Демоническое притяжение — страница 24 из 52

 Хотя, я была даже рада, что не знала эту Вольштейн. У таким милых старушек с сигарами обычно самые огромные тараканы в голове. Так что обойдусь без связей, вон, я с Орлано познакомилась, теперь не знаю, чем все это дело закончится.

— А что стоим? Под ноги смотрели? — как ни в чем не бывало сказала старушка и все как один дернулись и устремили взоры вниз.

— Тьфу ты, доверчивые какие, — наш новый преподаватель натурально плюнула в сторону, а попугай попытался повторить, но у него ничего не вышло. Да это и понятно, попугаи-то не умеют плеваться! Но хозяйский шарм был для него настолько притягателен, что он стремился подражать ей во всем и так же насмешливо косил на нас одним глазом.

— Марта, не вздумай ей хамить, — Бравис почему-то решил донести до меня эту мысль, но я его проигнорировала. Не буду же я ему говорить, что с головой у меня все в порядке, пусть думает что не очень и боится мести.

— Ну что, будем делать из вас бойцов? — выпятив костлявую грудную клетку, спросила госпожа Вольштейн.

— Но мы не бойцы! У нас отделение «Контактов с магическими созданиями»! — кто-то смелый и безрассудный попытался спасти группу. Это была не я. Правда не я! Ну ладно, признаюсь, я это, я...

Меня приласкали таким любящим взглядом, что в пору было взывать к Создателю чтобы он открыл портал в другой мир. Но когда я боялась трудностей? Они же только распаляют интерес и делают жизнь контрастней!

— Ну вот и будете «работать» у меня с местными созданиями, правда, не магическими, — вот Вольштейн и поспешила разнообразить нашу скучную студенческую жизнь. Таковой она была, конечно, только на ее взгляд.

Что-то скользкое и противное коснулось моей руки и я осторожно посмотрела вниз. Мерзкий слизняк полз по кисти руки оставляя на коже после себя розовый след воспаленной кожи.

Бравис проткнул слизняка когтем, мгновенно появившимся из его пальца и прошипел:

— И долго ты еще собиралась его разглядывать?

Я не успела ответить, так как на голову Доре приземлилась маленькая обезьянка с тремя рядами острющих зубов. И начался настоящий ад.

  Малиновые крокодилы в реке, зеленые птицы, клюющие мозг, оранжевые змеи, чья пасть соперничала с пастью голубых бегемотов и самый смак — шипастые пантеры — и все это безобразие было по наши души.

Как мы унесли ноги? Вольштейн.

Как нас не сгрыз кто-нибудь? Вольштейн.

Как нас не утащили на дно? Тоже Вольштейн. В общем, вы поняли.

— Она что, выпендрилась так? — Дора смогла отдышаться только в холле гостиницы, куда мы один за один влетели через портал.

Последней вышла всеми «любимая» старушка, дымя сигарой, и попугай пожелал нам удачи. Вольштейн обронила — до завтра, а мы так и остались в холле, до сих пор стараясь держаться друг друга.

Да что мы такого администрации универа сделали, что нам тренера боевых демонов отправили?

Я не одна задавалась этим вопросом, и привидение, которому надоело слушать наши стоны, сказало:

— Отпуск у нее просто, вот и все.

Оно развело руками, как будто этим было все сказано, а нам оставалось только уточнить:

— А он к концу, случайно не подходит?

— Неа, я слушал, что сегодня первый день как раз.

Все адепты застонали и поплелись по комнатам. Все, за исключением Бананчика. Вот черт, а я даже не успела на нем испробовать свои запасы — все на этих тварей спустила, спасая свою шкуру...

К сожалению, страдать о том, как чуть не пропала «я любимая» я не любила. У меня были более интересные занятия.

Например, как это: стою, стучу уже пять минут в кабинет Сафраи, а там тишина. А на фоне вчерашних обещаний Орлано разобраться в ситуации это было не есть хорошо.

Нет-нет, вы не подумайте, мне дела не было до этой парочки ищеек, а вот за своего Дартаньяна я переживала. Все-таки уже свой в доску, этот эльфийский чертяка!

И его не было в нашей с Дорой комнате, из чего я сделала вывод — он все еще в руках у Сафраи и Слэйда, поправляется.

Настукивая барабанную дробь, я успокаивала себя только тем, что Дарт может проходить сквозь стены. Если там стало совсем горячо он бы смылся, ведь так?

«От Орлано?» — это был тот самый внутренний голос, с которым, как вы помните, я не разговариваю.

Но голос добился желаемого — заронил зерно сомнения в мою до этого идеальную теорию. И что мне теперь делать?

К вечеру я уже была сама не своя от беспокойства, хоть и ругала себя за богатое воображение.

— Он же черт, Марта, ты забыла? — по-своему успокаивала меня Дора. — Он из любого омута вылезет!

Но я слабо успокаивалась. Может, тому поспособствовала нервная практика, а может и то, что интуиция говорила — вечером жди сюрприз.

И вот когда я уже в десятый раз допытывала приведение, а оно с упорством влюбленного поэта рассказывало мне про какую-то русалку в стихах, которая влюбилась в черта, мимо промчался Бравис. Быстро кивнул мне и вылетел из гостиницы.

И что это было? Да за такое разжигание любопытства было в пору в суд подавать!

За время ожидания я даже общий язык с приведением нашла в целях разведки, и оно забыло про былые обиды. А всего-то стоило предложить вдвоем сочинить оду об одной блондинке. Кто она, предусмотрительно говорить не стала, обозначив загадочным для приведения словом заказчик. Я еще помнила ту историю с брошкой и не хотела терять интерес полупрозрачного создания.

— Вот ты мне все оно, оно, а я то — ОН! — важно заметил он в пылу сочинительства.

— Ага, — просто согласилась я. Ну а что сказать? Это мне было ясно, что приведение не имело пола, а лишь память того, кем последний раз было при жизни, и то, если дело осталось незаконченным. Дух не переродился, а на это было множество причин. И нас учили, что все духи — это оно. Так лучше, чем когда вдруг встретишь духа, который помнил о всех своих воплощениях. Вот такому определишь пол и все — считай, привязалось к тебе приведение на веки вечные и будет доказывать постоянно, что то это «он», то «она». Мрак, одним словом!

— А, чуть не забыл! Тут тебе письмо! — и показывает под стойку регистрации, где на полке по соседству с какими-то оккультными штучками лежал чисто-белый конверт. А на нем так красиво «Марта» с вензелями написано.

Ну и кто он после этого, как не ОНО, а?!

 А там что, знаете?

Дорогая Марта!

Прошу скрасить мой скучный вечер Вашей несравненной улыбкой.

Нет, вот дипломат, так бы и написал — рогами! Итак между строк прочитать можно!

Ну и ладно, улыбкой так улыбкой. Хоть что-то проясню для себя, а то ждать у стойки регистрации новостей — это уже последнее дело, скажу я вам. Докатилась.

Быстро переориентировавшись, я посмотрела, что в конвертике лежит настроенный камень перехода и зажала его в ладони.

Я же говорила, что не люблю ждать? Пусть это приведение за меня думает о моем непрезентабельном внешнем виде. Это же оно мне кричало вслед:

— Да кто же в таком на свидание-то идет?!

Вот кто на свидание идет, тот пусть и наряжается, а я и в штанах с кофтой хороша!

Орлано уже имел удовольствие видеть меня в платье, с него такого счастья уже, считай, на всю жизнь хватило.

Молясь про себя о том, чтобы под эти самые крики приведения не вывалится из портала на глазах у огромного количества народа, я вышла в пустой комнате. Все-таки есть кто-то нам наверху, кто не дает мне пропасть!

Вокруг в кадках стояли цветы, с пола росли высокие деревья, и вообще место напоминало мне этакий зимний сад, вот только все было сделано еще и стильно. Стекло, камень и дерево. В общем, сочетание мне понравилось, но я не за этим сюда пришла.

А где же встречающий, где все? Я даже разочаровалась немного.

Нет, я поняла, что приведение не отдало мне вовремя конверт. А еще утверждало, что больше не обижается! Врушка бесплотная!

Я сделала шаг вперед и почувствовала скорее внутри, чем кожей, что задела магическую нить. Так-так-так, и что же это?

Я ждала сюрприза на голову, звона, да всего, чего угодно, но только не того, что зеркало напротив вдруг станет прозрачным и я увижу мирно беседующих Орлано и Брависа.

Кресла с большими подлокотниками, никаких витиеватостей, резных ножек, сплошное удобство. Я даже от души им позавидовала, но ровно до того момента, как появился «звук». После этого все мысли были направлены совсем не на мягкие сиденья.

— Все хотел тебя спросить, — начал Орлано, весь подобравшись, как только мой взгляд остановился на нем. Как будто чувствовал его, знал, что я есть...

Да! Именно так, он же не мог не знать! Так, тогда что же мне надо знать?

Хихикнула про себя, мысленно поблагодарив вредное приведение. Я, наверное, по задумке должна была прийти до появления Бананчика, и из-за того, что все пошло не так, как запланировано, Орлано с Брависом уже достаточно давно беседовали «ни о чем».

А вот теперь, как я поняла, будет именно то, ради чего меня сюда заманил Орлано...

Точно гадость какая-то, — пискнул внутренний голос. И я незаметно для себя кивнула. Идиллия...

...ты втемяшился в Марту? — вопрос в лоб заставил Альтера вытянуться в кресле так, словно ему кол в спину вставили. Ух ты, как его одно мое имя стимулирует!

Ну, а мне-то, честно сказать, жуть как нервно в ожидании ответа. А его ждать долго и не пришлось. Секунд шесть.

— Она ничего, стоит признать. Я бы даже сказал — меня в ней тянет. Но, ты же сам понимаешь, что она немного... неформат...

Неформат я ему, а! Отформатированный Бананчик!

— Тебя смущают ее формы? — спросил Орлано, косясь в сторону зеркала. А мне ему в лоб почему-то захотелось дать, чтобы не смел меня обсуждать!

— Формы, проформы, да не поймет никто! — махнул рукой, словно отмахиваясь от надоедливой мухи сказал Бравис, а у самого взгляд был совсем не легкомысленный, в отличии от жестов. Но что мне его серьезный взгляд, когда он тут такое... говорит... зараза...

И мне стало так обидно! Конечно, пусть все будут как одна — тонкая щепка, обхвати посильнее — сломается. И никто не понимает, что без нас, вот таких «неформатов», было бы не общество, а конвейер одинаковых куколок. Да чем же это я хуже, если у меня не такая узкая талия? Может, я из-за этого плеваться начинаю?