– Вот и славно, – почти ласково отозвался Павел Петрович. – Значит, договорились – убери свою обезьяну с моего пути, пока я вас обоих не вывернул наизнанку и не сжег у себя на крыльце.
Ответить Борода не успел – в трубке раздались короткие гудки. Медленно, дрожащей от бешенства рукой Борода опустил мобильник на стол и лишь потом зарычал. Вскинув фляжку, он одним глотком допил ее содержимое, шумно выдохнул. Потом рванул к себе ноутбук, откинул крышку и принялся рыться в книге контактов. Ему нужна была информация. А пока Кобылина нужно придержать. И не потому, что этому уроду так нужно, а потому что парень действительно может нарваться на то, что не сможет переварить. Пойдем на поводу у чудаков, пусть так. Лишь бы сохранить жизнь одному деревенскому дурачку.
Прикрыв глаза, Борода выбрал нужный адрес и принялся набивать сообщение.
Прежде чем набрать знакомый номер, Алексей долго сидел на потрепанном диване, разглядывая схему на офисной доске. Вернувшись домой, он прежде всего хорошенько вымылся, обработал раны, а потом сел перекусить и подумать.
Думы были тяжелыми. Прежде всего Кобылин был зол на себя – его снова застали врасплох, как накануне, в парке. И если неудачу с вампиром можно было списать на недомогание, связанное со странными видениями, то сегодняшняя баталия, чуть не стоившая ему жизни, не укладывалась ни в какие рамки.
Алексей был абсолютно уверен в том, что нашел убийц русалки. Но он понятия не имел, кто это такие, откуда они взялись и чего хотят. Зато он на собственном примере узнал, что это серьезные ребята, а не городская шпана. Это настоящие бойцы, почти неуязвимые, разумные, имеющие свои интересы. Чего они хотят? К чему стремятся? Это еще один разумный вид наряду с оборотнями и упырями, делящими власть в городе? Или просто случайная залетная бандитская шайка?
Поежившись, Кобылин отхлебнул из пакета ягодного морса. Ему было неуютно – он чувствовал, что дело тут уже далеко не в русалке. От этих крепких ребят веяло угрозой, но в чем это выражалось, охотник пока не мог сказать. Он и сам себе удивлялся – встревожился из-за такого пустяка, как шайка гопников! Не гопников – оборвал он сам себя. Вполне тренированных убийц, действующих, судя по всему, по заранее составленному плану.
Поставив пакет на стол, Алексей решительно вытащил телефон из кармана и зажал кнопку быстрого вызова.
– Борода! Можешь говорить?
– Что такое? – гулко буркнул из трубки Гриша. – Срочное?
– Я тут немного разобрался с убийцами русалки, – произнес Кобылин, поглядывая на схему. – Выслушаешь или занят?
– Давай, – деловито бросил Гриша. – Пока никого рядом нет. Что там у тебя?
– Нашлись по описанию, – отозвался охотник. – Но есть проблемка.
– Это какая? – насторожился Борода.
Кобылин немного помолчал, а потом быстро и коротко рассказал о своем приключении. В завершение рассказа он особо подчеркнул, что не знает, с кем именно столкнулся, но считает их крайне опасными.
– Ясненько, – коротко заключил Гриша, выслушав напарника. – Лех, ты молодец! Быстро раскрутил дело. Я даже не ожидал.
– Какое там раскрутил! – возмутился Кобылин. – Только начал…
– И сразу закончил, – перебил Борода. – Все, Леш, сворачивайся. Самое главное ты узнал – это нелюди. Нелюди убили нелюдь, вот и весь сказ. Все, тема закрыта.
– Как закрыта? – опешил Кобылин. – Подожди, Гриш, как же так? Они же по улицам нашим ходят. А что, если завтра они…
– Все, – отрезал Борода. – Леш, дальше этим займутся другие, ну, органы. Ты свое дело сделал. А если бы это оказались охотники, тут бы началась другая история, тесно связанная с моей головной болью.
– Неожиданно. – Охотник нахмурился. – А как же преступление и наказание? Охота?
– Ой, Леш, ну какая охота! – воскликнул Борода. – Люди не пострадали? Нет. Вот и все. Дальше – это не твоя забота.
– Моя, – отрезал Кобылин. – Они опасны, Гриш. Я точно знаю, я прям чую, как от них расходится волна смертного холода. Чувствую, натворят они еще бед. Это не оборотни, даже не упыри! Это терминаторы какие-то. Надо бы их прощупать хорошенько.
– Это ты брось, – сердито отозвался Борода. – Леша, все, считай, дело закрыто. Не лезь больше к этим тварям. Ты что-то заигрался в детектива. Сам говорил – ты не следователь, ты убийца. Вот и все, закроем тему. У меня для тебя новая работа уже наклюнулась.
– Какая работа! – сердито воскликнул Кобылин. – Гриш, ты…
– Такая, за которую деньги платят, – ядовито отозвался Борода.
– Деньги? – холодно осведомился Кобылин, чувствуя, как гнев жаркой волной начинает подниматься по спине к затылку.
– Нет, постой, – быстро сказал Гриша, словно почувствовав, как сменилось настроение охотника. – Это я так, ради красного словца. Нет, правда, Леш, сейчас есть еще важная тема, надо ее раскрутить. А этих терминаторов брось. Я потом про них разузнаю что-нибудь.
– Какое дело? – сухо спросил Кобылин.
– Да ваще! – чуть наигранно возмутился Гриша. – Всю плешь мне проели уже! Я потому и дерганый такой. Леш, вот прошу, найди срочно Треша, поболтай с ним, а?
– Треша? – удивленно переспросил Кобылин, остывая. – Это крысюка, что ли?
– Его, его, гада хвостатого, – выдохнул Борода. – У нас тут чуть ли не восстание крыс намечается, причем общегородское. Пара подонков из-под моста – это мелочи по сравнению с этой массой. Как полезут все подземники наружу, мало никому не покажется.
– А в чем дело-то? – озабоченно спросил Алексей, живо представив, как крысюки живым потоком текут по улицам ночного города.
– Никто не знает, – страдальчески объявил Борода. – В этом и проблема! Не хотят говорить ни с кем… из наших. А тебя знают. Может, тебе скажут или Вадиму! Он же жил у них какое-то время.
– Было дело, – согласился Кобылин. – А что Вадиму не звякнешь?
– Вы уж там сами как-нибудь, – буркнул Гриша. – Думаешь, у меня тут только крысы да русалки? Тут такая свара может начаться… Разберись с этой фигней, пока на улицы не выплеснулась, а? Умоляю!
– Ладно, – тоном ниже отозвался Кобылин. – Хорошо, попробую выяснить, в чем проблема.
– Спаситель, – подобострастно выдохнул Борода. – Ноги мыть и воду пить… Только поскорей, ладно?
– А терминаторы? – с подозрением осведомился Кобылин.
– Да куда они денутся, – отмахнулся Борода. – Давай с крысами разберись. А я пока справки наведу насчет этих лысых. Позвони мне тогда, вечерком, например. Лады?
– Лады, – отозвался Кобылин, – вечерком, заметано.
Опустив руку, он бросил телефон на диван, потом медленно поднял взгляд на доску, расчерченную схемами. Лицо его застыло, глаза остекленели, словно охотник увидел что-то, недоступное простым смертным. Но на этот раз дело было вовсе не в видениях.
Алексей знал, что Гриша ошибается. Случайно или нарочно, но он фактически приказал оставить в покое самых настоящих убийц, угрожавших городу. Настоящий охотник так никогда не поступил бы. Да, если крысюки готовы взбунтоваться, то действительно надо срочно решить эту проблему. Но Гриша? Кобылин поджал губы, потянулся за морсом. Его просто распирало от дурных предчувствий. Как Гриша так переменился? Когда успел? Или он всегда таким был, а теперь они просто стали чаще общаться и это сделалось заметным?
Ерунда какая-то, рассердился Кобылин и поднялся на ноги. Конечно, надо во всем разобраться. Но пока лучше самому, тихонько, не поднимая на ноги всю королевскую конницу и королевскую рать. Конечно, он еще сам наведет справки об этих терминаторах. Но не будет говорить об этом Григорию. А также не будет рассказывать ему о своих странных видениях. А то еще решит, что охотник окончательно слетел с катушек, и отправит в отпуск. А может, и в больничку. Теперь с этой официальной работой и не разберешь, куда попадешь в следующие пять минут.
Мотнув головой, Кобылин выбросил из головы дурацкие мысли и быстро набрал новый номер.
– Вадим? Есть разговор. Ты с крысюками все еще общаешься?
Подземные тепловые коллекторы Кобылин ненавидел всей душой. Особенно те, что каким-то образом примыкали к подземным коммуникациям метро. Идешь, бывает, по канализации, выслеживаешь какую-нибудь мелкую дрянь с острыми зубами, и тут, в стороне, проносится с гулом поезд метро. И эхом, сразу, басовитое уханье – массы воздуха несутся по коллекторам, поднимая тучи этой, значит, дряни. Вот оно – просветленье – понеслось, значит, по трубам. Тут уж надо прыгать в сторону, сворачивать, иначе ударит в лицо поток такого отрезвляющего воздуха – с ошметками, капельками, трухой, – что любой застарелый алкоголизм излечится.
Кобылин давно завязал с алкоголем, но от канализационных коллекторов все равно старался держаться подальше. Особенно после того нелепого случая, связанного с аллигатором, двумя бомжами и аквалангистом.
Но на этот раз деваться было некуда – крысюк, известный охотникам как Треш, немного поломавшись, все же соизволил назначить встречу. Разумеется, в канализационном коллекторе. И если бы не обещание, данное Бороде, Кобылин ни в жизнь бы не поперся опять в эти мерзкие лабиринты.
Перекресток тепловых коллекторов, в которых Кобылин мог передвигаться даже не нагибаясь, выглядел как обычно – темно, хоть глаз выколи, кругом липкая жижа, хлюпающая под ногами, и в полутьме лишь угадываются жерла двух труб, выходящих к центральному колодцу, забранному решеткой. Обычный человек в такой темнотище ничего не заметил бы и, ругаясь, пошлепал бы по грязи дальше. Но Алексей наметанным глазом сразу уловил подозрительную тень у дальней стены. Даже не тень, а сгусток тьмы. Темнота в этом месте была более насыщенной, что ли. И живой.
В другой день Кобылин тут же бы достал ствол да пальнул в подозрительную живность, что была намного меньше человека, но сегодня не стал. Он знал, кто его дожидается.
– Привет, – подал голос охотник, зажигая крохотный диодный фонарик, свободно умещавшийся между пальцев. – Не возражаешь?