Я почувствовала, как что-то тёплое капнуло на плечо. Ещё раз, и ещё. Повернув голову, разглядела, как по одежде расползается тёмное багровое пятно. Подняла глаза – потолок буквально почернел от пропитавшей его густой пахучей жижи, точь-в-точь напоминающей масло из праздничных кровавых фонарей. А я помнила, что сулила эта дрянь. Снова, снова горящий дом – что может быть хуже?!
– Наша милая Харуко только что очень миленько болтала с сыном даймё. Как там его? Ой, слушай, а я ведь даже имени не знаю. Так ведь и нужно, правда?..
– Харуко, зачем ты это делала?!
– А зачем вы сказали Эцуко, где находится гонг?!
Сора склонил голову набок. Кровь на мои плечи всё капала и капала, оттаявшие волосы намокали всё сильнее, тело пробивала дрожь. Такеши видел это, но ничего не решался сделать. Просто стоял, как столб, и туповато смотрел перед собой. Он боялся. Как и я.
– Ты проболталась – я воспользовался, – хмыкнул Сора. – Когда ещё выпадет такой шанс? И очень скоро и Эцуко, и даймё, и его ненаглядный сынок получат то, что заслужили. Те, кого замучило семейство Кацусима, жаждут мести. А ты, Харуко, этой жажде противишься. Хотя должна бы благодарить – в конце концов, только они поддерживают в тебе жизнь…
– Сора, я…
– Мерзавка! – Он резко выскочил вперёд. – Мерзавка, предательница, стерва!
Сора резко схватил меня за горло и одним рывком отбросил в сторону. Такеши пропал из виду. Сейчас для меня существовало только это чудовище, истекающее кровью. Кровь бежала по стенам, кровь просачивалась в щели между досками. Даже моя одежда – и та успела полностью пропитаться. Я вскрикнула и попыталась позвать на помощь, но мёртвая волна, которую обычно я спускала с цепи, отшвырнула меня к стенке.
И вдруг – прямо перед носом онрё выскочил Такеши. Он успел обернуться лисой, но лисой настолько большой, что размерами она бы запросто могла потягаться с собакой. И это создание закрывало меня собой. Берегло. Не давало в обиду. Сердце колотилось так быстро, что я уже с трудом соображала, что происходит. Мир вокруг замер.
Онрё тоже обернулся в лисью шкуру и громко фыркнул – лис ответил тем же. Сора отступил в сторону, намереваясь обойти, но Такеши оскалился и громко зарычал, не подпуская его ко мне. Его хвост вздыбился. Шкура его друга заметно почернела, и сам он стал двигаться плавнее, будто гипнотизируя – братец только разозлился и подскочил на месте. В ответ раздался похожий звук. Между друзьями завязалась самая настоящая ссора.
Я смотрела и пыталась понять, чего ждать. Сора принял человеческий облик. Его глаза горели кроваво-красным. Сейчас как никогда чувствовалась тесная связь между нами – и эта связь жгла меня изнутри. Такеши попятился, всё ещё пытаясь защитить, я прижалась к стене. Ударить врага его же оружием не могла, хотя хотела. Непростительно сильно.
– Ты была и будешь мерзким человечишкой, – прошипел Сора. В уголке его рта заалела свежая капелька крови. – Но ещё ты труп. Труп должен гнить в земле.
Один удар – и Такеши отлетел в сторону. Он громко заскулил от боли, я взвыла.
– Не трогай его! – закричала я. В отчаянии попробовала призвать хоть какую-то силу себе в помощь, но всё было напрасно – Сора пресёк попытку, приглушив нашу связь. – Пожалуйста… Он же твой друг…
Волосы Соры стали тяжелеть и мокнуть. И с них бежала кровь. Губы посинели. Торчащие из-под них клики окрасились в багровый, кожа слезла с рук. И это самой костлявой рукой с ошмётками мяса он вцепился мне прямо в глотку. В кожу вонзились острые когти. Я чувствовала всю эту ненависть, всю эту злобу…
– Ты полностью зависишь от меня, – прошептал онрё. – Не станет меня – ты сама превратишься в гору гнилого мяса.
Я схватила Сору за запястье, пытаясь ослабить хватку, но его кость как будто стала каменной. Ничего не получалась. Острые лисьи когти впивались всё больше.
– Т-Такеши… – прохрипела я. – Т-там Такеши, ему больно…
Такеши поднялся, но так и не смог встать на все четыре лапы – передняя оставалась как-то неестественно выгнутой, будто надломленной. Каждое движение доставляло ему боль. Сора стиснул мою шею ещё крепче. Дышать было невозможно – как тогда, в задымлённом доме. Картинка перед глазами поплыла, но очертание фигуры, увитой чёрными щупальцами, всё-таки сумела разглядеть. Сознание стремительно уходило. Даже слова слышались, как в бреду.
– Убивая её, ты наживаешь врагов, – донеслось где-то за спиной онрё. Ран, окутанная короной щупалец-волос, стояла в дверях. – Думаешь, её брат не обозлится?
Сора разжал хватку, и я рухнула на пол. Он подступился к Ран и бесцеремонно, плевав на все правила общения с благородной особой, уставился ей прямо в глаза. Я думала, что-нибудь скажет. Но вместо этого онрё лишь скрипнул зубами и, ловко извернувшись, подхватил на руки Такеши, хромающего ко мне. Лис закричал и попытался вырваться. Его приятель только усмехнулся – будто с собакой игрался! Ему было всё равно. Острые когти драли его кожу, зубы пытались откусить нос – и всё напрасно. Эту тварь сковали из стали. Из крови ни в чём не повинного господина Нобу, который просто хотел защитить других…
Ран осторожно подошла ко мне.
– Ты в порядке? – прошептала она.
– Да вот же! – усмехался Сора, держа Такеши под мышки так, чтобы он смотрел на меня. – Жива, видишь? Шевелится! Ты мне лучше свою лапу покажи, что там с ней?..
Лис зарычал и, вырвавшись, соскочил на пол. Он вскрикнул ещё раз, от боли во время приземления, но всё-таки смог до меня добраться. Потирая ушибленную шею, я поднялась и села. Ран предусмотрительно отступила – так, чтобы попасть под горячую лапу.
Я навострила лисий слух. Такеши заметил это и заговорил, всё ещё не решаясь до меня дотронуться. Как до трупа.
– Жива? – спросил братец, тихонько заскулив.
Его лапа чуть припухла и оставалась как-то неестественно скрюченной, как коряга.
– А твоя лапа? – прохрипела я, ответив кивком на его вопрос. – Что с ней? Я… могу посмотреть?
– Лучше уходи, – Он чуть сощурился и ощетинил тонкие длинные усы. – Уходи, здесь опасно.
– Что?.. Такеши, ты…
– Я провожу, – Сора схватил меня за руку и резко дёрнул вверх. Силы у него было столько, что он запросто мог бы меня порвать, как старое кимоно. – Милая предательница, пойдём-ка со мной. А ты, дорогая госпожа Ран из клана сумасшедших фанатиков, поищи заживляющий бинт.
Я чувствовала, что Сора что-то задумал. Он нарочно вёл меня под руку, жёстко и грубо – так, чтобы ясно показать, кто тут победил, а кто… опозорился. Меня он хотел именно опозорить.
– Надо было прибить тебя вместе с Нобу, – стиснув зубы, прошипел он. – Столько времени под ногами вертелась…
– Но ведь ты этого не сделал, – буркнула я. – Боялся разозлить Такеши? Боялся потерять такого союзника, да?
– Союзники бывают на войне, – Мы вышли в прихожую. – Мы не военные.
– Вы просто жаждите разрушений…
– Я жажду мести. Тем, из-за кого забили меня и моих братьев. Я доберусь до них, даже если придётся истребить весь город, ясно? И такая мелкая девчонка, как ты, мне не помешает.
– Уверен?
– Обряд мико по изгнанию онрё длится долго, – протянул Сора, до невозможного сжав мой локоть. – А когда он начнётся, я почувствую это сразу. С учётом того, что Такеши всегда находится рядом, у меня будет время, чтобы… забрать его с собой.
– Убьёшь?
– И не пожалею. Получается, умирать будем втроём.
Он вывел меня на мороз и толкнул, едва не спихнув на тропинку. Напоследок выдал ещё один трюк – показал мёртвые серые глаза. Лишний раз напомнил, как крепко мы связаны.
– Думаешь, я самое страшное чудовище? – усмехнулся он. – Скоро начнётся хякки-ягё. Вот тогда посмотришь на настоящих чудовищ.
– Дай мне хотя бы с Керо поговорить!
– Керо теперь со мной. Как и Ран – сама видела, как миленько она щебетала. Пока ты болтала со своим ненаглядным даймё, я о многом успел договориться. А теперь иди. Попробуешь вернуться – через эту дверь или другую, – я лично перегрызу тебе глотку. И на то, что там думает твой братец, мне будет уже плевать.
И вот, я осталась совсем одна. Пошла бы к Эри – да только бакэнэко ещё ночью покинула свой дом. До тэнгу далеко, закрыты Ран и Керо, Такеши… Я утёрла слёзы. Остановилась у сугроба, чтобы хотя бы с кожи стереть эту жуткую кровавую корку. Думала о том, чтобы снова накрапать послание Ясухиро, но быстро отбросила эти мысли – это было бы слишком стыдно. Вертелась тут перед твоими глазами какая-то девчонка, уговаривала что-то сделать, а потом прибегает вся в крови и о чём-то ещё просит. Позор. Я решила, что пойду в идзакаю, и вынесу все оставшиеся вещи из шкафа. Только вот идти через весь город…
И вдруг – я услышала голос. До боли знакомый, но оттого не менее жуткий. Этот знакомый голос заводил такой же знакомый мотив, и как будто лился сверху – прямо с неба, перетянутого хмурыми облаками. Я подняла глаза. На крыше одного из домов, балансируя на деревянных дощечках, замерла долговязая фигура. Длинные волосы спадали до самых дверей, острые коленки торчали в стороны, распростёртые крылья чуть подрагивали на ветру.
– Йеньяо?.. – пробормотала я. – Йеньяо!
Она на секунду остановилась и поприветствовала кивком. Только вот стоило лишь мне подступиться ближе, тэнгу тут же взмыла в воздух. Не улетела – лишь перескочила на соседний дом. Вытянула шею, снова затянула свою песню. Манила за собой. Я, недолго думая, рванула следом.
– Подожди! Йеньяо, остановись!
Тело болело. Ноги как будто не слушались и хотели повернуть назад – туда, к Такеши, домой!.. – но что-то подсказывало, что «домой» уже не будет. Никогда. Я потеряла всё, я всё упустила… По сравнению с её зовом поход в идзакаю казался весьма сомнительной затеей.
– Йеньяо, подожди! Куда ты меня ведёшь?
Она пела и перелетала с места на место. Поднималась, сопротивляясь бешеному ветру, размахивала руками, но не отвечала ни на один мой вопрос. Была слишком далеко, чтобы расслышать.