– Посмотри в ша’ан!
Я перешла в ша’ан, и оказалось, что вокруг меня мерцают тонкие нити, горящие серебряным огнем. Нити пререплетались, формируя какой-то многослойный геометрический узор. Создавалось впечатление, словно я сижу в клетке… вернее, в центре сферы… нет, не сферы, а какого-то сумасшедшего многослойного фуллерена, сплетённого из сияющей проволоки… и эта проволока странным образом исходит из меня самой, пронизывая насквозь. И я при этом ничего не чувствую. Сюр!
– Потрясающе! – Кивнул Учитель.
– А она это потянет? – Нахмурился отец Рея.
– Ммм… – Делано задумалась герцогиня. – Четыре элементаля на фоне собственной искры, плюс вот этот юный дракон, плюс энергия перехода… А самое главное – защита Хранителя… Знаете, я за безнадёжные дела обычно не берусь. Выдержит.
Бог ты ж мой! У меня просто камень с души свалился при этих словах! Да и напряжённый Рей как-то облегченно выдохнул. Ладно, делайте со мной, что хотите, только чтоб не сдохнуть!
Герцогиня тем временем кивнула мужу, и они, встав напротив друг друга так, чтобы Учитель находился в центре, воздели руки. Воздух наполнился гулом. Неожиданно впадина, в которой лежал Учитель, стала гораздо больше и ровнее… беспорядочные россыпи валунов исчезли, а земля под ногами уплотнилась, превращаясь в ровный чёрный базальт.
– Эй! Осторожнее! – Возмутился Учитель, высовывая из-под панциря лапы с устрашающими когтями и впиваясь ими в базальт – аж искры посыпались. – Не переборщите с преобразованиями! Фонить же будет! И вообще, мне щекотно!
Отец Рея поднялся и, сделав знак сыну и жене, встал неподалеку от герцога. Герцог с герцогиней сдвинулись так, что теперь все пятеро стояли на одинаковом расстоянии друг от друга, окружая Учителя. Только я осталась сидеть в сторонке. Почему-то потерявший аппетит Мура, жалобно поскуливая, сделал попытку забиться мне под колени, но, сумев впихнуть только голову, застыл в такой вот страусиной позе.
– Все готовы? – Мелодичный голос герцогини таки сорвался на пронизывающий гул. – По моему сигналу! Ос, ты открываешь Вход и отходишь. Ника, ты должна будешь войти в пещеру. Просто сделать шаг внутрь. Дальше всё поймешь сама. Главное – не останавливайся и не засматривайся ни на что!
Я кивнула, вставая. Мура снова заскулил и лёг, нахохлившись и прикрыв мордочку лапками, от чего превратился в натуральный стожок рыжего меха.
– Становись рядом, – качнул головой Учитель.
Я послушно вошла в круг и застыла на указанном месте. Герцогиня, покосившись на меня, кивнула и снова вскинула руки. Повторяя её жест, вскинули руки и все остальные. Воздух прорезали серебристые стрелы – и вот, вокруг нас с Учителем горит серебряная пентаграмма, углами которой служат мои самообъявленные должники. Я хмыкнула. Оказывается, и сама не заметила, когда всепоглощающий ужас сменился на напряжённую сосредоточенность.
Герцогиня кивнула снова, и из линий пентаграммы, напоминая мне не столь давние события, восстала стена холодного пламени. Только не ядовито-зелёного, а чистого, серебряного цвета. Перевела взгляд на Рея. Он стоял бледный, напряжённый, не отрывая от меня отчаянного взгляда. Мне на миг стало безумно жалко его… да и себя за компанию… и я пропустила момент, когда пространство вдруг мигнуло и дернулось. Я вскинула голову и неожиданно увидела рядом с собой крупного огненно-рыжего мужчину с аккуратной бородкой и ярко-зелеными глазами. Он подмигнул мне и сказал голосом Учителя:
– Твой ход, девочка!
Я перевела взгляд на землю. Там творилось что-то жуткое: перед моими ногами разверзлась огромная дыра, в которой, казалось бились, сойдя с ума, все краски мира. Цветные спирали затягивали взгляд, от мелькания бесконечных разноцветных полос кружилась голова… Разноцветье выглядело живым, злобным и яростным. Создавалось впечатление, что эта воронка пытается затянуть в себя и поглотить не только меня, но и всё окружающее.
Я беспомощно обернулась на Учителя, который стоял, сложив пальцы в какую-то замысловатую фигуру. Весь его вид выдавал нечеловеческое напряжение.
– Иди, Ника, я не смогу долго удерживать вход в этой ипостаси.
– Это же пропасть, а не пещера! – Пискнула я, понимая, что никогда в жизни не смогу заставить себя сделать этот шаг. Я дико боюсь высоты! А уж глубины психованного колодца и подавно! Алиса, как выяснилось, из меня никакая.
– Ах, как у людей всё сложно! Так лучше? – Мелодично мурлыкнула герцогиня… И мир вокруг вдруг сделал сальто-мортале, а прямо перед моим носом оказался вход в пещеру, которая только что была бездонной ямой. Мне даже на миг показалось, что я вижу дорожку, убегающую вглубь.
Я набрала в лёгкие воздуха, бросила один прощальный взгляд на дёрнувшегося Рея и сделала этот шаг.
…И полетела в пропасть.
– Ника! – Рванулся в спину отчаянный крик Рея, и ему вторил оглушающий визг. Кажется, это был расстроившийся чиррла.
На меня обрушилась какофония звука и цвета. Это был сошедший с ума оркестр с органом и триумф безумного художника. Цвета звенели, ревели и гудели, звуки переливались разными цветами и наровили обжечь, заморозить или наждаком пройтись по коже… Я куда-то летела, но это оказалось совсем не страшно, потому что бушующее буйство цветов то летело вместе со мной, то навстречу, то закручивалось сводящими с ума спиралями и зигзагами. То и дело вспыхивали разноцветные фейерверки, и все эти цвета и звуки наровили просочиться в меня и выпить до дна, но натыкались на серебряные нити, которые звенели злыми хрустальными колокольчиками… и беснующиеся ленты отступали, бессильно свиваясь змеями вокруг…
Глава 28.В которой оказывается, что я совсем не так представляла свою судьбу.
И вдруг всё исчезло, как отрезало. Я зависла в белоснежном тумане. Не было ни сторон, ни верха, ни низа. Я перевела взгляд на свои руки. Рук не было. Меня не было. Я все-таки умерла? И тут я увидела, как из абсолютно белой мглы, чёрточка за чёрточкой, словно старается невидимый художник, начала вырисовываться двигающаяся человеческая фигура. Я замерла в ожидании полного воплощения этой фигуры. Выглядело это потрясающе, словно аниматор рисует мультфильм: вот контур человека, вот лицо приобретает черты, вот прорисовывается одежда, вот всё наливается цветом… и вот навстречу идет уже абсолютно живой человек.
Я пригляделась. Вот это да! Человек был удивительно красив и совершенно необычен: на шоколадном лице горели яркие глаза цвета прозрачной ртути, цвета расплавленного серебра. Белоснежные с голубоватым отливом длинные волосы заплетены в сотни тонких косичек, уложенных в небрежно выглядящую, но затейливую прическу… И просторное одеяние бледно-голубого цвета надежно укутывало фигуру, не давая понять, мужчина это или женщина. Впрочем, человеком это не являлось точно. Я просто физически (хотя где же моя физиология?) ощущала силу, исходящую от этого существа, и просто затапливающую все окружающее как океан. Это была ожившая звезда в человеческом облике.
– Ну, здравствуй, мой посланник! – Приветливо произнесло это существо совершенно обычным, чуть хрипловатым голосом.
Мои мысли полетели вскачь сразу во все стороны: это вот это Судьба? Это она, он или оно? Может иллюзия? Бред? Я умерла, и это Бог? Получилось ли закрыть эту дыру? Как там Рей? Из меня уже убежали все элементали? И добрались ли они, куда надо?
Существо мягко рассмеялось, и неожиданно со всех сторон отозвалось эхо.
– Столько вопросов сразу! – Оно взмахнуло рукой. – Так тебе будет удобнее.
И я обнаружила, что моё тело снова при мне.
– Присаживайся. – Существо сделало приглашающий жест, и я обнаружила сзади себя на редкость комфортно выглядящее кресло.
Я села и увидела, что существо уже тоже сидит в похожем кресле.
– Я Иззи. – Улыбнулось существо. – Хранитель этих миров. Раз уж Арлина проболталась, пришлось мне тебя встретить.
– Я умерла? – Наконец сумела выдавить из себя я.
– Пока нет, – Иззи склонил голову к плечу, хитро сверкнув на меня своими невозможными глазами. – А разве хочешь?
Я помотала головой. Я не хочу умирать. У меня Рей!
– Ну значит я не зря старался, – он (я подумала, что раз Иззи, то пусть будет он) снова улыбнулся. – Спрашивай, буду отвечать на твои вопросы.
– Где мы? Я только что была в этой Пещере Диких Радуг… – Я поморщилась от воспоминаний. – У них получилось закрыть эту дыру?
– У тебя получилось, – снова мягко улыбнулся он. – Элементали всех четырех стихий, сражающиеся за свою жизнь и свободу… – он рассмеялся. – Еще бы не получилось! И Лýна молодец. Все правильно поняла, разгадала шараду и обеспечила тебя защитой. Я же ведь довольно ограничен в своем могуществе, – он комично пожал плечами. – Всё, что я могу, это создать подходящую ситуацию, а там уже ждать, как все действующие лица себя проявят. Свобода воли, понимаешь ли. В общем, в этом случае всё разыгралось как по нотам. Теперь равновесие восстановлено, и я очень тебе благодарен. Так что сделаю тебе, пожалуй, подарок. Личный. Отныне ты можешь путешествовать между мирами. Без дополнительных условий и ограничений. Правда как, должна будешь понять сама. – Он хитро улыбнулся. – Ну и силу, отданную при закрытии разрыва, верну. Не всю, не всю… Но не могу же я разочаровать Освальда. Он уже настроился взять тебя в обучение…
Я хлопала глазами, слушая всё это, а Иззи продолжал:
– В общем, хорошо, что эта история наконец почти закончена. Этот неугомонный Йордан устроил мне персональную, скажем так, головную боль, своим безответственным поступком.
– А почему вы его просто не уничтожили? – Поинтересовалась я. – Вы же видели, к чему всё идет!
– Помилуй, Ника! – В притворном ужасе зажмурился Иззи. – Убийства – это совершенно не по моей части! Это вообще противно самой природе таких, как я. Конечно я всё видел. И повернул в результате так, чтобы из произошедшего извлечь максимум пользы. Не только удалось распутать этот клубок, в котором Йордан и сам запутался, и оба мира замотать умудрился – вот это я понимаю, размах! – а ещё сколько по мелочи! Например, ты с Андреем познакомилась, бедняга Оллирен освободился… и ещё много чего! Йордан – совершенно потрясающее создание! С людьми у него отношения не ладятся, да. Но тому есть веские причины. У одарённого и чувствительного мальчика было совершенно кошмарное детство. Он привык никому не доверять и всех использовать. Печально. Ну, в конце-концов он поймет, как нужно поступать. Путешествие по складкам реальностей, которое ему устроила Лýна, должно помочь.