. Не понимаю, откуда столько надежд. Тебя даже выпить нормально не получается. Эх, хотел бы я тебя скрестить кое с какими из моих последних наработок… да бессмысленно: все равно сдохнешь через неделю. Жаль, жаль… Кстати, как я понял, есть у тебя кое-что, что принадлежит мне… – Виктор протянул руку, и я почувствовала, как дернулся мой рюкзачок. – Откуда к тебе попал мой накопитель? Неужели у кого-то из моих украла? Хитрый какой демон!
Я присмотрелась. В руках он держал останки моего «обручального» кольца… И тут до меня дошло: это не Виктор, это Йор. Ледяной волной окатило понимание: Виктор – его потомок. Нет, ну надо ж было так вляпаться!
Но если это Йор… Я почувствовала, как ярость во мне разгорается с новой силой… А Йор тем временем продолжал, явно стремясь поделиться радостью:
– Ну вот посмотри на это, – он кивнул на неподвижного Рея. – Гораздо более перспективное существо. Просто находка для моих исследованиё! Интересный, очень интересный экземпляр… – Он рассмеялся. – Правда, забавно видеть его в таком беспомощном состоянии? Такой смешной! Думал, что сумеет меня обмануть! Тем приятнее будет его использовать…
Йор поднял руку, шевельнул пальцами, и тело Рея, содрогнувшись, болезненно выгнулось и застыло в изломанной позе. Я чуть не захлебнулась от ярости и боли… но так и не смогла пошевелиться.
А Йор тем временем продолжал:
– Интересные у него способности… Может именно этим заинтересовал старую ящерицу? Вот сколько ни пытался всё это время, никого так и не смог пропихнуть к нему в ученики! А этого щенка сразу взял! И откуда такой взялся? – Йор задумался, похоже, даже забыв на миг, что у него есть слушатели.
– Небывалый резерв, регенерация… пси-волны явно присутствуют… Таким усилить гарпоз… или лучше вьюх! Да! Вьюх! Завтра, пожалуй, начну… Прекрасно, что самец. Можно часто доить!..
Йор царапнул пальцем в воздухе, и на груди Рея появилась очередная тёмная полоса… Правда теперь я видела, что это течёт кровь.
– Нет, пока не получается, – недовольно хмыкнул Йор. – Какой-то новый щит. Но он постепенно истончается, так что надеюсь, скоро можно будет взять образцы внутренних тканей тоже. Какой интересный состав крови…
Йор облизал палец и довольно причмокнул.
Меня было затошнило, но сразу же накрыло очередной волной злости, от чего в глазах задвоилось, в ушах гулко зашумело. Рей не заслуживает такого! Никто не заслуживает! Йор – просто псих. Слетел с катушек! Я почувствовала, что ярость просто захлёстывает… Питаясь этим чувством, я напряглась, преодолевая вязкое сопротивление… ага! Кажется, я уже могу пошевелить пальцами рук…
– Ой, птичка трепыхается! – Гнусно усмехнулся Йор. – Всё-таки сладкая птичка… – Воздух вокруг меня неожиданно сжался, оглаживая почти ласковой горячей волной. – Ах, сколько энергии зря пропадает!.. Пожалуй, попробую ещё разок, может получится…
Вокруг вспыхнуло злое ядовито-зелёное пламя, сдавливая тело, выжимая из меня воздух и жизнь… Злость просто растворялась в этом пламени, и я поняла, что мне нечего противопоставить Йору. Грудную клетку сдавило тисками, я захрипела, пытаясь вдохнуть…
И тут вдруг раздался грохот, в стене зала образовался проём, в который рванул яркий дневной свет, и на этом фоне материализовался чёрный силуэт. Я не видела, кто это, но чересчур знакомые ощущения, пронзившие всё мое существо, не оставили никаких сомнений. Только однажды я чувствовала такое. Тиски, сжимающие мое тело расслабились, ядовитое плямя исчезло, но пошевелиться я так и не могла.