– Ты же понимаешь, что я права? – посмотрела в глубокие ревнивые сапфиры.
Ворчание вынужденного согласия.
– Тогда постарайся мне не мешать. Все равно Дэй одобрил.
– А Шэйтассс? – В голосе немного успокоившегося иссаэра прозвучала язвительная насмешка и даже предвкушение.
– Ниид не знает, я не успела ему объяснить… – потупилась, вспомнив, на что потратила отведенные минуты. Смешок, и меня еще сильнее прижали к себе, подарив поцелуй. – Но он умный и сам все поймет. К тому же я не собираюсь делать ничего «криминального» или нарушать ваши законы. Просто… я кое-что изменю…
Восьмого и двенадцатого лордов в сопровождении своих правящих ньеров я встретила, сидя в удобном мягком кресле, держа на руках белокурую дочь, в то время как иссаэр стоял за моей спиной, а Шалиссса находилась под защитой приставленных к ней ниидом раянок – Аллией и Иррной. Асста и Тара напряженно застыли рядом. Отныне, по новому контракту, заключенному с их желания, они отвечали не только за мою жизнь и безопасность наследников нитхов, но и, к моей радости, малышки иссаэры. Почему к радости? А потому что моя опочивальня и так была похожа на проходной двор. А к этим раянкам мне хотя бы не нужно было вновь привыкать, как, например, к новеньким из дома ниида. Старшие же мои эны на данный момент были под присмотром Наллы и Инды в детской, которая примыкала к моим личным покоям, как со-рин, и покоям третьего лорда – истинного ньера, куда из моей спальни вела дверь, сейчас охраняемая Фирой и Эрой, последней двойкой моих телохранительниц из шести. Лейшшшара Марисса и Саида отправили спать в комнаты его отца, в которые у меня тоже был выход. Так решили мои мужчины для своего и моего удобства, чтобы сразу пресечь конфликт, у кого я живу. А вот с кем из них я буду спать и кого по ночам греть, это уже нааганиты разберутся сами. Одного и сейчас из постели не выгонишь, а двум другим я все равно всегда была рада в любое время суток.
Так странно… трое, но и не отделить…
С любовью посмотрела на своих вошедших лордов, отметив по их глазам и едва заметным улыбкам, что мое отношение к себе заметили, и только потом перевела взгляд на Ингарра и Анасстана.
И что-то мне как-то поплохело. Причем что от одного хищника, что от другого. И если я еще могла понять жадный, застывший взор Анасстана в сторону Шалисссы, и его заострившиеся черты, и раздувающиеся ноздри, то взгляд Ингарра, обращенный на меня и Саффиру, которую я инстинктивно прижала к себе, защищая, просто поражал своим запредельным безумием от жажды двойного обладания – меня и моей дочери. Мамочки… и вот его я решила сделать своим союзником? Как?!! Вернее, каким способом?
Угрожающий рык Шэйтассса, обращенный к соправителям, заставил всех вздрогнуть: «Или кадд и нидд успокаивают свои инстинкты и он позволяет им с арри согласно договоренности познакомиться с будущими ши-ар и остаться на ужин в обществе со-рин Лены, или лорды сейчас же покидают Шиммор до тех пор, пока не научатся себя контролировать! Особенно это касается медного!»
Дэй супруга полностью поддержал, скользнув в мою сторону. Забрал из моих рук приветливо пискнувшую Саффиру, передав ее брату. Пересадил к себе на колени, обозначив для одного нааганита, кому принадлежу. И только потом, увидев, что гости немного пришли в себя, разрешил Анасстану первому приблизиться к креслу со своим нервно поглядывающим на будущих зятьев цветочком. Заметила вину в тигрино-змеиных глазах. Похоже, восьмой лорд и сам не ожидал, что потеряет самообладание, ведь рядом была его такая беззащитная и крошечная пара…
Как же я хотела точно такой же реакции и от мурены на моего белого ангела, но он пока смотрел только на меня. Вернее, на мою округлившуюся грудь и бедра, затянутые в черное с золотисто-зелеными узорами вечернее длинное платье. Еще и оранжевая лента языка… Бр-р-р… Но решимости во мне это не убавило.
– …Дэй, можно я сама? – шепотом спросила я после традиционных нааганитских приветствий от лордов, их извинений и пожеланий мне здоровья, как дарующей жизнь, зная, что нитх меня поймет, наблюдая, как Анасстан бережно и с благоговением принимает в свои сильные руки неожиданно притихшую Шалисссу под контролем тяжелых глаз самой «бездны».
– Уверена?
– Да.
– Ан, передай девочку Лене…
Я осторожно забрала у нахмурившегося иссаэра дочь, послав своему тревожащемуся зверю ободряющую улыбку, а потом, под недоумевающим пристальным взглядом ниида и удивленным от раянок, приблизилась к подозрительно прищурившемуся рыжеволосому нааганиту.
Подняв голову, встретилась с горящими рубинами, полными непонимания и в то же время заинтересованности. Жадный вдох. Чуть наклоненная голова и расплывающиеся в предвкушении змеиные губы. Двенадцатого лорда всегда радовала моя непредсказуемость…
– Ингарр, с разрешения моих ньеров я хотела бы лично вас кое с кем познакомить, а также немного поговорить, если вы не против, – начала я, искренне улыбнувшись нааганиту и делая к нему последний шаг, чтобы с доверием передать ему свое сокровище, уцепившее меня за выбившийся из прически локон… Вернее, попыталась, но, к моему ужасу, мои ноги запутались в длинном подоле платья, и я, качнувшись, чуть не рухнула на пол вместе с малышкой. Но, к счастью, мне этого не позволили. Нас с Саффирой мгновенно подхватили сильные руки медного и с непонятным шипением прижали к напряженному телу, не обращая внимания на обеспокоенный возглас от иссаэра и нарисовавшегося за спиной, злого как черт, мрачного ниида.
Ой… а вот такого я, честно, не планировала.
– С-с-спасибо, – выдохнула я, в попытке отстраниться от медноволосого.
– Отпус-с-сти ее. – Шэйтассс явно начал заводиться.
– Только пос-с-сле того, как узнаю, что за предс-с-ставление вы мне тут ус-с-строили. И ес-с-сли не ошибаюсь, у меня от твоего арри ес-с-сть разрешение на разговор с вашей со-рин, – раздраженно прошипел мурена, подхватывая меня с Саффирой на руки.
Пара шагов, тяжелое дыхание в макушку и область шеи, и я, уже свободная, сижу на мягком диване, а надо мной нависает двенадцатый лорд с моей малышкой на руках, которую я, по его желанию, беспрекословно отдала, бросив умоляющий взгляд на «бездну», прося его пока не вмешиваться.
Удостоилась долгого, внимательного прищура черных антрацитов, и меня, к моему облегчению, оставили «одну», многообещающе шепнув: «Позже поговорим, с-с-сладкая».
Аж передернуло от такого «поговорим».
Ингарр это заметил и немного смягчился. Видимо, понял, что я с ним не играла.
– И чего же ты от меня хочешь, птичка? Признаться честно, я удивлен. – По моим волосам, едва касаясь, провели рукой. – Обычно, когда я рядом, в твоем запахе слишком много страха и неприязни. А сегодня этого практически нет. Аромат прос-с-сто с ума сводит с-с-своей чистотой и сладос-с-стью. Что-то с-с-случилось? – На меня проницательно смотрел хамелеон, сбросивший маску мурены. Умный и по-хищному жестокий и все же не могущий скрыть своего желания: пальцы подрагивают, и глаза почти черные. Заострившиеся скулы… Но при этом, я заметила, как нааганит все больше и больше начал обращать внимания на малышку в своих руках, принюхиваясь не только ко мне, но и к ней… снова ко мне… к иссаэре… Тряхнул головой, словно прогоняя наваждение. Слегка расширенные зрачки и хмурая складка непонимания. Снова втянул в себя запах младенца, так остро пахнущего мной и молоком, а еще неповторимой сладостью новорожденной самочки его расы, которую инстинкты заставляют беречь и защищать даже больше, чем мальчиков. А если еще и вспомнить, кем она для него станет, учитывая, что со-рин старшего наследника после подаренной нами особой вакцины ждет энов, один из которых первая нидда, а в руках сейчас та, кто в будущем сможет исполнить любую твою мужскую фантазию…
Попыталась забрать у нааганита девочку: угрожающее рычание и непроизвольно ощеренные клыки…
– Ну вот вы и сделали свой выбор, Ингарр, – улыбнулась я, ничуть не испугавшись, зная, что никто меня не тронет. – Правда, она красавица? – Посмотрев на ошарашенного мужчину, склонившись, ласково погладила маленькое голенькое тельце по животику, услышав в ответ нежное воркование. – А теперь я хочу вам кое-что предложить, – взглянула прямо в потрясенные, и в то же время глубоко задумавшиеся темно-красные змеиные глаза.
– И что же это? – Хрипло.
– Свою дружбу и лояльность, мой лорд. И поверьте, через двадцать лет вы мне будете за это очень благодарны…
Долгий проницательный взгляд, а потом, к моей неожиданности, нааганит рассмеялся, непонятно чему качнув головой.
– Ты опасное существо, Лена, – услышала я сквозь затухающий смех, – так тонко сыграть на наших инстинктах и моем интересе. Восхищен. – Меня погладили по щеке и довольно спокойно передали малышку, которую я тут же с облегчением прижала к себе. – Значит, дружить? – Рубины лукаво блеснули, а чувственные пальцы, словно невзначай, провели по моим губам.
– Да.
– Знаеш-ш-шь, птичка, – мурлыкнули мне, чуть склонившись и обдав своим звериным запахом, – а я соглас-с-сен.
Выдохнула…
А дальше был ужин в обществе восьмого и двенадцатого лордов и моих ньеров, с дарением подарков от будущих зятьев, от которых я долго не могла прийти в себя. Ведь помимо множества футляров с дорогими украшениями, как принято у нааганитов для со-рин, Ингарр, с разрешения Дэйрашшша и вполне уже успокоившего свои собственнические инстинкты ниида (у которого я без обсуждения сидела на коленях), подарил мне самый настоящий двухместный боевой экан, способный не только погружаться в морские глубины, но и выходить на космическую орбиту Шиммора… Не знаю, чем мурена мотивировался, преподнося такой презент женщине, которая и шагу в их империи без разрешения ньера ступить не могла, не говоря уже о владении каким-либо имуществом или о полетах, но… Я на целых двадцать минут выпала из реальности, с восторгом разглядывая голографическое изображение серебристого красавца обтекаемой каплевидной формы, а потом внутреннее обустройство его салона и панель с мембраной управления, все время завороженно повторяя: