Но ничего не поделать, ЧП в одном из отелей, пришлось сорваться и разгребать последствия. Три недели в никуда. Чудом не поувольнял половину сотрудников на местах, нас Lozovsky comp. итак теснит на рынке, а они еще косячат.
Не успел сесть в такси, как зазвонил телефон.
– Матвей Васильевич, вы просили сразу сообщить. Владелец помещения в центре, которым вы интересовались, выставил его на продажу. На сайте недвижимости оно пока на проверке, но у меня там друг модер, я попросил свистнуть как-что.
“Значит, не справилась,” – выдохнул и помассировал висок пальцем. Не помогло, в голове как будто поселился дятел, противный и назойливый. В такие моменты начинаешь скучать по тараканам, они хотя бы танцуют и веселятся на полную катушку, а не задалбывают.
– Хорошо, свяжись с ними. Прогни по цене немного и забирай, но сразу. Можешь никуда не ездить, помещение я уже видел, оно мне подходит. Сделку проводим максимально быстро. Никаких конкурентов быть не должно, ты меня понял? Завтра утром доложишь.
– Ок, все сделаю.
– Жду звонка.
Отключился первым.
Домой и спать, хотя бы пытаться спать. Успеть проскочить до того, как Василиса узнает, что я вернулся и снова начнет полировать мозг свадьбой.
***
– Матвей!
Стоило открыть дверь квартиры, как Василиса, вырядившаяся в мою рубашку, вскочила с дивана и рванула ко мне. Повисла, как обезьянка, едва успел поймать.
– Что ты здесь делаешь? – коротко поцеловал и отпустил девушку.
Не проскочил. Очередная попытка поспать с треском провалилась.
– Я соскучилась, любимый, – тут же снова прижалась, обхватив руками шею. – Мы за три недели даже не поговорили нормально ни разу. До тебя не дозвониться.
– У нас там перебои с оборудованием, ни интернета, ни связи толком. Ты же знаешь, – второй раз попытался отцепить от себя дражайшую невестушку.
– Мог бы мне по телефону позвонить, – наигранно надула пухлые губки, накрашенные розовым блеском с ароматом клубники, и повела плечиками.
Она реально думает, что это мило? Так может решить только извращенец. Нет, ну это невозможно. С силой отцепил от себя ее руки и отодвинул.
– Извини, но сейчас я очень хочу остаться один и выспаться. И, на будущее, никогда не трогай мои рубашки! Ни-ког-да! Понятно? – последнее слово почти выкрикнул.
Снова надулись губы и голубые глаза заблестели от слез. Поздравляю, Мэт, ты – козел. Теперь понятно, почему голова болит – это рога режутся. Давно пора прекратить этот фарс. Ты не сможешь жить с этой девушкой, просто сойдешь с ума.
– Ты…ты совсем меня не любишь! – пискнула Васька, демонстративно развернулась и убежала в сторону спальни.
“Я совсем тебя не люблю,” – согласился мысленно и свернул в сторону двери смежной квартиры.
Спать. Потом все остальное.
***
Но не тут-то было. Половина сестры встретила меня ароматом любимой шарлотки с яблоками и зеленого чая с какими-то травками. Я не различаю, зато Анька разбирается прекрасно.
Яркие стены гостиной, расписанные в стиле граффити, чуть рябили. Но я давно привык, что гостиная сестры больше похожа на смесь ночного клуба и подворотни из фильма “Уличные танцы”. Сверкающий шар под потолком, диван раскраски под белого тигра, ярко-желтый ковер и бордовая кухонная зона. Там, за стойкой, и восседала моя сестра с самым довольным видом.
– Привет, панда! Сбежал от своей “мисс нефтяные вышки”?
Анька хмыкнула и налила кипяток в заранее приготовленную вторую чашку. Шарлотка пахла так притягательно, что в полусне добрел до кухни, скинул на диван пальто и плюхнулся на высокий барный стул. Под нос тут же пододвинули тарелку с приличным куском.
– Анчик, ты знаешь, что самая лучшая? – пропел и с удовольствием откусил сразу половину. Больше, чем по сну, я соскучился по домашней кухне.
– А то! – сестра довольно улыбалась. – Говорила я твоей дурочке, что встречать надо с чаем и вкусняшками. А она мне: “Я лучше знаю! Будет эротический сюрприз!”. Это ты от него сбежал? – хохотнула Анька.
– От всего сбежал, – проглотил, наконец, остатки куска и с удивлением посмотрел на пустую тарелку. Это я что, за пару минут все сожрал? Вздохнул и устало отпил чай.
– Когда ты ей скажешь? – сестра постучала ложечкой по столешнице, привлекая мое внимание.
– Что скажу? – глотнул еще немного ароматного чая. Как же хорошо, даже голова стала болеть меньше.
– Что свадьба отменяется, а ты по уши влюблен в другую женщину. И, заметь, я твой выбор одобряю. Лариса очень крутая, на ее занятиях у меня даже получается танцевать.
Поперхнулся чаем и расплескал часть напитка по стойке, за что тут же получил в лицо вафельным полотенцем ужасающе-яркого зеленого цвета.
– Вытирай теперь, – самодовольно хмыкнула сестра. – Ты серьезно думаешь, что я тогда бокалы полчаса мыла?
– Ког…, – начал было, но осекся. Безумные недели рабочего запоя, я всегда погружался в него с головой и напрочь забывал об остальном. Так было в универе с учебой и теперь, во взрослой жизни, с работой.
Вспомнил. Три недели назад, вот почему Анька так понимающе смотрела и отпустила, хоть на двадцать пять минут. И, черт возьми, после объяснения я ни разу так и не позвонил Ларисе. Придурок!
Не осознавая, что делаю, рванул к пальто и принялся искать по карманам мобильник. Это ж надо так накосячить? И Лариса хороша, сама ни разу не позвонила!
– Стоп! Стоп, – смеясь, Анька выхватила у меня телефон. – У нее сейчас встреча в банке. Позвонишь через час.
– Или лучше вообще не звонить? – проворчал я, стукая себя по лбу. – Анька, я облажался по полной.
– Ей все равно не до тебя. Проблемы со студией, кредит не дают.
– Проблем уже нет, я выкуплю студию. Мой человек уже связался с этим козлом, прости, с Сергеем, – отмахнулся от сестры.
– Ты бы не студию выкупал, а свадьбу отменил. Лариса не тот человек, которого можно купить подарками. На это только такие дурочки, как ”мисс нефтяные вышки” ведутся.
– Ненавижу, когда ты права, – проворчал недовольно и обнял в ответ, повисшую на шее Аньку.
– Я тоже тебя люблю братик. Хоть иногда ты и полный засранец!
Лариса
Я могу ненавидеть Матвея Власова сколько угодно, но я по уши влюблена в его подарок. Впервые в жизни новые туфли не натирали мозоли, а набойки звучали так звонко, что хотелось ударять снова и снова. И я не стала вбивать в поисковик имя мастера, найденное на карточке внутри коробки.
Это был лучший подарок в моей жизни от худшего мужчины, который почему-то все чаще появлялся в моих мыслях.
– Лара, ты себя убьешь, – тоненькая фигурка Аси протиснулась в приоткрытую дверь. – Но это прекрасно.
– Сколько времени? – удивленно посмотрела на подругу и откинула с лица выбившуюся из прически прядь. – У тебя же в семь группа.
– Половина седьмого, – хихикнула Ася. – Так что выметайся из балетного зала. Судя по танцу, кредит не дали, – подруга стала серьезной за долю секунды.
– Да. Поэтому сегодня после занятий в бар и никаких отговорок.
Мне нужно немного погоревать и залить в себя алкоголь.
Подруга посмотрела на меня задумчиво. Ох, у Асии, кажется, что-то случилось. Но как из нее вытянуть? Она всегда очень замкнутая и делится своими проблемами с большой неохотой. И чем серьезнее проблема, тем сложнее разговорить подругу. Когда у нее умер дедушка, мы узнали об этом через неделю, а в ответ на возмущения получили: “Это мои проблемы, зачем вам настроение портить?”.
– Ага, наверное, получится, – кивнула балерина и потеребила в руках мобильник.
– Все нормально, Ась?
– Да, – рассеянно. – Иди в душ. У меня детишки скоро начнут собираться.
– Иду-иду. Между прочим, я пока еще тут директор. Нечего меня прогонять, – проворчала скорее по привычке и отправилась смывать с себя вышедшее с потом напряжение.
Мысль о том, что совсем скоро мне придется покинуть студию, которую мы отделывали с нуля, сжимала изнутри горечью. Я хорошо помню, как будто это было вчера, как мы с Сергеем вошли в этот полуподвальчик. Раньше здесь размещался офис какой-то компьютерной конторы, но ребята переехали и выставили ненужную недвижимость на продажу. Мы рушили стены, меняли полы и проводили коммуникации для душевой. За несколько месяцев типовой офис превратился в уютную студию, которую я знала от и до. Каждый гвоздь в стене, каждую дверную ручку и скол на стекле. Всё это хранило воспоминания, счастливые воспоминания о моей прошлой жизни. Странно, кажется, с квартирой их связано меньше…
Вся жизнь была здесь среди музыки, движений и людей.
***
– Я ему позвоню! – бахнула тяжелой стеклянной кружкой по столу.
Три пинты темного пива пробудили во мне какую-то нездоровую смелость. Идиотские идеи проснулись на первых глотках четвертой и ко дну бокала перешли в стадию реализации. Мир слегка пошатывался, сказалось отсутствие нормального обеда, а на одних сырных палочках далеко не уедешь.
– Ларик, не будем рубить с плеча, – Лизон вырвала из моих рук мобильник. – Историю с грехопадением Ларисы Антиповой мы уже проходили. Ты не падаешь!
– Аха, нас бьют, а мы крепчаем, – глупо хохотнула и засунула в рот остывшую сырную палочку.
– Кажется, нам пора домой, – Асия сегодня была трезвой и нервной. – Вызвать такси?
– Стоять! – отобрала у нее мобильник. Ну у меня же его сперли, значит, надо ответить тем же. – Колись, подружка, что случилось? Ты весь день, как на иголках.
– Ну…меня пригласили танцевать в Большом. Уезжаю после Нового года, – почему-то виновато посмотрела на нас Асия.
Я знаю причину. Давным-давно, когда мы вместе занимались балетом, каждая из нас мечтала танцевать в Большом. Сейчас Асия в шаге от нашей заветной мечты.
– Да ты гонишь, – выдохнула Лиза и через секунду кинулась обнимать подругу. – Поздравляю, Аська. Должны быть в мире хорошие новости! И чего молчала?
– У Лары все так напряженно, какой праздник, – тихо протянула подруга.
– С ума сошла? – я тоже полезла обниматься – Ура! Наши в Большом! За это надо выпить!