– Какие камни? – спросила Эля.
– Два сапфира, рубин и изумруд. Признался не сразу… да мы почти не виделись. Как оказалось, какие-то особенные, страшно дорогие, по двадцать карат…
– Он собирается торговать камнями?
– Черт его знает, что он собирается. Говорю же, я только потом узнал, все втихаря, тайком. Там с десяток бунгало, отдыхают богатые. Приехал ювелир, привез одному камни, как договаривались, а клиент передумал. Он рассчитывал на сделку, летел из Мумбая, а тут облом. Оказалось, знакомый Риты, они столкнулись в ресторане. Арик попросил показать… ну и купил, тот уступил пятнадцать процентов. И мы полетели на хрен домой.
– А что он с ними собирается делать? Продать?
– Понятия не имею. Теперь уже по барабану, потому что…
Они вздрогнули от стука в дверь; переглянулись.
– Ждешь кого-нибудь? – спросил Лапик.
– Деда Мороза с подарками! – хихикнула Эля, наливая себе вина.
Дима поднялся и пошел открывать. Хлопнула дверь, по дому промчался холодный сквозняк, и метнулось пламя в камине; Эля потянула на себя плед. Вошел Арик, увидел гостей и встал на пороге как вкопанный.
– Проходи, – сказал Дима, подталкивая в спину непрошеного гостя. – Все свои.
– Добрый вечер, Эля! Леонид! – опомнился Арик. – Ничего, что я так, наскоком? Не ожидал, думал, забегу на минутку, узнать, как и что… поговорить.
– Ага, проходил мимо, – фыркнул Дима. – О чем говорить? Вроде уже все обсудили, с тобой все ясно.
– Ну… вообще. Каку вас вкусно пахнет!
Лапик встал, принес из кухни табурет:
– Садись, Артур. Димыч рассказывает про Индию, мы дружно завидуем. Решили тоже смотаться по свободе. Как тебе поездка?
Тот пожал плечами и пробормотал, что хорошо. Эля и Лапик переглянулись. Обычно самоуверенный и шумный Артур был не похож на себя. Эля вскочила и побежала на кухню; вернулась с чистой тарелкой.
– Вина будешь? У вас там в Индии сухой закон, отвык небось? – пошутил Лапик.
– Димочка приготовил национальное блюдо… забыла, как называется. Вкусно! Я тебе положу. Ты видел его рисунки? Потрясающе! И вот это платье тоже он! – Эля одернула обновку на груди. – И еще бусы! Аметисты и сандал, запах с ума сойти!
– Ага, бусы, – произнес замороженным голосом Артур. – Мы тут решили устроить у нас индийский фестиваль, летом. Почти договорились, пригласили гостей. Индийский базар, сувениры, еда, одежда… бусы тоже. Из натуральных камней. Танцы, музыка, кино…
– Класс! Дима сказал, ты купил какие-то необыкновенные камни, – не выдержала Эля.
Артур затравленно взглянул на Диму, тот пожал плечами.
– Покажешь?
– Нету камней, – после продолжительной паузы сказал Артур. – Забрали на таможне. Оказывается, у них там какие-то драконовские правила…
– Как забрали? – ахнула Эля. – Правда? – Она уставилась на Диму: – Ты не сказал!
Дима снова пожал плечами.
– Димка, я же извинился! – закричал Артур. – Сколько можно! Мне и так хреново, а тут еще ты… в позе!
Я же все объяснил! Идиотское недоразумение! Сам не знаю, как это получилось… честное слово!
Эля и Лапик снова переглянулись. Дима загадочно молчал. Неловкая пауза затягивалась. Артур сидел красный, взъерошенный, переводил взгляд с Лапика на Элю, словно прося о поддержке. Лапик пробормотал:
– Ребята, если у вас там что-то… Нет, ну не хотите, не надо, мы понимаем. Надо прийти в себя… совершенно чужой мир, культурный шок… Помню, читал еще студентом роман «Поездка в Индию», фильм тоже есть, замечательный![1]Об отсутствии точек соприкосновения между Востоком и Западом, о непонимании белым человеком их культуры, ментальности, об осознании собственной чуждости их миру… И стихи учил в университете, до сих пор помню! – Он продекламировал нараспев:
О, Запад есть Запад,
Восток есть Восток,
и с мест они не сойдут,
пока не предстанет Небо с Землей
на Страшный Господень суд…[2]
Замолчал, разлил вино и поднял бокал:
– За Индию!
– Мы уже пили за Индию, – напомнила Эля. – То есть, по-твоему, мы не способны их понять?
– Разве что поверхностно. Бусы, платье, фигурки богов. Как сказал ученый йог, на уровне полоскания носа. Я считаю, культурные барьеры непреодолимы, что тогда, что сейчас. Но это мое мнение, возможно, кто-то не согласится. Если за Индию уже пили, давайте за любовь.
Тост возражений не вызвал, и они выпили.
– Арик, в какой он позе? – Эля умирала от любопытства. – Что случилось?
– Он сунул мне в сумку свои чертовы камни, и меня свинтили таможенники! – бухнул Дима басом.
Эля всплеснула руками и повернулась к Артуру. Лапик неопределенно улыбался и рассматривал свой бокал.
– Кто же знал! – закричал Артур. – Все чеки в порядке! Положил к Димке, сумки одинаковые… случайно. Не знаю, как это получилось. Мне говорили, все нормально: что купил, то твое. Честное слово!
– Ага, одинаковые! – фыркнул Дима. – Не надо нас дурить! Меня чуть в каталажку не упекли. Влепили бы пять лет за контрабанду… Всю жизнь мечтал об индийской тюрьме.
– Краденые? – спросил Лапик.
– Да нет, какие-то суперценные, туристам не продают… национальное достояние.
– В смысле, не продают? – удивилась Эля. – Моя знакомая накупила у них кучу ювелирки!
– Продают, но не такие, эти какие-то особенные, и цена… – сказал Артур. – Свои могут купить, а туристы нет. Из Египта, например, нельзя везти кораллы… Вот они и забрали, жулики! Слава богу, без последствий. Но деньги не вернули. Держали Димку целый час, я уже не знал, что и думать, весь на нервах!
– Ну и пошел бы признался, что камни твои! – сказал Дима.
– А ты не сказал? – спросила Эля.
Дима дернул плечом…
– Кто старое помянет, тому глаз вон, – сказал Лапик примирительно и поднял бокал. – Все хорошо, что хорошо кончается, как говорят англосаксы. За нас!
Артур выпил, раз, другой, оттаял и пришел в себя. Расхвастался, что он теперь там свой человек, его принимают как родного и бизнес-перспективы впечатляют! Намекнул на приятные перемены в жизни, вспомнил про индианок, закатил глаза…
Эля притулилась в уголке дивана и задремала. Лапик принес с веранды шампанское и торт, Эля проснулась и захлопала в ладоши. В разгар праздника Артуру позвонила жена, он умолк на полуслове и засобирался домой. Дима иронически хмыкнул. Лапик взглянул на часы.
– Мы остаемся, – с нажимом сказала Эля. – Хочу шампанского!
Артур ушел. Дима поставил чайник и подбросил дров в камин. Лапик потянулся за бутылкой, хлопнула пробка, и Эля взвизгнула…
– Хороший торт, – сказала она, отрезая себе изрядный кусок. – Мой любимый, «Метро». А шампанское холоднючее! Замерзла… Дим, мне кружку побольше!
– Нелепая история, – сказал Лапик. – Даже не верится! Чтобы вот так запросто на таможне ограбили туристов… дикость! Хоть бы деньги вернули. Бедный Артур! Хотя поступок его, скажем прямо, выглядит сомнительным.
– Жлоб! Влюбился он… а как жена позвонила, сразу бегом! – осуждающе сказала Эля. – Камни, конечно, жалко.
– И все-таки… – задумчиво произнес Лапик. – Зачем ему прятать камни в твою сумку?
– Ну как ты не понимаешь! – воскликнула Эля. – Он его подставил! Сам везти испугался!
– И чего бы он добился? Ну, допустим, камни нашли, нарушили вы там какие-то их законы, и что? Ты бы сказал, что камни не твои, позвали бы Арика… Думаешь, он стал бы отрицать?
– Пусть бы попробовал! На камнях его отпечатки, – сказала Эля. – Вот гад! Он мне никогда не нравился. Как ты только с ним дружишь!
– Друг детства, – сказал Лапик. – Никуда не денешься. Тем более общий бизнес… – Он усмехнулся иронически.
– Ага, хапнул за бесценок «Испанца в кружевном воротнике», – сказала Эля. – Воспользовался тем, что крыша потекла и деньги нужны.
– Ну, я думаю, Димыч в долгу не остался, – заметил Лапик. – Дружба дружбой, а ухо держи востро.
– И все-таки я не понимаю…
– Подожди, Элька, – перебил Лапик. – Мне кажется, что-то не то в этой истории. Некая бросающаяся в глаза странность. Я склонен думать, Артур действительно перепутал сумки. Чего ему бояться, куплено честно, чеки есть, координаты ювелира… Димыч, согласен?
Тот сделал вид, что не услышал.
– Вам нужно было поднять хайп, а вы молча проглотили. Между прочим, туристу всегда вручают памятку, что можно вывозить, что нельзя. Ну, там антиквариат, животных… возможно, драгоценности. Надеюсь, вы ее читали?
– Ну как ты не понимаешь! – горячилась Эля. – Ты же им ничего не докажешь, да еще и в тюрьму посадят! Черт с ними, с камнями! Главное, все живы. Жалко, конечно, хоть бы одним глазком посмотреть…
Дима сунул руку в карман, достал замшевый мешочек и вытряхнул на журнальный столик четыре камешка:
– Смотри!
Эля вскрикнула и вытаращила глаза; Лапик приподнял бровь, внимательно посмотрел на Диму и снова перевел взгляд на четыре круглых, поблескивающих в бликах огня камешка: два синих, один красный и один зеленый.
Трещали дрова в камине, неровные розовые тени плясали на стенах; казалось, слышно, как лопаются пузырьки в бокале с шампанским…
– Ты что, грабанул Арика? – опомнилась наконец протрезвевшая Эля. – Дим? Как это… ты чего? Получается, они ничего у тебя не нашли? Это что, месть такая? Но ты же сам сказал, он не нарочно перепутал… Ничего не понимаю! Дим!
– Минуту! – Лапик забегал пальцами по экрану айфона. – Сейчас, сейчас… Ну вот! Как я и предполагал, нельзя вывозить слитки золота и серебра, животных, антиквариат и… – он поднял палец, – ювелирные изделия стоимостью более двух тысяч рупий!
– Рупия – это сколько? – спросила Эля.
– Это очень мало, поверь. Сейчас узнаем! Один доллар семьдесят семь рупий… значит, две тысячи примерно двадцать шесть баксов. Насколько я понимаю, эти камни стоят дороже? Или… что?