Хотя что еще ждать, если связалась со всякими шпионами, а вот что об этом думает Дора…
— Как думаешь, кто это тебе прислал? — забросила я удочку.
— Ну как кто? — проникновенно спросила она и ласково посмотрела на платье. — Слэ-э-эйд…
— А тебя не смущает, что он сюда вот так запросто проник? — я начала аккуратно прощупывать почву, и чуть не взлетела на мине возмущенного взгляда подруги.
— Марта! Это ро-ман-тич-но!
А по мне, так категорично! Возмутительно! Как он умудрился запустить свои щупальца в сознание Доры и так помутить трезвый разум подруги? Чем? Он же не мог воздействовать через магфон?
— Дор, а ты с ним встречалась уже?
— Нет, мы увидимся первый раз на балу, — пытаясь спрятать счастливую улыбку за платье, которое уже примеряя к себе, подруга сетовала на то, что в комнате нет зеркала: — И как в таких условиях собираться?
А вот лично я вообще не переживала! Вызовет Орлано пораньше — так вызовет. Нет — с косами пойду. А что? Крутить башни из волос у себя на голове я не хочу и не буду.
Пообедав, я ходила по комнате и заглядывала в каждый угол. Даже под кровать посмотрела, и точно бы перетряхнула матрац, если бы на нем не восседала Дора с полным комплектом косметики. Да где же это? Ну должно быть что-то, что так влияет на подругу!
Не была она никогда такой! Влюбчивой — да! Но чтобы вот так, до помутнения в глазах рисовать один глаз — это перебор даже для нее.
— Все в порядке? — подруга, наконец, обратила внимания на мои метания по комнате. — Ты что-то потеряла?
Ага, твои трезвые мозги! — так и хотелось сказать мне. Но я прикусила язык, чтобы не сболтнуть лишнего и покосилась на Дорин магфон.
Как бы его умыкнуть по-тихому да посмотреть. Может на нем что?
Но подруга следила за ним, словно за зеницей ока. Так что этот вариант я тоже откинула. Что же делать?
Из двери показалось приведение и тактично покашляло, поглядывая на платье. Дора скользнула по прозрачной фигуре взглядом и вновь сосредоточилась на своем отражении.
— Послание для дамы, — важно сказало приведение, и я посмотрела на его пустые руки. Тот красноречиво показал, что руки его более чем не материальны, проведя ими сквозь стены, и предложил: — Прошу пройти за мной, оно на стойке регистрации.
Какие все важные! Похлопав себя по коленям и, бросив взгляд на подругу, решила не прощаться. Письмо могло быть и не от Орлано, что заранее вводить Дору в сомнение.
— Я отлучусь… — на последок сказала я, и девушка кивнула, посмотрев на часы.
— Март, ты не обижайся, но когда за мной явится Слэйд я пойду.
— А он обещал проводить тебя лично? — ухватилась я за возможность поймать этого скользкого типа раньше.
— Ну, а как же я окажусь на балу? Хотя… — пока Дора думала о других способах, я выскользнула за дверь.
И опять конверт с печатью, опять одноразовый портал и я, не думая не секунды, активирую его, горя жаждой мщения за подругу. Быстрей бы уже, быстрей!
— Так и знал, что ты даже не подумаешь готовиться к балу! — руки Орлано легли на мои плечи, а сам он с улыбкой скользил глазами по моему лицу.
— Считаешь, моему лицу не хватает красок? — я скептически подняла вверх брови, передернув плечами. Мужчина вздохнул, но руки убрал.
— Ты всегда все в штыки воспринимаешь? — его пальцы скользнули по кончикам моих пальцев, но я быстро спрятала руки за спину. В его голосе скользнуло еле уловимое разочарование.
Не знаю, чего именно я боялась, но все эти прикосновения мне не нравились. Они нервировали мою тонкую душевную организацию и рождали лишь одно желание — подальше отойти от раздражающего фактора. Ну, то есть мужчины.
— А я готовился, — он показал руками на свой и без того всегда безупречный вид и я отметила, что все-таки да — он сегодня расстарался. Камзол сидел безупречно, но у блондина по-другому то и не бывало. А вот знаков доблести он еще никогда на себя не вешал…
Я точно знала, что означал каждый из них — спасибо папе. Когда твой отец — боевой демон, да еще и занимающей далеко не самую низкую должность — у тебя просто не остается другого выбора.
Кристаллы за отвагу, за верность короне, за спасение жизней. За взятие Бариона и за взятие целого отряда врагов. Разноцветные, круглые, прозрачные значки были сделаны из настоящих драгоценных камней и усеивали грудь демона, словно цветные слезы.
Было такое понятие у демонов — блестящий воин. Вот это как раз про него.
— А я думала — Вы, как агент, в самую гущу событий и не лезли… — сказала я. Чем обидела Орлано смертельно, судя по всему, но он быстро это скрыл.
— Я не какой-нибудь тряпочный шпион, Марта! — все-таки его маска дала трещину, и он не смог промолчать и оставить мои слова без ответа: — И если я сейчас руковожу отделом разведки его величества, это совсем не значит, что в прошлом я протирал бока на балах и вынюхивал грязные подробности в женских будуарах.
А у меня знаете, какая реакция на все эти отчитывающие интонации? Догадываетесь, да, с моим-то папенькой? Верно-верно — стена. Непроницаемая, непробиваемая стена.
Словно в прошлое вернулась, где меня отец уму разуму учит.
— Да, папочка! — кивнула я головой, как кивала когда-то. Фиолетовый затопил глаза мужчины, поглощая серые вкрапления и оставляя только фионитовый блеск.
— Это я — папочка? — дернув головой, спросил тихо мужчина. Тихо то тихо, вот только меня не обманешь! Затишье перед грозящей обрушиться на мою головушку бурей. И зачем я ему так сказала? Сейчас себе все настроение перед балом испорчу!
Надо было срочно переводить тему, и я начала искать глазами по помещению достойны повод. И он не заставил себя ждать, родименький!
Бархатная коробка лежала на столе, а рядом стоял манекен с моим пурпурным платьем.
— О, это мне? — на самом деле мне совсем не нужно было содержимое коробочки, но в воздухе витал запах жареного, и надо было исправлять положение дел. Моих дел. Вот я и расстаралась…
Орлано моргнул, а потом посмотрел на коробочку и его лицо немного смягчилось. А я поймала себя на мысли, что уже начинаю распознавать за его маской эмоции. Или это он позволял им проскользнуть наружу?
Он сделал плавный шаг, раскрыл коробку и с легкой заминкой, словно сомневаясь в моей реакции повернулся…
Я ожидала колье, вот правда, какой-нибудь фамильный гарнитур, который в порыве страсти ко мне Орлано мне вручает в руки, признается в… симпатии, а я ему величественно отказываю так…
Нормально намечтала, да? Вот и я, пока падала с небес на землю, кляла на чем свет стоит свою фантазию. Ага, как же, Марта, будет тебе ювелирный набор с бантиком! Кожаная штука тебе будет! Длинная, узкая такая…
— Это что, плеть? — после того, как я сглотнула ком в горле, смогла просипеть вопрос.
Орлано поменялся в лице, покраснел, побледнел, внимательно посмотрел на содержимое коробки и потряс головой.
— Ты, конечно, себя по-разному, бывает, ведешь, но я бы никогда на такое не пошел, Марта, — он, казалось, еще не пришел в себя от моего вопроса. Старательно держал лицо, но оно то и дело подрагивало. То ли от смеха, то ли от негодования, я не разобрала.
— Тогда что это? — брезгливо, как на черную змею, я тыкнула пальцем в коробку. А сама тихо проговорила, но он все равно услышал: — А то я уже думала в папочку играть начал…
— Что? — Орлано, немного разозленный очередным упоминанием «папочки», ухватил за один конец черной «плети» и поднял вверх. — Это твой козырь, Марта!
— Змея подколодная? — не понимала я таких козырей…
— Посмотри внимательней! — он поднес поближе к моим глазам, и я сумела, подавав панику, разглядеть ремень. С глазами, правда, но ремень.
— Кхм… — я не знала, что на это сказать. — Он еще и живой?
— Живой, будет твоим помощником. Задание знает на зубок, на нужных людей укажет, от ненужных — отведет. Незаменимая вещь!
— Я не вещь! — прошипел ремень.
— А кто? — мне было любопытно.
— Я… — он, казалось, и сам растерялся. — Не знаю, но точно не вещь!
Я многозначительно хмыкнула и уже с более явным интересом протянула к нему руку. Характер я ценила всегда, поэтому, думаю, нам стоит с ним познакомиться поближе.
Я аккуратно перехватила конец «не вещи» из рук Орлано и приподняла вверх. Второй кончик поднялся, где на черной пряжке, сливающейся с ремнем, блеснули фиолетовые глаза.
— А глазки-то у тебя под цвет моего платья! — довольно заметила я, мысленно примеряя к своему сегодняшнему наряду на бал. А что, подойдет! Тонкий, даже изящный!
— А ты — ничего! — отметила я.
— Спасибо! — ремень довольно сощурил глазки.
— А давай я тебе дам имя? — спросила я.
Орлано хотел что-то сказать, но не успел, ремень довольно оплел мою руку и четь ли не пропел:
— Да-а-ава-а-ай!
— Будешь Ремом! Рем, как тебе?
Маленькие фиолетовые глазки довольно улыбались, ну, это мне так показалось, по крайней мере. Если что — спишите все на мою фантазию, ей все можно!
Орлано почему-то схватился за голову. Странный он…
— Голова болит? — сочувственно спросила у мужчины, и тот нервно облизнул губы и натянуто улыбнулся.
— Нет, что ты! — он сказал так, что я сразу поняла — лжет. Но допытываться не стала. — Ты примеряй пока все, я выйду, у меня тут пару дел накопилось.
Так как это была не змея, а всего лишь говорящий ремень, то общий язык мы нашли быстро. Не смотря на то, что Рем считал себя мужчиной, он давал достаточно дельные советы по применению всех этих кармашков на белье.
— Я же всю жизнь с вещами, Марта! Как я могу не знать? — удивлялся он на мои вопросы о том, откуда у него такие познания.
— И ты всегда у этих…шпионов?
— Агентов! — гордо сказал он.
— А почему не ищеек? — я спросила, вспомнив про Сафраю и Слэйда.
— Не говори при мне больше о них! У нас — работа! У них — вынюхивание. Собаки, лезут всегда на объедки! Их не зря ищейками называют! Как шакалы вечно все готовенькое стерегут! — возмущению Рема не было предела.