Тема начала войны многократно обсуждалась и давно надоела. В Белоруссии стояли две армии мирного состава, еще одна базировалась на Брестскую крепость и количественно не превышала пару дивизий. Основные силы Красной Армии находились на Украине, только пехоты за полтора миллиона с огромным количеством танков, пушек и самолетов.
После двухнедельных приграничных боев полковые колонны зашагали в сторону Киева. Никто не знал реальной оперативной обстановки, листовки немцев о выходе к Пскову, Смоленску и Киеву воспринимали как дезинформацию. Люди верили в скорую победу, поэтому уничтожить исправные танки и самолеты ни у кого не поднялась рука. Увы, марш-бросок по степи в полтысячи километров одолело менее трети войск. Олег захотел уйти от горестного разговора и сменил тему:
– Недавно услышал о механизме для управления артогнем, это правда?
– Тоже мне открытие! «Интеллектуальная» машина управления артиллерией создана Корсаковым через двадцать лет после Бородинского сражения.
– Ого! – удивился Олег. – Впервые слышу.
– Еще через двадцать лет Слонимский разработал особую теорему и переработал «интеллектуальную» машину в «Вычислительный снаряд».
– Вам бы все стрелять, лучше бы помогли студентам считать курсовики, – недовольно заметила Валя.
– На основании теоремы Чебышев сделал известный вам арифмометр, в тысяча восемьсот семьдесят четвертом механический арифмометр модифицировали в «Феликс».
Олег даже не подозревал, что механические считалки изобретены в России, причем в запредельно-древние годы. Генерал начал рассказывать о специальных перфокартах, которые применяются для управления артиллерией, но Валя его прервала:
– По лодочной станции ходит посыльный, озирается, явно кого-то ищет.
Девушка по-разбойничьи свистнула и помахала рукой, а Олег с генералом опустили головы, кому-то из них придется сматывать удочки. Так и есть, запыхавшийся от бега лейтенант сделал уставные три шага и обратился:
– Товарищ генерал, разрешите обратиться к товарищу майору. – Получив разрешение, продолжил: – Вам пакет, приказано немедленно прибыть в управление.
Обычный армейский алогизм, в любом варианте сначала читают и исполняют предписанное, затем бегут куда приказано. В данном случае от Олега потребовали собрать вещи, после чего предстать перед Петром Николаевичем. Валя явно не ожидала подобного поворота и растерянно спросила:
– К обеду вернешься?
– Нет, приказано собрать вещи.
– Как? – жалобный вопрос повис в тишине. Она привыкла к беспрекословному исполнению воли всесильного отца, а тут некто одним махом разрушил счастливый медовый отдых.
Шесть утра, асфальт чист, опавшие за ночь каштаны сметены на обочину и собраны в аккуратные кучки. «ЗиС-101А» «Спорт» шустро откликнулся на педаль газа и легко набрал за сотню, лейтенант из охраны управления восторженно запел марш летчиков. Через полчаса Олег вошел в кабинет, где кроме куратора сидел генерал НКВД, причем оба с красными от бессонной ночи глазами.
– Не обижайся, задание спущено сверху с конкретным указанием на тебя, – закуривая очередную папиросу, сказал Петр Николаевич.
– Я готов, – невозмутимо ответил Олег. Никакой бравады, свадьба осчастливила Валю, а не его.
Генерал достал из портфеля бумажку в четверть листа и сурово приказал:
– Это обязательство о неразглашении, прочитайте и распишитесь.
Олег хотел было съехидничать по поводу предыдущих заданий, но, встретив взгляд куратора, послушно поставил подпись.
– Слушайте совершенно секретную информацию, – продолжил генерал, – в ноябре товарищ Сталин встречается с лидерами союзников. Конференция состоится в Тегеране, а немцы узнали о времени и месте встречи.
Олег с трудом удержался от смеха, какая на хрен секретность, если противник уже знает! Тем не менее он сумел сохранить на лице заинтересованное выражение, даже спросил:
– Что предстоит сделать мне?
– Не спешите, майор, сначала я ознакомлю вас с общей ситуацией.
– Главное в том, что нам известны лишь общие черты разработанной немцами операции, – добавил Петр Николаевич.
– Они начали перебрасывать под Тегеран дивизию из шести полков, а маршрут перелета с промежуточными аэродромами нам неизвестны. – Генерал расстелил на столе большую карту.
– Союзники не могут засечь тысячу самолетовылетов, а разведывательная авиация не видит промежуточные аэродромы? – поразился Олег.
– Еще хуже, англичане об этом вообще не знают, а дядюшка Сэм наивен словно ребенок, – хмуро заметил Петр Николаевич.
Ну да, между союзниками и СССР не было обмена развединформацией, они попросту не интересовались нашими бедами и проблемами. Военно-техническими сведениями тоже не обменивались по причине ненадобности. Взять поисковые гидролокаторы, в СССР было примерно сорок дореволюционных эсминцев, а потенциальные противники почти без подводных лодок. Так зачем тратить деньги и средства на ненужные исследования?
Подводных лодок у нас было более двух сотен, да еще сотня в постройке, поэтому еще в тридцатых их оснастили системами для обнаружения минных и сетевых заграждений. Хорошие, надо отметить, получились гидролокаторы, одиночный минреп четко высвечивался с дистанции в один километр. Для сравнения: АСДИК[16] на трех километрах терял подводную лодку.
В свою очередь, СССР передавал союзникам и разведывательную, и техническую информацию. В частности по приказу наркома ВМФ американцы получили чертежи и технологию изготовления высотных торпед 45–36АВ-А с дальностью хода в шесть километров. Полезная вещь для борьбы с вражескими кораблями, и она себя оправдала, сыграв главную роль во время атаки на линкор «Ямато».
– Я должен буду найти немецкую авиабазу? – недоверчиво спросил Олег.
– Исходя из расстояния между Критом и Тегераном, вероятнее всего, создана цепь аэродромов, – подтвердил догадку генерал.
– Сотня самолетов Люфтваффе беспрепятственно летает над Ираком и Сирией, а я такой умный приехал и всех вычислил?
– Не ерничай! – прикрикнул Петр Николаевич. – Сирийские товарищи выполнили основную работу, тебе предстоит нанести завершающий удар.
Олег примолк, «завершающий удар» подразумевает боевую акцию, это вам не две ночи в собачьей сторожке с Занозой в обнимку. И Сирия сорок третьего для него совершенно неизвестная страна, вроде французская колония, но как-то невнятно об этом сказано. Кроме того, сказано о «сирийских товарищах», что подразумевает тамошнюю компартию. Полная муть, арабы-коммунисты в первой половине двадцатого века – нонсенс.
Генерал протянул Олегу конторскую книгу, где от руки каллиграфически четко был написан план операции под названием «Халиф на час». В преамбуле указывалось количество немецких транспортных самолетов, пролетающих над Сирией в восточном и западном направлениях. Далее указывались пять вероятных аэродромов, где могла быть совершена посадка с дозаправкой.
Сам план предусматривал отправку диверсионного отряда из семи человек под командованием опытного офицера, надежного замполита и радиста со знанием арабского языка. Отряду предписывалось найти и разгромить аэродром, затем в течение недели удерживать взлетно-посадочную полосу. Убедившись в провале операции, немцы неизбежно прекратят переброску солдат и вооружения.
– Прочитал? – Генерал забрал рукописный план и склонился над картой: – Отряд проверил три бывших французских аэродрома, а здесь, у четвертого, они все погибли.
– Формируем новый отряд! Ты будешь командиром, замполитом пойдет Немец, остальных подберем после утверждения плана атаки, – сказал Петр Николаевич.
– Почему не Заноза? Она мастер импровизации, может разыграть такой спектакль, что охрана сама разбежится, – предложил Олег.
– Забудь этот псевдоним, ее забрали на агентурную работу.
– Помни, ты отвечаешь за жизнь товарища Сталина! В случае провала лучше застрелись, в Советском Союзе нет места для неудачников! – Генерал взял портфель и, не прощаясь, вышел.
Олег разгладил ладонью карту и решительно заявил:
– Не нравится мне это, все не нравится! Немцы создали два промежуточных аэродрома? Чушь! Дивизия должна собираться вдали от чужих глаз.
– Тебе только что указали аэродром, вблизи которого погиб отряд НКВД, – напомнил Петр Николаевич.
– Они могли вляпаться в местные разборки между кланами, эмирами или прочими вождями.
– Твое предположение совпадает с анализом специалистов по Ближнему Востоку. В Сирии нет центральной власти, и споры меж деревушками решаются силой оружия.
– Дай сутки, надо собрать мысли в кучку, а пока закажи три авиационных крупнокалиберных пулемета, скорострельное оружие, а ребят подбери с навыками вождения грузовиков.
Пока у Олега еще нет даже предварительного плана, он заказал оружие, опираясь на события начала двадцать первого века. Американцы высадились на гигантских танках, а противник не принял боя и ушел. Арабы вскоре вернулись на маленьких грузовичках с пулеметами в кузове и начали гонять оккупантов по закоулкам. В итоге профессиональная армия с высокоточным супер-пупер оружием укрылась за стенами дохристианских крепостей, а аборигены принялись хозяйничать по собственному уразумению.
Легковушка периода становления советской власти должна скрипеть, тарахтеть и плеваться вонючим дымом. Как бы не так! «ЗиС-101» обладал изумительно плавным ходом, высокая посадка на сиденье диванного типа позволяла сидеть прямо, а пассажир мог вытянуть ноги. Олег не спеша приехал домой, где застал скучающего деда.
– А где домработница?
– Уехала за твоей женой, – ответил дед и предложил: – Давай покатаемся, хочу посмотреть на Москву.
Они вышли во двор и столкнулись с дворником:
– Вот вам ключи от гаража под номером шесть, машина личная, так что с сегодняшнего дня его включат в квартплату.
– Открой капот, хочу полюбоваться на собственное творение, – провожая взглядом дворника, попросил дед.
– Здесь стопятидесяти сильный авиационный двигатель для истребителя Сикорского?