О нетерпимости Расула Вагановича ходили легенды по офису компании, которые и дошли до Юлии. Еще бы он был мягок со своими работниками, если большую часть составляли сурового вида мужчины. С дальнобойщиками сильно не забалуешь. Вот и приходилось начальнику соответствовать своему реноме.
— А! Ну тогда проходите, — махнул рукою охранник. Его внимание полностью поглотила картинка на экране монитора. Мужчина то сжимал, то разжимал кулаки, переживая за действо, разворачивающееся перед ним.
Что ж не надо его больше отвлекать, решила про себя женщина.
Пискнул турникет, пропуская Юлию. Она еще раз посмотрела на мужчину, но тот даже бровью не повел, полностью сосредоточившись на мяче.
Юлия застучала каблучками по ступеням лестницы. Женщина предпочитала не пользоваться лифтами и по возможности всегда ходила пешком. Жаль, что в силу работы приходилось много разъезжать, для чего всегда использовала личный транспорт. Да и так надежнее, точно можно успеть, хотя время на дорогу приходилось тщательно рассчитывать. Все же пробки на современных дорогах и узких улочках не способствовали успеванию к назначенному часу.
Зная, что большая часть бухгалтерии располагалась на третьем этаже, Юлия сразу же поднялась туда, намереваясь застать врасплох служащих компании. Как она планировала — так и вышло. Ее эффектное появление, а в последствии и представление с называнием полного наименования органа, служащей которого она являлась, создало эффект разорвавшейся бомбы при попадании в объект прямой наводкой. Или еще это можно было бы сравнить с растревоженным муравейником, когда в тихую обитель, жизнь которой течет размеренно и медленно, врывается опасный враг. Этим врагом и являлась Юлия.
Первой спохватилась женщина в годах, взявшая удар на себя и семафорившая глазами одной молодой сотруднице о необходимости срочно сообщить вниз о случившемся ЧП. Внизу был кабинет начальника, там же располагалось руководящее звено компании.
— Проходите, Юлия Ильинична, присаживайтесь. Чай? Кофе? Может быть что-нибудь другое? — вежливо и слегка подобострастно спросила женщина, заслоняя собой входную дверь, через которую должна была выскочить молодая сотрудница.
— Нет. Спасибо. Я сюда по делу. А потому не будем терять ни секунды. Мое время слишком дорого стоит, — Юлия обвела взглядом всех присутствующих, стараясь определить поняли ли они ее прозрачный намек или нет и собираются ли действовать сообразно задуманному.
— Да. Да. Конечно. Не стоит отвлекать такого занятого человека. Давайте я вам помогу, показав в первую очередь отчет по…, - и женщина залилась соловьем, расписывая совершенно ненужные сведения. Юлия внимательно слушала, не перебивала, лишь делала пометки в своем блокноте, который достала из кейса.
Когда женщина закончила, надеясь, что увлекла собеседницу своею болтовнею Юлия сложила руки на коленях, закрыв блокнот, и отщелкнула автоматическую ручку.
— Все это, конечно, крайне интересно, но малоинформативно и не отражает в полной мере что меня интересует, а мне требуется …, - тут слова Юлии были прерваны звуком раскрывающейся двери, бьющей по стене от чрезмерно быстрого и сильного открытия.
— Что тут происходит? — прогрохотал Расул Ваганович буквально ввалившийся в помещение. Все замерли словно кролики перед удавом. Шеф был зол.
А он все же изменился, подумалось Юлии. Раньше Каримов был более мягкий что ли, домашний. Теперь же во взгляде мужчины была постоянная настороженность. Скорее он напоминал матерого хищника, отстаивающего свою территорию и намеревающегося защищать ее всеми правдами и неправдами.
— Мы тут Юлии Ильиничне показываем отчеты за прошлый год. Она попросила, — первой нашлась женщина в годах. Кажется, ее звали Василиса Гавриловна.
— Мало ли что она попросила. Надо было со мной посоветоваться прежде, чем показывать что-то посторонним людям.
— Но она представилась…, - начала женщина.
— Неважно как она представилась. Возникает вопрос кто она такая и что делает у нас в офисе, — однозначно сегодняшний Расул, стоящей сейчас перед Юлей, ей нравился больше того парня, с которым много лет назад ее свела судьба. Хотя от этого веяло угрозой, нетерпимостью и невозможностью прощать.
Юлия в открытую смотрела на человека из своего прошлого и пыталась определить что же она чувствует к нему. А ничего. Так ей показалось на первый взгляд, поскольку такого Расула она не знала. Он был для нее незнакомцем.
Было не похоже, чтобы Расул вспомнил Юлю. Скорее всего нет. Еще бы, столько лет прошло да и Юля изменилась до неузнаваемости. Вместо длинной русой косы — выбеленные пряди, подстриженные по последней моде. Вместо кудрявых локонов ровные волосы, вытянутые утюжком не один раз и привыкшие быть прямыми настолько, что забыли свои изначальные мягкие контуры. Да и сброшенные пятнадцать килограммов меняли ее до неузнаваемости, делая скулы выше, а черты лица тоньше. Так что быть узнанной Юля не боялась. Впрочем, даже если бы это случилось, то ничего бы не изменило.
— Но она показала удостоверение…, - продолжила оправдываться Василиса Гавриловна. Юля в перебранке не принимала никакого участия, наблюдая за разыгрывающейся сценой как бы со стороны. Ее она будто бы совершенно не интересовала.
А зачем? Все скоро станет на свои места. Она уже привыкла к подобным сценам, впрочем, как и к другим тоже.
— Да я десяток таких напечатаю…, - начал Расул.
— Вас осудят, — тихим спокойным голосом перебила Юля мужчину.
— Что вы сказали? — руководитель компании подошел почти вплотную к холеной женщине, постукивающей ручкой по блокноту, лежащему на ногах.
— Осудят. За подделку документов. Если поймают. Так что пробовать не советую, — потом задумалась на мгновение и продолжила. — Хотя дело ваше. Вы тут хозяин.
— Вот именно — я тут хозяин, — Расул сделал ударение на своем последнем слове.
— И что? — с вызовом посмотрела Юлия на мужчину.
— И решаю кому тут можно находиться, а кому нет, — сталь бренчала в голосе.
— Дальше что? — женщина явно нарывалась на скандал. Ей нравились подобные ситуации, поскольку начинались они по-разному, но заканчивались практически все одинаково: извинениями и заверениями, что Юлия не так поняла и ей совсем не то хотели говорить.
— Покиньте мой офис, — последовал приказ. — Нас о вашем визите никто не уведомлял.
— Вас и не должны были. Мы сами решаем когда приходить. Но прежде чем вы совершите следующий необдуманный шаг я рекомендую вам позвонить вот по этому номеру и выяснить мои полномочия, а не пороть горячку, за которую вам придется извиняться, — и Юлия протянула визитку, заранее приготовленную, зная, чем обычно заканчиваются подобные разговоры.
— Никуда я не собираюсь звонить, — упрямо мотнул головой Расул.
А он изменился. Сильно. Раньше такой упертости в нем не наблюдалось, подумалось Юле. Хотя чему она удивлялась ведь и она сама изменилась. Уже не было той простушки из деревни, которой была раньше. Исчезла. Испарилась. Время и обстоятельства никого не щадили.
— Хорошо, — Юлия поднялась со стула, на котором сидела. — Это моя визитка, обычно я допоздна засиживаюсь в кабинете. Позвоните, когда поменяете свое решение.
И гордо расправив плечи под взглядами нескольких пар глаз женщина пошла к выходу из комнаты.
— Петрович, проводи, — среди бухгалтеров был один мужчина, которого сразу было трудно заметить, настолько он был сереньким и невзрачным.
— Я сама, — бросила Юлия.
— Я сказал, проводить, — с нажимом произнес Расул Ваганович.
— Дело ваше, — женщина тряхнула волосами с асимметричной стрижкой, бросив последний взор на хозяина фирмы, от которой очень скоро она камня на камне не оставит. Не из вредности, а по доброте душевной, подумала Юлия, звонко стуча каблучками по полу.
Она размышляла через сколько времени Расул позвонит, чтобы начать извиняться. Решила, что это произойдет уже к вечеру. И она не ошиблась.
Перед нею услужливый Петрович распахнул предупредительно дверь на улицу, выйдя следом.
— Юлия Ильинична, можно к вам обратиться? — вывел из задумчивости Петрович.
— Да, — женщина обернулась.
— Вы сильно не серчайте на Ваганыча. Он отличный мужик, а то, что больно крут, так это даже хорошо. С нашими мужиками только так и надо, а то распоясаются совсем.
— Так я же не ваш мужик. Я, вообще, не ваша, — улыбнулась одними уголками губ Юлия. Эта привычка появилась у нее давно. С тех пор иначе женщина не могла. Только так.
— Ну да. Вы такая…
— Какая? — полюбопытствовала Юлия.
— Тонкая штучка, — вымолвил мужчина.
— Хорошо. Я поняла, и сильно серчать не буду, — женщина еще раз улыбнулась, теперь уже гораздо теплее. Даже в глазах появилось какое-то подобие тепла. — Меня дальше провожать не надо. Вон моя машина стоит. Так что не переживайте — я уеду как того хотел ваш «отличный мужик».
— Всего доброго, Юлия Ильинична. И до скорой встречи.
— С чего вы так решили?
— Так вы же все равно вернетесь, но уже на коне. Разве не так? — лукаво улыбнулся мужчина. Он будто что-то знал.
Юлия сдержанно кивнула, а смысл скрывать? Все идет по накатанной дорожке. А Петрович ей понравился. Даром что незаметный, а на самом деле все подмечающий и на все обращающий внимание, наверняка классный мужик, только тихий слишком, незаметный. А может быть это он сам придумал такую роль, чтобы меньше всего доставали? Очень даже похоже.
Женщина, взглянув еще раз на Петровича, направилась к машине, предварительно достав ключ и разблокировав сигнализацию. Перед тем как сесть на водительское сидение она взглянула на здание, где располагался офис фирмы «Дальвоз» и со второго этажа из окна на нее с мрачной решительностью взирал Расул Ваганович. Сейчас он меньше всего напоминал ей того Раса, каким она его запомнила. Теперь даже его звать так вряд ли бы получилось. Юлия на секунду задержала на окне свое внимание, показав, что увидела, наблюдающего, но более ничем не выразила свое отношение к увиденному.