Керо взял тарелку с купленной в городе рыбой и бережно поставил её перед Эри. Честно говоря, после смерти господина Нобу мне было как-то неприятно смотреть на любые морепродукты.
– В том, что мико ведутся с ёкаями, тот парень не ошибся, – буркнула я.
– Думаешь, почему все они не любят клан Айхао? Химицу, городская стража, даймё – им нет никакого дела до того, от кого получать выгоду. А Айхао – фанатики. Все, кроме нынешнего главы клана, конечно. У него-то голова на плечах есть, денежками позвенеть хочется. А вот его жена – ну, мамаша этой Ран и её братишек, – она-то настоящая фанатичка. Всё для сёгуна, нечисть долой… противная женщина. Крайне противная.
В дверь постучались. Эри дала Керо отмашку – можно открывать. Бумажные фигурки под потолком захрустели, готовясь нападать, бакэнэко оскалила клычки. Начиналась игра.
Я не сразу поняла, кто стоит на пороге. Наверно, человека, хорошенько искупавшегося в каком-то болоте, весьма трудно узнать с первого раза. А потом, низко поклонившись, она поймала на себе свет напольной лампы, и…
Мы поняли, что на кладбище Ран искали не просто так. Она действительно была здесь. Была и выжила – немаленькая такая удача, на самом деле. Жаль только, сейчас она сама загнала себя в ловушку.
Ран выглядела потерянной. На ней не было тонкого слоя белил и подводки для глаз, кимоно перепачкалось, волосы растрепались. Нос покраснел – кажется, она плакала. Керо тут же смягчился и заторопился впустить её дом, заботливо протянув тёплое покрывало. Казалось, я слышу, о чём он думает. Узнаёт. Что-то вспоминает, мусолит, пытается разобраться. Еле сдерживается, чтобы выпалить что-то вроде «Кажется, мы с вами виделись в моей прошлой жизни, не могли бы вы сказать, кто я?», но молчит, потому что рядом Эри. Эри, которой хочется поиграться.
– Госпожа Ран? – удивилась я. – Госпожа Ран, что вы… что вы тут делаете? Вас искали, и…
– Мне нужна помощь, – ещё раз всхлипнув, пробормотала Ран. – Я искала, где ваш дом, госпожа Эри, и… и потерялась тут… Там были какие-то блуждающие огоньки… Там так страшно, на самом деле…
– Огоньки – это мелочь, – усмехнулась Эри, закинув в рот ещё одного сомика. – Только вот зачем ты сюда пришла? Это место обходят даже ёкаи.
– Я не знаю, на кого больше надеяться, – Ран утёрла слёзы рукавом. – Это ужасно, просто ужасно…
Я поднялась и подошла ближе. Она вся дрожала. Я не имела понятия, чего ждать от человека в таком состоянии, и просто протянула ей чашечку травяного отвара. Ран не могла остановиться – плакала, плакала, плакала…
– Госпожа Ран, что произошло? Почему вы сбежали?
– Я не знаю… Это ужасно… После того, как ёкаи избавились от… – Она дотронулась до затылка. Я всё поняла – речь шла о втором рте. – В общем, всё это было для свадьбы. Но мне никто не говорил, что свадьба будет… с мертвецом…
– С мертвецом? – ужаснулся Керо. – То есть…
– С таким, как Харуко? – хладнокровно уточнила Эри.
Мне стало неловко. И стыдно. Снова почувствовала себя недочеловеком – уродцем, которому нет места среди людей.
– Н-нет… – Ран замотала головой. – Тот мертвец… неживой… Это просто труп… Он лежит в ящике, он весь высох… Он мумия!
Керо скривился. Мне тоже стало не по себе, но не от рассказа Ран, а от реакции Эри – бакэнэко посерьёзнела и, поднявшись, жестом поманила за собой гостью. Нам приказала остаться на месте. Я даже боялась представить, о чём они там собирались говорить.
– Так вообще делают? – поинтересовалась я.
– Я не знаю… – Керо помотал головой. – Не слышал о таком…
Я закрыла глаза и навострила уши. Жаль только, ворвалась слишком поздно – уже на полуслове поймала.
– Я не видела, куда меня привезли, – бормотала Ран. – Внутри было темно, и ещё там была дверь с совой… А он лежал в отдельном зале. Там ящик такой, на цепях. Они сняли крышу, и…
Она снова расплакалась. Эри цокнула языком, и Ран, устыдившись, попыталась успокоиться.
– На нём богатая одежда, – выдавила она. – И причёска у него, как у самурая. Но он весь ссохшийся, понимаете? У него коричневая кожа, и… О боги, я больше не могу об этом говорить. Госпожа Эри, пожалуйста. Я любые деньги отдам за вашу помощь… И у моей семьи много полезных связей, если вам нужно… Вы – моя последняя надежда…
– Весьма эгоистично – сбегать перед свадьбой.
– Но это же чудовищно! Это ненормально – женить живого человека и покойника…
– Пока его никто не поднимает. Может быть, тебе и вовсе не придётся пересекаться с ним после свадьбы. А брак, возможно, нужен только для престижа. Я бы посоветовала вернуться, пока не поздно. Благо, семейству жениха не очень-то и важна твоя репутация…
Судя по звуку, Ран рухнула на колени. Совсем с ума сошла от страха. Начала невнятно бормотать, трястись, умолять ей помочь… Только Эри это совсем не тронуло – бакэнэко просто развернулась и зашагала к дому. Я в последнюю секунду успела принять более-менее человеческий облик.
– Подслушивала? – хмыкнула Эри, закрывая за собой дверь.
– Вы мне этого не запрещали, – пожала плечами я.
Бакэнэко усмехнулась, и только Керо всё никак не хотел успокаиваться.
– Что произошло? – пробормотал он. Ринулся к двери, выглянул во двор. Ран по-прежнему сидела на земле, закрывая лицо руками и всхлипывая. – Госпожа Эри, она же в беде…
– Беды бывают разные, – Эри как ни в чём не бывало взялась за сямисэн. – Некоторые просто не требуют внимания.
Керо замялся, не решаясь ослушаться негласного приказа, я встала. В конце концов, бакэнэко мне позволяла больше, чем ему, но… Ран подняла красные от слёз глаза. Я понимала, что она чувствовала. Сама ведь точно так же сидела на полу тюремной камеры, захлёбываясь в слезах. И тоже понимала, каково это – ощущать мертвечину непозволительно близко. Так, что не отвертеться. Только как поступить, я не имела ни малейшего понятия.
– Может быть, Эри права? – неловко сказала я. – Надо просто потерпеть, и всё само исправится…
Ран разозлилась. Я слышала, как она скрипнула зубами, еле сдерживаясь, чтобы не рявкнуть. Но вместо этого она лишь вытянула кайкэн – короткий остро заточенный клинок, который знатные женщины всегда носили за поясом. Для всякого.
– Н-нет, подожди! – выкрикнул Керо.
Я тоже думала, она перережет себе горло. Тоже хотела подбежать и выхватить этот треклятый кайкэн, но Ран жестом приказала стоять. Она не собиралась убивать себя. Острие клинка предназначалось лишь для её затылка.
Одно движение – и тихие нити затрещали. Длинные волосы, до этого лишь немного истрепавшиеся после дороги, вновь начали шевелиться. Из-под кожи выглянули острые зубы и длинный, похожий на щупальце язык. В глазах Ран блестела уверенность. Ей было некуда отступать.
– Что происходит?.. – пробормотал Керо.
– А возвращаться-то страшно! – завопил второй рот. – Дома за такой позор убьют! А мертвец гаденький, мертвец истерзанный! Ему чьи-то коготки всю рожу перелопатили, ни глаз ни носа не оставили!
– Футакучи-онна, – пояснила я. – Это… как бы сказать… проклятье такое…
– Хочешь чего-то добиться – иди дальше в лес, – брезгливо бросила Эри. – Выживешь – обретёшь такую силу, что тебе никто и слова не скажет.
– В лес? – удивилась Ран. – Но как же…
– Боишься? Иди домой. Выбора у тебя нет.
– Облезлая кошка! – заверещал рот. – Даже не кошка! Крыса! Крыса бесхвостая! Чтоб ты подавилась своей вонючей рыбой! Чтоб у тебя хвост отс…
Ран тут же схватилась за голову и силой его заткнула. Керо смотрел на всё это с тихим ужасом. Футакучи-онна медленно поднялась, всё так же прикрывая затылок, и снова поклонилась. Я не знала, как поступить. Эри, будто в издёвку, показала в сторону тёмной тропинки, уводящей в чащу. Я уже привыкла, что этой бакэнэко доставляло удовольствие видеть чужие слёзы.
– Я бы советовала поторопиться, пока не стало совсем темно, – хмыкнула бакэнэко.
И Ран ушла. Пошатываясь, всхлипывая, кутаясь в подаренную накидку. Я надеялась, она повернёт в дому, но жестоко ошиблась – для футакучи-онны дорога лежала только в чащу.
– Ран, ты куда? – пробормотала я. – Лучше вернись домой… Мы видели, тебя искали братья, и…
– Отстань, – на удивление жёстко ответила Ран. – Сама такое же чудовище…
Я вернулась в дом. Как во сне, будто всё это происходит не со мной. Керо ещё долго провожал Ран глазами, но тоже не решился уйти. Эри праздновала свой триумф.
– Никогда не любила этих фанатиков, – как ни в чём не бывало бросила она. – И с чего это они решили, что им лучше знать, должны жить ёкаи или нет?
Забрав тарелку с рыбой, она ушла в банную. Мы остались вдвоём.
– Ты можешь как-то отвлечь Эри? – прошептал Керо.
– Что? Зачем?
– Я… я пойду искать Ран. Этот лес опасен, там может случиться всё, что угодно…
– Я пойду с тобой, – сказала я. – В лесу нельзя в одиночку.
– Со мной? Т-ты… ты уверена?
– Да. Из нас двоих в темноте вижу только я.
– Ну… звучит вполне разумно…
Глава 15Деревня в воздухе
Мы выбрались тихо. Эри была слишком занята игрой на сямисэне, чтобы расслышать, как это случилось. Керо зажёг дорожный фонарь, напоминающий бледно-жёлтую луну, я закуталась в тёплую накидку. Узкая тропинка уходила дальше в лес. Пахло сыростью, мхом и подгнившей древесиной – а я, как дурочка, не обращая внимание на блуждающие между ветками огоньки, всё пыталась уловить этот слабый лисий запашок…
Сначала дорога казалась лёгкой. Мы шли прямо по следам, а когда они терялись, я просто принюхивалась – сладковатый цветочный запашок, пропитывающий одежды Ран, трудно было спутать с чем-то другим. Чаща становилась всё гуще и темнее, но волноваться не приходилось – в первый раз, что ли?
– Ты так беспокоишься о Ран, – хмыкнула я.
– Я? М-м… нет, просто… просто у меня такое ощущение, что я её когда-то видел. Как-то со стороны, может быть, но…
И вдруг – где-то вдали хрустнул снег. Затем ещё раз, и ещё. Я вытянула шкатулку. Кокоро молчала. Она ненадолго оживилась, когда мимо промелькнул блуждающий огонёк, но быстро забилась обратно к себе. Шаги тем временем ненадолго притихли.