Веллайн низко, недовольно заворчала.
– Будь моя воля, я вернулась бы на фронт вместо того, чтобы тратить время и хлестать переоцененное вино с переоцененными людьми.
Мой взгляд скользнул к ее мечу… и глаза чуть не вылезли из орбит. Я узнала клинок, темно-фиолетовый оттенок, покрывающий металл. Имперское оружие, которое с почестями дарует сама Императрица.
И она никогда не вручает такие тем, кто не пролил ради нее океан крови.
– Однако, как жаждут напоминать мне досточтимые генералы, – продолжила Веллайн, – деньги – вот что держит армию на марше, а эта кудахчущая знать обожает держаться как можно ближе к войне, но не марать руки.
Веллайн обвела рукой скрытую под тканью мебель.
– И посему я тут, с менее впечатляющими трофеями Келтифана. Идеальное место, чтобы спрятаться. – Она сверкнула улыбкой. – Хотя все же рада обществу соратника.
Пришлось удержаться и не выплюнуть вино в изумлении – пусть оно и для ушлепков, но все же алкоголь. Я кашлянула, натянула свою самую самодовольную ухмылочку и захлопала ресницами, надеясь, что выходит не слишком уж стремно.
– Что вы, мадам, – произнесла я. – Я всего лишь путница из столицы, что изо всех сил стремится…
– Я вас не выдам, если вы об этом переживаете, – сказала Веллайн. – Я скорее брошу вас птицам, чем этим пижонам.
Я удержала улыбку еще мгновение, пока не перенапряглась. Вздохнула в бокал, делая очередной глоток.
– Как вы заметили?
Веллайн указала на свою щеку, ровно там, где у меня был шрам.
– Морщинки в уголках вашего ранения, когда улыбаетесь. Вряд ли кто-то еще заметил.
«Кто-то еще, – подумала я, снова глянув на ее меч, – кто не оставлял таких ран».
– Болит?
Я моргнула.
– Что?
– Все еще болит?
Ее взгляд опять стал пронзительным, хоть и уже не столь острым.
Разумнее было солгать, сказать нет. А потом продолжить врать, под каким-нибудь предлогом отправить ее отсюда, чтобы завершить начатое дело. Но я этого не сделала. Я встретила ее взгляд. И произнесла:
– Каждый день.
Веллайн кивнула, прижала к боку ладонь.
– Мой тоже. Уже десять лет, а иной раз просыпаюсь – и как будто заново получила.
«Десять лет, – подумала я. А выглядела она не старше… двадцати шести? Двадцати пяти? Моложе? – Сколько же она сражается?»
– Где? – спросила я.
– Зеленоречье. Моя первая битва, – ответила Веллайн. – Собственно, на краю этой самой Долины. – Ее взгляд устремился куда-то вдаль. – Раны наших сражений за этот край еще слишком свежи, Революция все еще слишком дерзка. Могут в любое время хлынуть через границу и раздавить их.
– Раздавить… кого?
Она глянула на меня.
– Всех. До единого. Всех имперских подданных, которые прибыли сюда в поисках свободы от войны, и смут, и ненависти, что терзают любой другой угол этой отчаянной земли. Благодать полна этих душ.
Мозг мигом вернулся в день нашей встречи в подвале, к разложенной на столе карте. Тутенг упоминал ее – землю, над которой мы направили Железный Флот. Теперь она полна имперских подданных? Когда только успели? Зачем Империум отправил столько своих подданных в место, которое совсем недавно было охвачено войной?
Резонные вопросы, однако я задалась иным.
Почему Два-Одиноких-Старика ничего мне не сказал?
– Поэтому в Терассусе в последнее время переизбыток знати, – вздохнула Веллайн. – Императрица полагает, то Благодать созрела для заселения. Богатые пижоны жаждут разрастись, нажиться. Они купят землю, пристроят и за каждый клочок будут драть столько денег, сколько он не стоит.
Веллайн мягко улыбнулась.
– Но ее защита ляжет на нас.
– Нас?
Она снова улыбнулась.
– Я не универсальный солдат, как бы грустно ни было это признавать. У меня есть некоторая подмога в виде…
– ЭЙ! СЮДА! Я НАКОНЕЦ ЕЕ НАШЛА!
Крик ударил по ушам, страх – по груди. Я рывком развернулась, на взводе, потянувшись за оружием, которого у меня было. Портьеры раздвинулись. Блеснула сталь, и в комнату шагнул человек с клинком в руке. Я сжала кулак, готовая к нашедшей меня схватке.
– Спокойно.
А еще меня нашла ладонь Веллайн. И я сама того не заметила, как мое дыхание замедлилось.
– Спокойно, – прошептала она. – Мы все еще в безопасности. Они здесь из-за меня.
«Они» быстро заявили о себе. Или, по крайней мере, «она».
Высокая, стройная, мускулистая – я знаю это наверняка, потому как ее платье открывало столько кожи, что без него она, наверное, выглядела бы пристойнее. Волосы, длинные, золотистые, ниспадали гривой по спине, когда она вошла, сияя усмешкой, столь же острой, что и ее клинок.
– Капитан! – проревела женщина. – Тебя повсюду ищут! Каждый пижон в Терассусе хочет, чтобы ты…
– Шеназар, – коротко и властно произнесла Веллайн, выронив мою ладонь. – Мы в битве?
Женщина, Шеназар, моргнула.
– Э-э… нет?
– Ты собираешься кого-то убить?
– Не в настоящий момент.
– Тогда почему твой клинок обнажен? – сузила глаза Веллайн.
– А-а, ну брось, капитан, – Шеназар вскинула меч – имперский, отметила я. Она тоже в чине. – Какой смысл носить меч, если нельзя им размахивать? А еще каждый раз, как я вытаскиваю эту штуковину, кто-то сует мне бокал вина.
Веллайн сурово на нее воззрилась.
– И сколько ты выпила?
– Шесть… – Шеназар сощурилась, пытаясь вспомнить. – …надцать?
– Больше ни капли.
– Чего?! – Лицо Шеназар исказилось сперва замешательством, потом гневом и наконец жалобной гримасой, а вот мое застряло на раздражении. – Но, капитан!..
– Я предупреждал, – между портьер проскользнул еще один голос, за которым проследовал и человек.
Мужчина. Утонченный телом в столь же утонченном мундире и бриджах, с идеально уложенными черными волосами, с идеальным во всех отношениях лицом, которое делает мужика скучным. Впрочем, кажется, это было взаимно, так как он уставился на меня ничуть не впечатленным взглядом карих глаз поверх бокала. Я не могла его винить – по сравнению с ним я выглядела откровенно убого. Он же был идеален.
Если, конечно, не обращать внимания на неестественную костяную пластину, торчащую у него изо лба.
– Тем не менее, капитан, – произнес он скучающим тоном, – ваше отсутствие заметили. Банальный сброд…
– Далторос, – предупредила Веллайн.
Далторос закатил глаза.
– Хорошо, небанальный сброд требует вашего возвращения. – Он махнул в сторону Шеназар. – Не будете ли вы столь любезны, чтобы избавить ваших верных солдат от необходимости их развлекать?
– Что ж. – Веллайн вздохнула. Затем указала на меня. – Но сперва имею честь представить…
– Капитан, умоляю, – Далторос развернулся и пошел прочь. – Еще хоть одно самовлюбленное ничтожество, и я начну терять благостный облик.
– Ага. – Шеназар шагнула за ним, демонстративно убирая меч в ножны. – Эй, а если Дал отдаст мне свое вино, это же не считается, правда?
– Если намереваешься его отобрать, то меч тебе таки понадобится.
Веллайн проследила за их уходом с явным неудовольствием на лице. Закрыла глаза, глубоко вздохнула и фыркнула.
– Сраные маги, – прошептала она и повернулась ко мне. – Прошу прощения. Остальные Бесноватые нуждаются в моих услугах. Но даже если и не нуждаются, я все равно хотела бы узнать ваше имя.
– Сэл, – вырвалось у меня.
– Сэл. – Веллайн покатала имя на языке, нашла его экстравагантным. Но все равно улыбнулась и кивнула. – Рада, что вы меня сегодня нашли. В следующий раз, прошу, не тяните.
Еще раз коротко поклонившись, Веллайн исчезла и оставила меня одну в темноте – с зарождающимся в голове вопросом.
На кой ляд ты выдала ей свое настоящее имя?!
Я потрясла головой. Вот что с тобой творит вино – делает расхлябанной, неосторожной. От виски же просто хочется бить морды и писать хреновые стихи. Поэтому-то ушлепки пьют вино – им плевать.
Сперва Веллайн заметила мой шрам, теперь знала имя. Может, через час, может, через день, но нет ни единого шанса, чтобы такая женщина в конце концов не догадалась, кто я такая. А значит в нашей операции возникнет гораздо больше сложностей.
В некотором роде стало интересно, почему я должна была оставить револьвер, если в итоге все равно облажалась, но времени на размышления не было. Времени не было ни на что, кроме как допить вино, выбросить бокал и сунуть руку под платье.
Из крошечного, вшитого в области талии кармана я выудила кусочек красного мела. Огляделась, чтобы вокруг опять не начали сновать очаровательные, суровые незнакомцы, потом шагнула в дальнюю часть комнаты и нашла место между двумя особенно безвкусными статуями.
Я схватила край простыни и протерла деревянную стену. Аккуратно взявшись за мелок, вывела квадрат, достаточно большой, чтобы вместить человека. На мелке засветились, оживая, крошечные сигилы Урды.
Создавать порталы – дельце с подвохом. Потому что все-таки нельзя постоянно срать на законы времени и пространства без определенных мер предосторожности. Чтобы обеспечить благополучный переход, нужно идеально вывести линии на чистой поверхности зачарованным мелом. Один косяк – и портал может рухнуть, а те, кто внутри, окажутся в ловушке.
Поэтому, наверное, не стоило пить столько вина, но, как говорят, рожденный пить бухать обязан.
Или… кто-то наверняка говорил.
Нарисовав квадрат, я дважды в него постучала. Портал молчал. Я нахмурилась, постучала еще раз, и снова ответом была тишина. Так продолжалось минут десять – я стучала, квадрат оставался квадратом. Только я начала гадать, сделала ли все правильно – все-таки приговорила две бутылки вина, – как вдруг кое-что произошло.
Я расслышала ее песнь.
Мелодию Госпожи Негоциант, далекую и причудливую, едва заметную ноту среди извергающейся снаружи, в зале, магии. И когда портал ожил, он оказался слаб, тускло сияя фиолетовыми завихрениями света.
И из него выскочила Ирия.
Вся покрытая кровью.
– Ирия? – позвала я, когда она с хрипом рухнула на пол, и потянулась ей помочь. – Какого хрена тут творится?