Почему мы не догадались до этого в Штатах? Правда, у пас там гораздо больше людей с отклонениями, чем в Лондоне. Кто знает, кому может попасться этот номер? Англия - более цивилизованная страна, чем Штаты. Во всяком случае, здесь маленькие мальчики с автоматами еще не догадались расстрелять всю школу.
Я посмотрела «Кошек» и, по дороге обратно в гостиницу, вдруг нашла определение недугу, мучившему меня с весны. Он был похож на облако, на призрачное ощущение, не позволяющее себя рассмотреть, но постоянно напоминающее о своем существовании. Он наполнял шепотом пустые комнаты за моей спиной, выдавал свое присутствие, шевеля занавески на моем окне, и прятался за моей беспомощностью найти ему имя.
В тот вечер я внезапно поняла, что это такое. Меня преследовало одиночество.
У меня были друзья. Я обросла знакомыми, которые могли прийти ко мне в гости, я пила с ними вино, играла в игры и разговаривала. У меня были приятели, с которыми я могла куда-нибудь пойти и протанцевать всю ночь до утра. Я оставалась одна, только когда хотела этого. В любой момент я могла найти себе компанию, если она была мне нужна.
Но с того дня, как ушел Луис, у меня не было единственного близкого мне человека, которому я тоже была бы дорога.
Я никогда не думала, что это для меня так важно. Мое подсознание явно придерживалось другого мнения. Город был населен парами, которые обнимались, целовались и счастливо смеялись. Стоило мне это заметить, как я перестала видеть что-либо, кроме них.
Лондон - идеальное место для фантазий о незнакомцах. Британские мужчины обладают потрясающим акцентом, сочетающим в себе культуру, интеллект и сексуальность. Я обожала их голоса. Представьте, как вы идете по улице и вдруг слышите позади себя такой мужской голос, что у вас по спине пробегают мурашки. Вы оборачиваетесь и видите перед собой крепенького лысеющего коротышку с сигаретой в зубах. Насколько я знаю, голос не имеет ничего общего с внешним видом человека.
Вернувшись в номер после мюзикла и вспомнив голоса, которые я слышала за этот вечер, я легла в постель. Лаская себя, я отчаянно хотела избавиться от одиночества.
Я вернулась в Бостон в яркий солнечный день. Было ужасно жарко, но кондиционер в такси не работал. Какая неожиданность! В Англии все предметы выполняли выделенные им функции. Если они ломались - их чинили, чтобы они продолжали нормально функционировать.
Добро пожаловать домой.
Мое одиночество лишь усилилось. Я стояла на весах, не веря своим глазам. Стрелка показывала, что у меня прибавилось полтора килофамма. Я попыталась представить себе, какой может быть жизнь, когда временное появление лишних килограммов не имеет никакого значения просто потому, что человек, с которым ты делишь свою жизнь, будет любить тебя независимо от твоего внешнего вида. Тогда твое благополучие, чувство собственного достоинства и образ жизни не будут зависеть от восприятия тебя случайными людьми, которые оценивают только твой экстерьер. Такое возможно лишь в том случае, если у тебя есть дом, где тебя любят и ждут.
Внезапно горячие слезы наполнили мои глаза. «Нет, я не буду плакать. Я не собираюсь становиться жалким посмешищем и рыдать всякий раз, когда почувствую себя одинокой. Кроме того, одной мне будет лучше».
С этой мыслью я наконец-то начала распаковывать вещи. Пока я работаю у Персика, мне следует оставаться одной. Представительницам моей профессии, которые хотят поддерживать личные отношения с каким-нибудь мужчиной, придется выбирать меньшее из двух зол. Они могут не говорить ему о том, кем работают, постоянно выворачиваясь и живя в страхе разоблачения. Или они скажут ему об этом, и тогда партнер может даже проявить удивительную гибкость и либерализм, но дальнейший разрыв станет лишь вопросом времени.
Я не могу осуждать мужчину, который откажется поддерживать отношения с женщиной в этой ситуации. Лично я знаю, как отношусь к своим клиентам. Секс с ними в моем представлении является обыкновенной профессиональной деятельностью. Занимаясь любовью с Луисом и обслуживая клиентов, я никогда не смешивала эти две стороны жизни. Можно сказать, что Луис любил Джен, а клиенты занимались сексом с Тиа. Я знаю, что этот пример выглядит несколько упрощенно, но тем не менее, это так.
Этот сложный выбор придется делать в самом начале отношений. Мне лучше будет подождать, пока в моем шкафу не останется скелетов. Вопрос только в том, наступит ли такое время, когда их у меня не будет? У каждого человека есть в жизни событие или поступок, которого он отчаянно стыдится. У всех есть свои грязные маленькие секреты, скрытые ложью и тщательно охраняемые от любопытных глаз. Так что можно сказать, что все шкафы заселены. Просто мой скелет чуть страшнее остальных. Мне было трудно представить себе счастливый исход такого разговора:
- Э, дорогой! Ты спрашивал меня, где я подрабатываю, так вот…
Как можно сказать любовнику о том, что ты - проститутка? Его это возбудит?
Сначала, может быть и так, но не надолго. В соответствии с вековым сценарием развития отношений мужчины и женщины он будет заниматься со мной любовью со всей страстью, на которую способен, но домой, знакомиться с мамой, он повезет совсем другую женщину. Таких, как я, замуж не берут.
Дело закончится тем, что он, подобно моим клиентам, будет фантазировать обо мне, занимаясь любовью со своей уставшей равнодушной женой.
Да, я готовила себя к худшему. Но даже представляя себе такой сценарий развития событий, я хотела узнать, как все будет на самом деле. Мне был нужен близкий человек. Я больше не хотела оставаться одна.
В конце концов, я поняла, что даже самое детальное и тщательное планирование может оказаться неэффективным. Когда я познакомилась со своим мужем, Тони, он знал, что у меня была знакомая, управляющая собственной службой эскорта, и мне известны женщины, которые у нее работали. Он не только не возражал против моих знакомых, ни даже не проявлял к ним никакого интереса.
Я выбрала ложь. Я стала скрывать свой скелет, стараясь закрывать его в шкафу как можно плотнее. Мне нужен был этот мужчина. Потом, мы же говорим о периоде жизни длиной только в три года. Что в этом особенного? У меня все вполне могло получиться.
Правда, иногда я проговаривалась. Однажды я сказала что-то вроде: «Это было еще тогда, когда я работала у Персика», - но мне удалось исправить ситуацию, объяснив Тони, что время от времени Персик просила меня подвезти кого-нибудь из ее девочек. Я действительно один или два раза делала это для Персика, когда кто-то из ее водителей был занят, и Тони мне поверил.
У меня могло все получиться. Я могла и дальше хранить свой секрет, поддерживать легенду и отрицать прошлое. Но случилось так, что однажды вечером я не сумела спрятать свой скелет, потому что, пока меня не было рядом. Тони сам открыл тайную дверь.
Тогда мы жили вместе, но еще не были женаты. К тому времени я уже два года не работала у Персика. Я даже не вспоминала об этом, если не читала лекции на тему истории и социологии проституции. На занятиях я не переставала изумляться тому, как люди отчаянно не хотят расставаться со старыми, выношенными клише. Слово «унизительно» употреблялось в дискуссиях чаще остальных. Тогда я задумалась о том, что мне стоило бы написать книгу о настоящем мире девочек по вызову, чтобы расставить все по своим местам.
Тони первым узнал о моей идее.
- Я уже несколько лет знакома с Персиком и наблюдаю за ее работой. Она может снабдить меня самыми разнообразными историями, а я их запишу! - сказала я ему.
Тони меня поддержал. Он всегда меня поддерживал. Однако для того чтобы принять окончательное решение, мне было недостаточно мнения моего мужа, который к тому же не обладал полной информацией. Когда я назвала Сэта единственным человеком, знавшим об обеих сторонах моей жизни, я была не точна. Несколько месяцев спустя после того ужасного вечера в «Ритц-Карлтон», я была в баре со своим другом Роджером и внезапно решила все ему рассказать. Роджер был голубым и едва ли стал бы выкладывать деньги на стойку бара и расстегивать передо мной штаны. В ответ на мое признание он спокойно сказал, что в этом нет ничего особенного и он сам подумывал этим заняться. Обменявшись этими репликами, мы спокойно продолжили свою беседу.
Роджер переехал, и мы поддерживали связь по электронной почте. Размышляя о том, стоит ли мне писать книгу, я хотела узнать мнение близкого мне человека. Кого я могла об этом спросить? Только не Персика, потому что она пришла бы в ужас и сделала все, что в ее силах, чтобы отвратить меня от этой мысли. И не Сэта, потому что он побоялся бы появиться на страницах этой книги. Впрочем, его страх нельзя было назвать беспочвенным.
Итак, я написала Роджеру в Ки-Уэст и спросила его, что он думает о моей затее.
Она ему понравилась, и он сообщил, что обязательно купит эту книгу, как только она выйдет. А еще он только что познакомился с одним восхитительным мужчиной и очень хочет мне об этом рассказать…
Я пошла в кровать, а Тони не спалось. Мое письмо было раскрыто на «рабочем столе», и он не мог на него не наткнуться, когда сел к компьютеру, чтобы разложить пасьянс. Я не слышала ни единого звука, предупреждающего о том, что происходит в нескольких метрах от меня, и у меня не появилось никаких предчувствий. Я спала, а дверь секретного шкафа открылась без единого скрипа.
Кто знает, может, мне и стоило самой открыть ее задолго до этого вечера. Наверное, так было бы честнее и справедливее, во всяком случае, добрее по отношению к Тони. Я лишь могу себе представить, что он испытывал, читая это письмо, думая о том, какие еще тайны я могу от него скрывать у и в чем еще его обманывать.
Нет, я не должна этого говорить. Такое невозможно представить. Это был настоящий ад.
Мы его пережили. В конечном итоге мы пришли к выводу, что являемся идеальной парой. Я не хочу показаться излишне сентиментальной, но мы любили друг друга достаточно сильно, чтобы найти в себе силы пройти это испытание. Так исчез мой скелет.