- Когда Андрей последний раз гостил у меня, я сказал Рите, что не отдам его, он останется со мной.
- Но ведь это же противозаконно!
- А что мне делать, если закон на стороне сумасшедшей матери? Я хотел уехать с ним на дачу к другу и там спрятаться до поры до времени. Я знаю Риту, она не стала бы обращаться в полицию. Не любит она этого. Может быть, она уехала бы одна - Андрейка ей не больно-то и нужен. Но я ошибся... - Иван уронил голову на руки.
- Как ошибся? Почему?
- Ошибся в Рите. Я не думал, что она может действовать ТАК.
- Как?
- Сначала она требовала, чтобы я вернул сына. Я пару раз захлопнул дверь перед ее носом. Тогда она вроде как отстала. Я уже договорился с другом, что мы приедем к нему в это воскресенье, то есть сегодня. Андрейка просил удочки, и я поехал в магазин «Рыболов». Он находится рядом с вашим домом, Люся.
Она кивнула - магазин действительно находился в соседнем дворе.
- Когда я подходил к магазину, меня вдруг окликнули: «Мужик, дай закурить».
Я хотел достать сигареты, и в это время получил удар по голове. Затем еще и еще. Я упал, и они стали бить меня ногами.
- Они?
- Да, их было несколько. Они продолжали наносить удары, и в какой-то момент я потерял сознание. А когда очнулся, рядом уже никого не было. Я с трудом поднялся на ноги. Очевидно, из-за ударов по голове я ничего не помнил и не соображал. Я забыл и про Риту, и про Андрейку. Мне хотелось одного - попить и лечь. Я увидел открытый подъезд и побрел туда. Зачем-то поднялся на самый верх. Я ждал, что кто-нибудь из жильцов придет и поможет мне. И тут появились вы, Люся. Дальше вы все знаете. Мы с вами отлично сидели, пили вино, праздновали ваш день рождения. Потом вы уложили меня спать. Я заснул, а посреди ночи проснулся от страстного желания покурить. Я вышел на улицу, стрельнул у прохожего сигарету. Он чиркнул зажигалкой, в темноте засветился огонек. И в этот момент я все вспомнил! Вспомнил, как на меня напали. Вспомнил, что дома остался Андрейка! Волосы у меня зашевелились от ужаса. Я остановил первую проезжавшую мимо машину и помчался домой - слава богу, мы с вами живем поблизости. Денег у меня не было, но водитель, классный парень, оказался участливым и понял мое положение. Я бегом взлетел по лестнице и принялся звонить в дверь. Мне никто не открывал. Я трезвонил и трезвонил, пока не заметил записку, засунутую в щелку. Она была от Риты, только три слова: «Не ищи нас». Я понял, что она увезла Андрея, а хулиганы, напавшие на меня, - ее рук дело. Они вырубили меня, а она спокойно проникла в квартиру, собрала ребенка и увезла. Дверь она заперла моим же ключом, который лежал в прихожей. Это был запасной, а мой у меня отобрали нападавшие. Таким образом я не мог попасть в квартиру и не мог вызвать слесаря, чтобы вскрыть замок, потому что у меня не было телефона. А будить соседей посреди ночи не хотелось. Я пешком вернулся к вам, Люсенька. Вот, собственно, и все. - Иван печально вздохнул и развел руками.
- Какой ужас, - проговорила она. - Вот гадина эта ваша жена! Надо обратиться в полицию! Налицо факт нападения и похищение ребенка. Сколько Андрею лет?
- Восемь.
- Тем более! Совсем малыш.
Люську переполнял праведный гнев. Она готова была бежать в полицию прямо сейчас и не понимала, почему Иван медлит, сидя за столом и попивая кофе.
- Люсенька, все не так просто. - Он снова вздохнул. - Что я скажу в полиции? Спрятал сына в своей квартире от матери? Хотел без спросу увезти его на чужую дачу? И где доказательства, что меня избили именно по заказу Маргариты?
Люська молчала, не зная, что ответить на эти вопросы. Поскольку у нее не было детей, она понятия не имела, какие законы существуют в отношении несовершеннолетних, родители которых находятся в разводе.
- Что же тогда делать? - спросила она Ивана.
- Для начала я бы хотел проследить за Маргаритой, узнать об ее планах: чем она занимается, что намерена делать в ближайшее время. Вдруг они с Андреем уже завтра или послезавтра улетят в Сибирь?
- Вы знаете, где она живет?
Он покачал головой.
- К сожалению, нет. У Риты нет своего жилья. Она не москвичка. Жила у меня. После развода снимала разные квартиры, часто их меняла.
- Как же вы собираетесь за ней следить?
- Я знаю место, где тусит она и ей подобные. Это один тематический подвальчик. Я уверен, что она зависает там на целый день, бросив сына одного в квартире.
- Ясно. - Люська допила свой кофе, отодвинула пустую тарелку и решительно встала. - Идемте.
- Куда? - Иван взглянул на нее с удивлением.
- Следить за вашей Маргаритой.
- Прямо сейчас? - произнес он растерянно. - Но я... вы что, пойдете со мной?
- Конечно, пойду. Не могу же я оставить человека в беде. Тем более вы еле на ногах стоите. Вам бы к врачу, но уж ладно. Идемте.
Иван поднялся из-за стола. На его лице было написано сомнение. Люське показалось, что он не слишком рад ее помощи.
- Конечно, если я вам мешаю, можете идти один, - обиженно проговорила она.
- Что вы! Конечно, не мешаете! Я очень вам благодарен. Мне просто совестно отнимать у вас время. Вчера целый день, а теперь и сегодня.
- Лучше бы вы не тратили время на пустую болтовню, - заметила Люська. - Нам еще вашу одежду в порядок приводить.
Иван послушно кивнул. Люська по-быстрому почистила и отпарила его пиджак, пришила оторванный рукав. Отыскала на дальней полке шкафа старые Толиковы брюки, они с трудом, но налезли на Ивана. Грязные джинсы со следами чьих-то ботинок Люська кинула в стиралку. Иван смочил волосы под краном, причесался и предстал перед ней парнем хоть куда. Она заметила, что он весьма интересен внешне - высокий, широкоплечий, крупный, но стройный, без полноты. Черты лица значительные, по-мужски лаконичные. Люське всегда нравился такой типаж. Толик был совсем другим: худощавым, юрким, похожим на вечно юного мальчишку. Почему она в него влюбилась, Люська и сама не могла понять. Но влюбилась ведь!
- Ну что, идем? - спросил Иван.
- Да, пошли.
Люська тоже принарядилась: надела модный коротенький плащ и симпатичные ботильоны на каблучках. С удовольствием оглядела в зеркале свою стройную фигурку, взбила волосы и подкрасила губы красной помадой. Они с Иваном вышли из дому и направились к автобусной остановке. Иван шел широкими шагами, Люська семенила рядом, едва поспевая за ним на своих каблуках. Они влезли в автобус и уселись у окна. Люська украдкой смотрела на Ивана. Она все больше чувствовала к нему симпатию, несмотря на то что они были знакомы всего сутки. Приятный мужчина. Вежливый, обходительный. И как любит своего сына! Таких поискать надо.
- О чем задумались, Люсенька? - спросил ее Иван.
При слове «Люсенька» она совсем растаяла. Ей захотелось прижаться к его широкому плечу, чтобы он взял ее руку в свою и долго не отпускал.
- Так, - неопределенно протянула она и почему-то вздохнула.
- Вы чудесная девушка, - с теплотой проговорил Иван. - И как это ваш муж посмел от вас уйти? Не понимаю я его.
Вместо ответа Люська слегка пододвинулась к нему, совсем чуть-чуть, но теперь она чувствовала тепло, идущее от его тела.
- Уже близко, - сказал он, - скоро выходить.
Люська снова вздохнула. Ей хотелось, чтобы они ехали так долго, часа два или три.
Но Иван уже направлялся к выходу. Она нехотя последовала за ним.
Они сошли на незнакомом ей бульваре. Иван уверенно двинулся с сторону небольшого парка.
- Это там. Я там был пару раз. Ужасное место. И люди более чем странные. Не могу понять, что Рита в этом всем находит?
Люська вдруг почувствовала укол ревности. Рита да Рита? Иван говорит так, будто все еще любит бывшую жену и между ними осталась какая-то связь. Ну конечно, осталась! У них же общий ребенок. Люське такого никогда не испытать по отношению к Толику. Она совсем скисла, но продолжала послушно идти рядом с Иваном.
Они прошли парк насквозь и углубились в квартал кирпичных пятиэтажек.
- Уже совсем скоро, - виновато проговорил Иван, глядя на нахохлившуюся, точно воробей, Люську.
Здание, к которому они подошли, стояло особняком от остальных домов. Это была старая кирпичная четырехэтажка. С одной стороны было два подъезда. Люська было направилась к одному из них, но Иван остановил ее.
- Не сюда.
Он взял ее под руку и обвел вокруг дома. С другой стороны тоже был подъезд. Черная железная дверь оказалась открытой. Люська и Иван зашли внутрь и оказались перед лестницей, ведущей в подвал. Снизу слышалась приглушенная музыка и голоса.
- Спускаемся, - шепотом проговорил он.
Держась за перила, они осторожно спустились по крутым ступенькам до самого низа. Пахло сыростью и кальяном. Иван и Люська остановились перед дверью, за которой, судя по звукам, происходило сборище Ритиных друзей.
- Вы уверены, что она тут? - тихо спросила Люська.
Он помотал головой.
- Не уверен. Но сейчас узнаем.
Иван чуть приоткрыл дверь и заглянул в щелку. Люська сунулась было за ним, но он вежливо отодвинул ее.
- Да, вижу ее. В углу, за столиком.
Из-за двери раздались резкие звуки какого-то фольклорного инструмента, не то дудки, не то волынки. В них было что-то дьявольское, и у Люськи похолодела спина. Ей захотелось убежать прочь отсюда, но она терпеливо стояла и ждала распоряжений Ивана.
- Нужно подождать. Скоро они выйдут проветриться. Тогда мы сможем послушать, о чем они говорят.
- И долго ждать? - со страхом спросила Люська.
- Недолго. Час, может, два.
- Ничего себе!
Иван пошарил рукой в темноте и вытащил откуда-то хлипкую деревянную табуретку.
- Присядьте. - Он пододвинул ее Люське.
- А вы?
- Я пешком постою.
Люська брезгливо смахнула с табуретки пыль и села. Из комнаты донеслись какие-то завывания.
- Ну как? - спросил Иван, глядя на нее с улыбкой.
- Жуть. Ваша жена действительно сумасшедшая. Ее надо лечить.
- К сожалению, врачи так не считают. Понимаете теперь, почему мы разошлись?