Родители мне с детства привили, что главное — личность. И если тебе красавица в лицо сыплет оскорбления, то это у нее проблемы с самой собой, а не у тебя. Любишь, принимаешь, такой, какая есть — вот и весь залог счастливой жизни. А когда ты счастлива — то и все вокруг тебя становятся счастливыми.
Но сейчас меня было трудно назвать таковой. Почему-то так горько в горле стало, как будто съела испорченное пирожное, а запить нечем. И эти неприятные слова так и застряли комом и не туда из сознания, и не сюда.
А ведь еще и целоваться лез! Зачем? Пикантненького захотелось между прищепками? Ничего-ничего, я поперчу его жизнь как следует, или я не Марта!
Дальше я не слушала, ушла в другой конец комнаты, села на диванчик и стала листать журнал. Информация пролетала мимо сознания, никак не находя отклика в сознании, которое находилось в прострации. И только голос Орлано заставил меня встрепенуться:
— Надеюсь, ты не плачешь? — он с таким участием это спросил, что я заморгала от удивления.
— Не-е-ет, — протянула я, прищуривая один глаз. Улыбка сама собой растянула мои губы, когда я подумала, что не один Бананчик не достоин Мартышкиных слез. — А должна?
Орлано в один шаг добрался до дивана и присел на корточки передо мной. Такой элегантный, воспитанный, и вот так, вприсядку... Он долго-долго смотрел в мои глаза, а потом тихо сказал:
— Ты — удивительная, Марта. Ты так ценишь себя, что заставляешь ценить тебя и весь мир. Как тебе это удается?
— Я просто не оставляю миру другого выбора, — искренне ответила я. Правду говорить всегда легко. Это на ложь, как я слышала, нужно секунд шесть подумать...
— А куда ты Брависа дел? — посмотрев в сторону зеркала, спросила я у мужчины. Он явно был в ступоре, поэтому ответил не сразу. Ему понадобилось обернуться, чтобы понять направление моего взгляда и тяжело вздохнуть.
— Я все провалил, да? — один уголок его рта криво пополз вверх, приоткрывая маску идеального аристократа.
— Пожалуй, — не стала отрицать я, захлопнув журнал и выставив его перед собой, словно ограждаясь.- Как-то все очень очевидно было.
— Я уже думал, что ты не придешь, — словно пытаясь найти в моих глазах ответы, сказал Орлано. А я вспомнила, что так и хочу со своим наколдованным взглядом, а теперь и Слэйд куда-то запропастился...
— Как я могла отказаться, — с долей иронии спросила я, намекая на то, что некоторые обстоятельства просто не позволили бы мне отказаться. Все-таки тут за шпионажем всю нашу четверку поймали. И кстати, тут у меня вопросик есть, как раз про нашу «дружную» команду:
— А ты, случайно, не знаешь, где Слэйд?
— Твой «дядюшка»? — особенно выделив последнее слово, уточнил Орлано.
— Да, — бессовестно кивнула я.
— Не ожидал от Слэйда такой глупости. Он же мог предположить, что я знаю его родословную? Да, в крайнем случае, узнаю.
— А Вы все родословные знаете? — моя бровь сама собой поднялась вверх, но вторая еще стойко оставалась на месте. — И что, нет племянницы?
— Почему же нет, есть. Вот только ей все три года.
— Может, он узнал о родственнице совсем недавно? — я бессовестно смотрела в глаза мужчины.
— У тебя совсем отсутствует чувство самосохранения? — вдруг спросил Орлано, вмиг приняв серьезное выражение лица.
— Я чертовски удачлива, — уверенно ответила я, а сама подумала, что уж на что, так на чертей мне определенно везет. Так что, считайте, и не соврала.
И мне очень интересно, где же мой черт?
— А где Дарт? — спросила я, уверенная, что Орлано знает об этом куда как больше моего. Вчера же были у него какие-то неотложные дела.
— Вербую я твоего Дартаньяна. Отличный кадр.
— Кадр? — переспросила я. Интересно, а он о его совсем неэльфийском происхождении что-нибудь знает? Вот смеху- то будет, если его всего такого уверенного так облапошат. Договорчик-то, наверное, ему тоже подсовывали. А договорчики подписанные нечистью у нас что? А ничего. Полный ноль у нас такие договорчики.
— Это ты чему так улыбаешься? — почувствовав неладное, спросил Орлано.
— Мечтаю... — довольно вздохнула я, а плечи мужчины опустились вниз. Голова Орлано озадаченно склонилась на бок, а сам он сказал:
— Я тебя никогда не пойму, да?
— Никогда, — согласилась я.
— А я хотел тебя к себе позвать... — загадочно протянул мужчина, и журнал выпал из моих рук.
— Вот растяпа! — отругала я сама себя, приходя в чувство по-быстрому. — Куда позвать?
— К себе? — подмигнул он. — Ты же хотела быть шпионкой?
— Вот уж не предел мечтаний, — отмахнулась я.
— Тогда почему? — озадаченный взгляд был практически физически ощутим.
Ну вот что ему ответить? Правду, зачем я влезла в это дело? Точнее, как меня втянули? Мне почему-то не хотелось раскрывать карты. Тогда и Дарт окажется под ударом, а я к этому эльфийскому чертяке что-то уже привязалась...
— Слэйд с Сафраей тебя чем-то шантажируют? — спросил он, и на секунду я досадно сморщила нос. Но он заметил и громко цокнул языком, что совсем не вязалось с его этим отточенным видом мужчины голубых кровей. — Так и знал!
Вот правильно говорят, что иногда лучше промолчать. А там кому надо, тот сам себе все додумает, а если что, то я не виновата. Ничего не подтверждала, ничего не опровергала. Сама придумал — сам поверил. Вот только в моем случае он правильно придумал. Не совсем мой случай, если бы мне уж совсем этого не хотелось, я бы легко из этого выпуталась, сама-то я ничего не подписывала. Но какая нормальная демоница откажется от приключений на свои вторые 130? Я, конечно, не мерила, но скромно так предполагаю...
Орлано кивнул своим мыслям, а потом поднялся, расправил плечи и предложил мне руку изысканным жестом. Таким изысканным, что я, как простая девушка, не привыкшая к таким церемониям, не сразу поняла, что он от меня хочет. Ну, а уже после сделала как положено.
— Еще пару недель и тебя будет не отличить от принцессы, — шепнул он мне на ушко. А так как я в это время была занята совсем другими мыслями, задала вопрос, поставивший мужчину в откровенный тупик:
— А Вы томные взгляды снимать умеете?
Орлано сначала посмотрел на меня непонимающе, потом испытывающее, а потом вообще ляпнул то, что загнало меня в тупик вместе с ним:
— Тебе неприятно, как я смотрю на тебя?
И Вот как с этим жить? В смысле, быть-то как, а? Объяснять, что же еще!
— Нет, мой томный взгляд — это подарок Слэйда, — пояснила я. — Так как, можете?
Орлано заинтересованно подался вперед, потом отклонился корпусом назад, присматриваясь к глазам, а потом протянул:
— А я-то все время не пойму, вот чувствую, что что-то неправильное в образе, в разрез идет со всей твоей натурой. А тут — взгляд! — он восхищенно цокнул языком, и еле заметно закусил нижнюю губу. — Я уже в предвкушении, как же ты смотришь на мир...
Он щелкнул пальцами у меня перед глазами, что-то пробормотал и убрал руку. Я непонимающе моргнула, потом еще раз и еще. Ну ничего, ни тебе ни пыли волшебной, ни заклинаний, ни дымка, черт возьми...
— Не получилось? — я скривила губы в сочувственной улыбке. Почему скривила? Да потому что не испытывала сочувствия, разве что к себе, и то не сейчас.
— Отчего же, твои глаза, полные упрека смотря т на меня с разочарованием так, что я уже хочу вернуть тот самый взгляд обратно!
Я набрала полную грудь воздуха, собираясь как минимум высказать все, что думаю о его мнении, но тут он расхохотался.
— Туше! Ты меня чуть не испепелила своим взглядом, и я сдаюсь! — он поднял руки вверх. А потом опустил, взял обе мои ладони и...
— Не помешал? — Бравис зашел в комнату с самой белозубой улыбкой, какую я только видела на его бесстыжем лице.
— Ты что-то забыл? — Орлано медленно повернул голову к Бравису, показательно натянув вежливую улыбку.
Мои руки под шумок выскользнули из ставшей вдруг крепкой хватки Орлано, и мужчина бросил быстрый взгляд в мою сторону.
— Да. Ты так быстро спешил к Марте, что забыл спросить то, ради чего меня «срочно» вызывал, — Бананчик протянул папку с документами, и я скользнула по ней любопытным взглядом. Интересно, а что это там?
И, как будто слыша мои мысли, Бравис повернул прозрачную папку так, чтобы мне было прекрасно видно — это досье. На меня родимую.
Орлано поздно спохватился, спеша перевернуть ее обратно. Я уже готова была порвать эти бумажки в клочья и еле сдерживала раздражение. Нет, ну вот вам бы было приятно, если бы на вас собрали такой приличный томик, а? Да я столько дней не прожила, сколько там листов было!
Это я, конечно, преувеличиваю, но все равно раздражает!
Чертовы интриганы! Шпионы редискины!
— Позвольте? — я так резко дернула за папку, что Орлано от неожиданности мне ее и отдал. Правда, потом спохватился, но было уже поздно. Я сожгла ее демоническим огнем, всё как папа учил. Правда, строго наставлял, что я могу использовать его только тогда, когда моя жизнь будет под угрозой. Якобы, есть там какой-то закон, который разрешает пользоваться им только после хорошего контроля над демонической сущностью. Но так как он меня научил раньше, чем я эту самую сущность обрела, то и все вопросы к нему.
Да и в конце концов, это был случай чрезвычайной важности.
— Марта! — недовольно воскликнул Орлано.
— Что? — невозмутимо спросила я, бросая маленький кусочек, еще не поглощенный огнем на пол. Мои ручки мне еще пригодятся.
— Ну и зачем ты это сделала? — блондин смотрел вниз на догорающее досье и корчащуюся пластмассу.
— А вдруг я там голенькая в душе? — я развернулась к выходу, решив, что с этими двумя мне больше нечего делать. Доберусь как-нибудь и без портала. Я остановилась на пороге комнаты и обернулась, не в силах совладать с любопытством.
— Г-голенькая? — переспросил Бравис. Казалось, он не верил своим ушам.
— В душе? — смотрел Орлано на меня, как смотрел бы на розовый диван, внезапно оказавшийся в его кабинете.