– Керо, как тебе новая соседка? – донёсся с кухни голос Эри.
– Очень хорошая, – отвечал Керо, нарезая какие-то овощи. – С ней приятно говорить.
– А ты… ничего не чувствуешь?
– То есть?
– Может быть, какого-то неестественного страха? Или… м-м… злобы?
– Нет. А что, должен?
– Ты до неё дотрагивался?
– Госпожа Эри, простите за дерзость, но… вы можете сказать прямо, что я должен сделать? Просто я не понимаю ваших целей, и…
– Ничего, Керо. Занимайся своими делами.
От этих странный разговоров мне стало не по себе. Я бережно сложила рисунки обратно и, мельком глянув в сторону кухни, скользнула к книгам. Поэзия о природе, записки о придворной жизни, перечень лекарственных трав… Если ничего другого под руку не попадётся, можно почитать и это, и всё же…
Я не сразу заметила чёрно-жёлтую книжицу. Обложку украшали изящные цветы, название было высечено золотым теснением.
«Сказание о принце Курайтани», – гласило оно.
Никогда не слышала о таком. Тут же открыла, пролистнула несколько страниц. Таких ярких иллюстраций не было даже в «Хякки-ягё» – каждая как отдельная картина! Тот самый принц Курайтани – как здесь писалось, хозяин Ёми, города мёртвых, – представал бледным юношей в тёмных одеждах, окружённым полчищами всевозможных чудовищ.
Принц Курайтани правил чудовищами. Каждый раз, когда их городу Ёми нужен был приток свежей крови, он созывал Хякки-ягё – ночной парад сотни демонов, – и тот, минуя всякие преграды, устремлялся на зов. Принц Курайтани приветливо встречал гостей, но приказывал закрыть за ними ворота. Никто не знал, что происходило в это время. Когда же ёкаи возвращались, их родные города обращались в прах. Это была самая странная сказка, которую я читала, и всё же что-то мешало мне оторваться от книги. Затем шёл рассказ об отважной кицунэ, ринувшейся на зов, о её женихе, притворившемся ёкаем, чтобы последовать за ней, каком-то бое, чудовищах, обиде принца…
– Харуко? – Эри выглянула с кухни. – Ты завтракать не собираешься?
– М-м… Нет, я неголодна…
– Я бы на твоём месте на кладбище пошла, – Она ехидно усмехнулась. – Потренироваться во всяких запахах, звуках… В этом вашем лисьем, короче говоря.
Я распихала книги по рукавам и ещё плотнее затянула пояс.
– Лисье – это не моё, – буркнула я.
– Кокоро, – фыркнула я. – Потерпи немного, скоро дойдём…
Цикада перестала скрестись и притихла. Впереди замаячили замшелые надгробия. Вид на город отсюда открывался живописный – всё-таки, кладбище находилось на небольшой возвышенности, у подножья. За спиной высились крутые горы, укрытые древесным покровом, впереди простилалась широкая долина. Пахло утром и приближающейся весной. Хотелось заарканить этот момент и бесконечно по нему блуждать, чтобы больше не встречаться ни с Эри, ни со стражниками, ни с Нобу и его ёкаями… Но я шла дальше. К могилам.
Мне не особо хотелось устраивать пробы. Где-то внутри сидел страх, что если я немного перегну палку, если хоть где-то ошибусь, за плечами снова затрещат лисьи зубы, и мир отпрянет. А мне хотелось побыть наедине с собой. Собой и своей семьёй.
Надгробия – старые, древние, мшистые… Наверно, самые первые в городе. Ближе к реке – помоложе. Ухоженные и почти нетронутые непогодой. Я знала, куда иду, но нарочно блуждала кругами. Я не хотела идти на могилу матери. Это было слишком тяжело…
Я несколько раз открывала шкатулку. Кокоро молчала. Я говорила ей, что ничего не понимаю. Один раз призналась, что боюсь. Наверно, до неё что-то доходило – в конце концов, вид у цикады был такой, будто она слушает. Это мне и помогло. В конце концов, с первыми лучами солнца, я всё-таки добралась до этих надгробных камней.
– Вот тут моя семья, – тихо сказала я.
Это были две маленькие могилки, отмеченные каменными столбиками – «Ютака» и «Минори». Сейчас, наверно, их зовут совсем иначе – во время похоронного обряда священник нарекает покойного другим, новым именем, которое не говорится вслух. Я присела напротив и уставилась на это жуткое «Минори». Всё казалось нереальным. Неужели она действительно там, под землёй?..
И вдруг – я заприметила кое-что странное. Маленькую фигурку, выточенную из кости. За ночь её припорошило снегом, и мне пришлось его стряхнуть, чтобы разглядеть находку.
Странная вещь. И в то же время, почему-то, очень знакомая. Я повертела её в руках – девушка, держащая на руках какого-то зверя. То ли собака, то ли лиса. Я посмотрела на голову этого существа и вспомнила, где видела что-то подобное. На своих чётках. Да, лисьи головы на них вырезались именно таким образом – и глаза, и нос, и ушки… Одна школа? Или, может быть, даже один мастер?..
Прямо у меня над головой что-то просвистело. Кокоро затрещала вновь. Я оглянулась по сторонам, отчаянно пытаясь отыскать ёкая поблизости. Потом подняла глаза. Нашла.
Она сидела прямо на ветке. Сухая, как мёртвое дерево, бледная и лопоухая. Длинные чёрные волосы спадали до земли, костлявые руки упирались в острые колени. Спину и плечи покрывала шуба – пышная, тёплая, с широкими плечами и ржавыми бубенцами на вороте. Только сделана она была не из меха. Присмотревшись, я отчётливо разглядела тёмные перья – мастерилась накидка именно из них. Голову существа венчала соломенная шляпа, рот и нос прятались за серым куском тряпки. Желчно-жёлтые глаза смотрели, не моргая.
Тэнгу. Правда, в отличии от шествий и храмовых статуй, это оказалась девушка. И никакого длинного носа у неё не было – под серой повязкой отчётливо виднелось самое обычное, человеческое лицо.
Я захлопнула крышку и не нашла ничего лучше, кроме как поклониться. Тэнгу ответила кивком.
– Из людского племени? – отстранённо спросила она.
Тэнгу говорила со странным акцентом – чуть калечила звуки и как бы скакала голосом, делая его то выше, то ниже. Я решила, что это особенности их языка.
– Да, – тихо сказала я.
Не задумывалась над вопросом. Я ведь всё ещё чувствовала себя человеком, всё ещё была человеком…
– Передай сородичам.
Она швырнула на землю какую-то расписную шкатулку. Грубо и жёстко – нарочно показывала, что пренебрегает.
Осторожно, стараясь не терять тэнгу из виду, я подступилась вперёд и подобрала подарок. Это был расписной пенал на задвижках. Странные узоры, непривычные цвета… И вправду – другой народ.
– Что это? – спросила я.
Тэнгу не ответила. Она расправила крылья, которыми и оказалась пернатая накидка, и тут же взмыла вверх. В сторону горы. Я вспомнила легенды, согласно которым тэнгу обитали именно там, среди непроходимого леса и замшелых скал.
Я открыла чехол. Внутри лежало несколько резных дощечек.
Первая табличка – «Скоро». Иероглифы были выведены ровно и аккуратно. В следующей части послания прятался «Хякки-ягё». Тут уж и говорить нечего. Никогда не придавала какого-то особого значения приметам – ну, если говорить о приметах негативных, конечно, – но этот самый Ночной парад сотни демонов стал преследовать меня слишком часто. То в книге, то здесь… «Так говорят духи» – гласила третья табличка. На четвёртой красовалось только одно слово: «Берегитесь».
Получается, я должна принести это людям?
– Кокоро, – Я щёлкнула крышкой. – Как думаешь, куда лучше пойти?
Кокоро высунулась из коробки и переползла мне на руку. Смотрела она в сторону леса. Я попыталась повернуть её в сторону города, но цикада упрямо глазела на гору.
– Но… он же сказал, чтобы я передала это людям…
Кокоро стояла на своём. Перед глазами у меня пробежал тот самый момент – секунда, когда острое лезвие упёрлось мне в шею. Этот ронин… Может быть, он только и ждёт, чтобы поймать меня? А если уже схватил Такеши?!
Я тут же отбросила эти мысли. Нет-нет-нет, нельзя так думать! Если Такеши каким-то образом умудрился спалить дом, он обязательно сможет защитить себя…
И мы скоро увидимся. Мы обязательно скоро увидимся.
– Хякки-ягё? – хмыкнула Эри, пробежав глазами таблички. – Да неужели?
Мне было довольно сложно вписаться в их странную домашнюю идиллию. Вот Керо, аккуратными мазками завершающий мой портрет, вот складывающая новые оригами Эри. И я. Всклокоченная после пробежки до дома, перепуганная, встревоженная внезапной находкой на могиле матери и просто ошарашенная – в конце концов, я же говорила с настоящим тэнгу! Всамделишным! Прям вот с крыльями!
– Принц Курайтани снова зовёт ёкаев к себе? – спросила я.
– Принц Курайтани? – Эри хищно усмехнулась. – Из всех книг, что я тебе дала, ты взялась за эту никчёмную писанину?
Я скрестила руки на груди. Складывалось ощущение, будто только что эта кошка окатила меня грязью с ног до головы, но я промолчала.
– Наверно, стоит предупредить людей… – тихонько втиснулся Керо. – Чтобы кто-то успел сбежать из города…
Эри сердито покосилась на него, и парень боязливо опустил голову.
– Керо прав, – как ни в чём не бывало хмыкнула Эри. – Сама в город выберешься или это сделать мне?
– Думаю, я справлюсь сама, госпожа Эри. Только… только вы можете подсказать мне… как ещё можно найти Такеши?
– У тебя нет носа? Твой убийца неплохо чувствует запахи – возьми, да и укради эту способность. Можешь прислушиваться, можешь как-то присматриваться. В конце концов, ты теперь ёкай, вот и учись этим пользоваться. Только стражам не попадись.
– Значит, на вашу помощь я могу не рассчитывать?
– Пока – да. Думаю, тебе просто стоит набраться терпения. Пока не время.
– Не время? Мой брат в любую секунду может погибнуть! Я обратилась к вам, потому что вы обещали мне помочь, или кошки своё слово не держат?
Керо уставился на меня со смесью ужаса и восхищения. Как будто и подумать не мог, что такое вообще можно сделать. Эри посерьёзнела. Стоило ей лишь одним пальцем повести, как оригами под потолком угрожающе зашуршали. Драконы оскалили бумажные зубы, кошки и лисы выставили когти. Я отшатнулась.