Но… злит. До зубовного скрежета злит.Я никогда себя таким пентюхом не чувствовал.
Всегда старался быть первым. Лучшим.Хотя, если уж честно — когда не получалось, тихо сливался.Но сейчас всё иначе. Свалить можно… но не хочется.А идти дальше — хочется… но не можется.Парадокс, да и только.
Добежав до душа, я рухнул на пол, прямо под горячие струи.Грудь вздымалась, дышать было тяжело.Пытался выровнять дыхание. Хотелось стереть усталость, злость, сомнения.Что я тут делаю?Всё вокруг — чужое. Их цели, их традиции, их взгляды на мир.Уды — здесь гости. Им плевать на всё земное.Они мечтают только об одном: вернуться на свою землю, строить замки, участвовать в турнирах, махать мечами.Для них прогресс — это пройденный этап. Космос, техника — всё это в прошлом.А настоящее — это меч, конь, титул, честь.
Они не хотят ничего менять.
А я?Что я, блин, хочу?
Носиться вместе с ними на лошади, с железной палкой в руках?Греться у камина, а не у батареи?Греть воду в тазу и по вечерам вместо телевизора пялиться в небо?
Хотя…Тоже вариант.Смотря с кем пялиться.
Короче, мои перепады настроения начали уже и меня самого доставать.Да, я понимал — прошёл всего месяц. И портал, к слову, реально помогал: потихоньку втягивался, тело адаптировалось.Но именно — потихоньку.
А я знал себя. Стоит мне пару раз сходить на войну, снова окунуться в кровь и грязь — и всё, начну жалеть, что вообще в это ввязался.
Главный вопрос — зачем?
Какие клятвы, какие идеалы могут меня здесь удержать? Что меня свяжет с этим народом? Пока что — ничего.
Получается, единственная причина, по которой я ещё здесь — Элька.
Но и с ней всё так же.Она — далеко.Я — туплю.
Как обычно.
Вечно надеюсь, что кто-то объяснит, кто-то направит, кто-то ткнёт носом: «Вот, это твоё. Живи здесь. Бейся здесь. Люби здесь».Но никто, разумеется, не собирается.
Здесь свои правила. Свои боги. Свои гробы.
И я в этой игре — всего лишь занесённый ветром чужак, случайно оказавшийся в эпицентре чужой судьбы. Да, открывашка порталов)кстати мое прозвище в клане и не самое плохое). Да, из прошлого. Но не отсюда. Не их.
А Элька...Она как огонь. Греет — и жжёт.То рядом, то исчезает.То смеётся — как будто никогда не умирала в походе, не теряла друзей, не жила между мирами.А я?Я всё ещё живу между двумя остановками метро и кошмарами о горах.
Да, я втягиваюсь. Да, я могу. И даже хочу.
Но пока что всё это держится на ней.А это, черт побери, слишком шаткое основание для войны.
Стук в дверь прервал мой внутренний монолог. Обмотав полотенце вокруг бёдер, я пошлёпал открывать. Отлично, сейчас всё объясню Алексу — и потихоньку исчезну из их мира обратно.
Дёрнул дверь — и застыл.
На пороге стояла Элька.
— Я могу пройти? — спросила она. Мой вид её совершенно не смутил.
— Да... проходи, — пробормотал я, пятясь назад, как рак.
Она прошла и села на кровать.
— Твоё? — спросила, беря в руки колоду карт с тумбочки. — Во что играем?
— В дурака, — брякнул первое, что пришло в голову.
— Понятно, — хмыкнула она. — Чем ещё могут заняться два умных и красивых молодых человека по вечерам? Спорим, в «двадцать одно» я тебя уделаю?
— А если проиграешь? — спросил я, по-прежнему ощущая себя не в своей тарелке.
— Тогда... — она на секунду задумалась. — Приглашу тебя в ресторан. Сегодня ведь суббота, выходной. Но если выиграю — ты исполнишь моё желание. Идёт?
В своё время я увлекался картами. Ради удовольствия. В казино, слава богу, ума хватило не соваться. С друзьями играли по мелочи. Потом как-то остыл, но получалось у меня неплохо.
— Идёт. Раздаю я, — сказал я и сел рядом. В одном полотенце на бёдрах. Великолепная экипировка для азартной игры.
Первый расклад — у меня валет и туз. У Эльки — перебор. Я победно протянул ей колоду — и тут же сам получил перебор.
— Очко, — с усмешкой констатировала она, показывая даму и туза.
Через три минуты счёт был 4:1 в пользу восьмого марта.
— Да, с тобой хорошо в казино ходить, — почесал я нос.
— Это точно, — улыбнулась она. — Итак, моё желание. Сегодня ты приглашаешь меня на дискотеку. Восемь вечера, у ворот.
И вдруг — неожиданно — она чмокнула меня в губы.
На мгновение наши взгляды пересеклись, и у меня закружилась голова. Блин, да она ведьма. Ни одна женщина не имела надо мной такой власти.
А она, приблизившись к моему уху, шепнула:
— Скажи, ты всегда такой дурак с женщинами — или только со мной?
— Только с тобой, — машинально ответил я.
Уже не в первый раз замечаю: рядом с ней мозг просто парализуется.
— Молодец, — прошептала она и провела рукой по моей щеке. — Неправда, конечно, но приятно. Ладно, не забудь — в восемь. Пока.
Она исчезла за дверью, а я поймал себя на том, что сижу с идиотской улыбкой.
А ведь я проиграл бы — даже если бы выиграл.
Весь день прошёл как в тумане. Я не слышал, что говорил Алекс, не понимал, что делаю. Мысли путались. Про уход, конечно, и речи быть не могло.
Как ни странно, на рукопашке я завалил одного из элиты — сам не понял как. А на строевой, бегая с щитом и копьём, умудрился вовремя поворачиваться и даже пару раз присел в нужный момент. Трон, мой сотник, только хмыкнул и буркнул, что, может, из меня и правда человек получится.
В шесть часов я уже носился по комнате, как ошпаренный: брился, менял рубашки, злился, что туфли не подходят под пиджак.
— Интересно, и ради кого такой кипеж? — лениво спросил Алекс.
После лагеря и жизни со мной в одной комнате, он уверенно освоил лагерный фольклор и теперь с удовольствием вставлял его в речь. Видно было — кайф ловит.
— На дискотеку иду, — буркнул я, пытаясь из кучи носков составить хоть одну приличную пару.
— Кто эта несчастная? — не отставал он. — Она вообще знает, что ты… как ты там себя называл? — Он залез в свою записную книжку, где записывал все мои словечки. — А, вот: чухон… не, чухан.
— Полегче, а то в репу получишь, — прорычал я, глядя на него исподлобья.
— Ты сам Трона так называешь, — пожал плечами Алекс.
И правда. Сколько бы Трон ни был хорош как командир, как человек он был — мягко говоря — неприятный. Грязный, вонючий, от одежды несёт, как от перегноя. Мыться он принципиально отказывался. Мол, в походе не моемся — и в жизни незачем. Даже Стив, чистюля и эстет, махнул на него рукой. Но как сотник Трон был незаменим. Командир до мозга костей.
Я махнул рукой. Что с Алекса взять — немцу не понять всей прелести могучего и великого русского диалекта.
— На, лучше завяжи мне галстук, — кинул я ему удавку.
Несмотря на то, что Алекс был обычным бойцом и до всего этого работал на заводе, он был ещё тот франт и пижон. Галстуки, бабочки, отутюженные брюки — всё это для него было не в диковинку. А для меня — тёмный лес.
— И всё же, — сказал он, легко и виртуозно затягивая узел, — кто она? Из посёлка рядом или старая пассия?
— Новая. Не из посёлка. Наша. Из клана, — буркнул я, натягивая галстук.
— Ого. Когда ты только успел? Никогда бы не подумал, что наши девушки могут повестись на такого мешка. Кто она? Надеюсь, не замужняя? Не хочется потом хоронить то, что от тебя останется — даже ремешки не соберут.
— Не замужняя, — фыркнул я. — Это Элька.
Алекс замер, потом резко повернулся. Как кошка подскочил ко мне и схватил за лацканы пиджака:
— Да ты с ума сошёл?! — Он постучал кулаком мне по лбу. — У тебя в голове что-нибудь есть, кроме карт и дурацких шуточек? Ты что, правда думаешь, можно вот так просто пойти с ней на свидание? Ты знаешь, что с тобой сделает Стив, если ты только не так руку положишь?
— Послушай, — процедил я. — Она взрослая. Ей двадцать пять. Сама может принимать решения.
— Ты идиот! Не мог себе кого попроще найти, для развлечений?
— А я не хочу попроще, — отрезал я. — И это не развлечение.
Оттолкнув его, я хлопнул дверью.
Время — без пятнадцати восемь. Весь городок будто вымер. Только редкие машины, набитые молодежью, время от времени выныривали из городка, резко останавливались у автоматических ворот, и тут же скрывались в темноте леса
Никто не предложил подвезти.
Я стоял, переминаясь с ноги на ногу. Холод пробирал сквозь пиджак, подошвы дорогущих итальянских туфель стали прилипать к ступням — как будто мстили за выбор не по погоде.Интересно, чего я жду? На чём мы вообще едем? Свою машину я давно продал. Надо было такси вызвать… Я сунул руку в карман куртки — и выругался.Телефон. Остался в комнате.Ну Ромео. Не доделанный.
Я уже развернулся, чтобы бежать обратно, когда рядом с оградой остановился огромный «мерс» и коротко, почти раздражённо, клацнул клаксоном.
Из окна мне махал Серж — брат Эльки.
Я прыгнул в салон и с облегчением вытянул ноги, засунув их под тёплый обдув. Рай.
— Привет, Серж, — с благодарной улыбкой сказал я, — а где Элька?
— С подружками уехала, — буркнул он, не глядя. — Просила тебя забрать.
Я улыбнулся. На душе стало тепло.
Серж был классным парнем. Балагур, язва, но с добрым сердцем. С кличкой "Балабол" прекрасно уживался — и сам над ней посмеивался. Мы подружились после того памятного утра, когда я засветил ему в ухо. С тех пор шутили: не начало великой мужской дружбы, но товарищами стали.
Но сегодня с ним было что-то не так.
— Проблемы? — осторожно спросил я.
— Да нет, — промямлил он, уставившись в лобовое стекло.
— Ну ладно, не жмись, выкладывай, — подбодрил я, надеясь растопить лёд.
Он бросил на меня короткий, колючий взгляд — и снова отвернулся.
Прекрасно. Не хочет говорить — его право.
Я тоже замолчал. Уткнулся в окно. За стеклом в отблесках фар проплывал темный лес. Ветер метался между деревьев, бросал тени на обочину.
Короткое мгновение — когда можно просто откинуться в кресле и позволить себе роскошь ничего не делать. Ни о чём не думать. Просто смотреть — как в тёплой, уютной машине за окном проплывают тени тёмного леса