Хотелось сказать об этом. Но Вадим был уверен, что результат прозвучит не так четко, как у него в голове, а слишком сентиментально. И он молчал.
Зазвонил телефон; на экране отразился номер Вики.
– Не снимай, – посоветовал Андрей.
– Почему?
– Потому что она захочет быть здесь, а это нам не нужно. Ни Вика, ни Марк не смогут сейчас вести себя правильно, они слишком привязаны к Еве.
– Может, она что-то важное выяснила!
– Она не могла выяснить ничего такого, чего не знали бы мы. Позвонишь ей, когда уже найдем Еву.
Может, такая логика и была несколько жестокой по отношению к Вике, но сейчас она казалась Вадиму правильной.
Дорога, ведущая к свалке, пустовала. Первое время окна были открыты, и Вадим издалека почувствовал специфический запах, наполняющий воздух. Какая концентрация была на месте – и думать не хотелось! Он порадовался, что они догадались остановиться у магазина и купить маски-респираторы, которыми обычно пользуются маляры. Вот только, насколько их хватит в таких условиях, Вадим не знал. Так что лучше не задерживаться!
– Сдается мне, тут воняет сильнее, чем должно, – отметил начальник охраны.
– Это намеренное действие наверняка.
– Обычно такие действия кого-то отпугивают, а экологов, наоборот, привлекают!
– Не думаю, что в этих местах их так много. А тех, что есть, можно заставить замолчать… разными способами.
Пока они добирались до свалки, окончательно стемнело. Фонарей здесь не было и в помине, приходилось полагаться только на фары. Это делало их уязвимыми: если Лермонтов наблюдает за дорогой, то заметит их издалека. Однако тут уж Вадим ничего не мог изменить.
Наконец впереди показались холмы. В темноте невозможно было распознать, что это мусор, хотя вонь пробиралась и в наглухо закрытую машину. Ландшафт этих мест казался несколько инопланетным: горы разного размера, окруженные вековыми деревьями, одинокая башня смотровой вышки, непонятно зачем здесь установленная, и над всем этим – луна.
На гнетущем фоне мусорных холмов резко выделялась новенькая серебристая «Ауди», припаркованная у тронутых ржавчиной ворот. У машины был московский номер.
– Что и требовалось доказать, – усмехнулся Андрей. – Примчался. Они всегда охраняют жертву.
Вадим невольно вспомнил несуразную фигуру Арсения, его злобный маслянистый взгляд и вечно поджатые губы.
– До сих пор не могу поверить, что это он! Скорее всего, Агния была права по поводу раздвоения личности!
– Не будь так уверен. То, что он хочет нам показать, и то, чем является на самом деле, – часто разные вещи. Тут и одной личности с лихвой хватит!
– Ну… Раньше меня умение разбираться в людях так кардинально не подводило!
Они остановились за «Ауди», лишая автомобиль возможности выехать. Вадим сомневался, что эта мера предосторожности себя оправдает: если Лермонтов тот самый убийца, то он будет защищать свое убежище, а не бежать из него.
Ворота, ведущие на свалку, были перемотаны цепью, скрепленной замком. Когда Андрей начал возиться с отмычками, Вадим предложил:
– Хочешь, прострелю цепь? Быстрее будет!
– Не нужно. Еще есть шанс, что наше приближение замечено не было. Да и вообще, стреляй тут осторожнее. Многие из газов, заполняющих это место, могут оказаться горючими.
Маски спасали, но даже сквозь них можно было почувствовать, насколько отравленный здесь воздух. От концентрированной вони жгло глаза. Более мерзкое место и придумать сложно! А для кого-то оно становилось последним, что они видели в жизни…
«Не стоит об этом думать, – мысленно упрекнул себя Вадим. – Старею…»
Замок поддался довольно быстро. Он в отличие от ворот заржавевшим не был, чувствовалось, что его регулярно открывали. Проникнув на огороженную территорию, Вадим и Андрей оказались перед широкой дорогой, по которой легко мог проехать грузовик. Причем грязи, тошнотворно липкой, вязкой, на этой дороге хватало. Именно она и осталась на шинах автомобиля Арсения.
Вот только как этот человек сумел все провернуть по срокам? Похитить Еву, отвезти ее сюда, вернуться домой, почистить автомобиль… Даже если учитывать, что какие-то действия он мог поручить подчиненным, скорость феноменальная!
Так что его образ напыщенного павлина безопасность не гарантирует. Раз он делает то, чего они не понимают, он опасен!
Постройку, расположенную практически в центре свалки, они нашли без труда. Это был маленький одноэтажный домик с плоской крышей. Перед ним находилась просторная площадка, на которой могли разворачиваться грузовики.
А на площадке стоял еще один автомобиль. Черный «Форд», старый и очень грязный. Из-за этой грязи невозможно было сказать, когда его здесь оставили и как часто пользовались.
– Это что, запасная у него такая? – Вадим указал на черную машину.
– Нет. Посмотри на землю под шинами: раз дождь не успел смыть следы, то этот «Форд» выезжал отсюда в течение недели.
– Думаешь, у Арсения есть сообщник?
– Или так, или он пересаживался на эту машину возле своего загородного дома. Пока не знаю.
– Зачем ему такие сложности?
– Чтобы не светить здесь принадлежащие ему автомобили, – пояснил Андрей. – Уверен, эта машина зарегистрирована не на него, если вообще зарегистрирована.
Из дома не доносилось ни звука, но это вообще ничего не значило. Ева не кричала бы даже в тех обстоятельствах, где другие девушки изошли бы криком. Небольшие окошки оставались темными, свет нигде не включили. Получается, Арсений затаился? Или намеренно привел их не туда, где спрятал девушку?
Вскрыть замок главной двери оказалось просто, но на этом их удача исчерпала себя. Как только они сделали первый шаг внутрь, взвыла сирена. Да еще какая! Звук был настолько оглушающим, что из-за него даже Вадим потерял ориентацию в пространстве; о том, что ощущает чуткий Андрей с его обостренным слухом, и думать не хотелось.
Вот почему замок был настолько плох! Убийца не видел смысла устанавливать нечто посложнее, потому что в конечном итоге вскрыть можно все. А эта простота… она расслабляет, поэтому звуковой сигнал имеет больший эффект.
В темноте и в этом шуме Вадим понятия не имел, как поступить. А вот Андрей как раз не растерялся. Через пару секунд звук оборвался, и Вадим обнаружил своего спутника стоящим возле дверной рамы, рядом с перерезанными проводами.
– Как ты узнал, что эта штука находится там? – поразился Вадим.
– Не первая сигналка в моей жизни. В Цирке и не такому учили!
Одно дело – вспомнить, чему учили, другое – проделать все это при недостатке света. Но выразить свое восхищение по этому поводу у Вадима не получилось; по ним начали стрелять.
Стреляли из-за угла и совершенно неметко. Пуля попала в стену, далеко от обоих мужчин, но оставила впечатляющего размера дыру в штукатурке. А значит, калибр немаленький!
Андрей и Вадим вынуждены были отступить, укрывшись за старым «Фордом». Вадим достал пистолет, его спутник – нож. Его нелюбовь в огнестрельному оружию была начальнику охраны известна, но в данном случае он находил ее раздражающей. Что он может сделать этой своей зубочисткой?!
Арсений не заставил себя долго ждать. Он, вооруженный ружьем, выскочил из постройки и для убедительности выстрелил в воздух. Мужчина выглядел так нелепо, как и следовало ожидать: костюм делового кроя, расшитый белыми пайетками, остроносые ботинки, судя по блеску, какие-то браслеты на руках, хотя в темноте толком не разглядишь.
Он по-прежнему вел себя не как хладнокровный убийца. Его истинный образ упорно не сходился с тем образом, который вырисовывался на картине преступления. Это смущало Вадима, а он понимал, что при таких преступлениях путаницы быть не должно.
– Убирайтесь! – крикнул Арсений. – Я буду стрелять! Это частная территория!
– Мы из полиции!
– Откуда мне знать? Что-то я не вижу здесь полицейской машины!
– Не уймешься – будет, и не одна! Прекрати придуриваться, ты уже узнал мой голос! Положи ружье, придурок, и поговорим спокойно!
– Я не собираюсь ни с кем говорить!
Да и расставаться с ружьем он тоже не собирался. Арсений развернулся и кинулся прочь: не на главную дорогу, где его могли бы легко перехватить, а куда-то в холмы.
– Я за ним, – сказал Вадим. – Ты освободи Еву. Встречаемся у машины.
– Понял!
У Вадима все еще не было уверенности, что здесь отсутствует подвох. Так ведь и Андрей – не беспомощный новичок. Он прекрасно знает, как себя вести и кого опасаться. А если попытаешься усидеть на двух стульях, свалишься с обоих, поэтому Вадим полностью сосредоточился на преследовании.
Создавалось впечатление, что Арсений не совсем понимает, что делает. Он неловко карабкался по холмам, спотыкался и падал. Никакой маски у него на лице не было, поэтому он уже кашлял и задыхался. Он развернулся, чтобы выстрелить, но обнаружил, что патронов в стволе нет. Тогда Арсений попытался перезарядить ружье; его движения были напрочь лишены сноровки. Как будто он впервые взял в руки оружие! Патроны посыпались у него из рук. Чертыхнувшись, он принялся собирать их…
Вадим использовал этот момент, чтобы напасть. Он сбил Арсения с ног, оба покатились вниз, по склону холма. Но там, где их падение должно было закончиться, оно лишь ускорилось: под слоем мусора скрывалась внушительных размеров яма.
Ловушка! Такая, какую делают при охоте на диких зверей. Похоже, убийца предусмотрел, что однажды за ним могут прийти…
Падение было резким и болезненным. При ударе Вадим отпустил Арсения, но тот и не пытался выбраться. Он был в гораздо худшем состоянии, чем его противник, из-за того что не мог нормально дышать. Поэтому, оставив его корчиться на земле, Вадим встал и осмотрелся.
Яма была глубокой. Метра четыре, не меньше, а дальше – звездное небо и возвышающиеся со всех сторон холмы. Карабкаться по краям не получится, это приведет к обрушению, они похоронят себя заживо! А кричать бесполезно, груды мусора блокируют любой звук… Да и не бывает случайных прохожих в этих местах!