Интересно, станет ли Бог Моря отрицать мои слова? Его брови нахмурились, а утонченные черты лица скривились под натиском искреннего беспокойства.
– Но ты умрешь, Мина. Ты станешь духом.
– Я не позволю этому случиться. – Я улыбнулась, чтобы успокоить его. – Ты должен быть сильным еще немного. Сможешь сделать это для меня?
– Я… да. Думаю, я смогу.
Я отвернулась от него и со всех ног помчалась к двери за троном, вниз по каменным ступеням и прямиком в сад. Боль полностью ушла, но я знала, что скоро все равно стану духом. И, несмотря на то что мне было страшно, во мне зарождалась надежда.
Мне хотелось рассказать все Шину – что мне очень жаль, что бросила его. Все то время я была уверена, что это единственный верный выбор, который я могла сделать. Но я ошибалась. Выбор есть всегда.
Я хочу сказать Шину, что выбираю его – всегда его.
Я бежала через сад и ручей, а также неслась через деревья, сквозь которые пробивался оранжевый отблеск заката. Далее прошла мимо луга и через мост к холму, откуда виднелся павильон. Там стоял Шин.
Не следуй за судьбой, Мина. Пускай судьба следует за тобой.
33
Шин ждал меня внутри павильона рядом с «Прудом бумажных корабликов». Парень обернулся, когда я поднималась по ступеням; его глаза нашли мои.
– Ты поговорила с Богом Моря? – спросил Шин, посмотрев при этом на меня так, что мне стало трудно дышать.
– Да. И я точно знаю, что должна делать.
Взгляд Шина задержался на моей руке, а затем он перевел его в сторону пруда, но перед этим я заметила острую боль в чертах его лица. Сегодня ночью бумажные кораблики заполнили пруд, словно стая уток – как будто они в любой момент распахнут свои крылья и взлетят.
– Я не буду ни о чем просить тебя. Какое бы решение ты ни приняла, я буду считаться с ним. Если ты решишь выйти замуж за Бога Моря, значит, я буду защищать вас и присматривать за вами двоими. До конца своих дней. – Мое сердце наполнилось любовью к нему. До чего же он хороший, бескорыстный и добрый. – Но я не собирался сдерживать себя, когда дело дошло до того, что действительно имело значение… Потому что я знаю, уж ты бы точно никогда не стала сдерживать себя, будь это твои слова или действия. – Шин заулыбался, и мое сердце буквально перевернулось внутри. – Может, у меня и нет души, и Красной Нити Судьбы, но мне они и не нужны, чтобы признаться себе в том, что я люблю тебя.
– Шин, – отвечала ему я, затаив дыхание, – Красная Нить Судьбы исчезла.
Он покачал головой:
– Я не понимаю.
– Та, что связывала меня с Богом Моря. Я прижала свою руку к его. Если ты помнишь, то же самое я сделала и с тобой, когда наша судьба только сформировалась, хотя ты считал, это не сработает. Что ж, это сработало, – надменно добавила я. – Как я и предполагала, потому что я не люблю его. Я люблю тебя и сама выбираю свою судьбу.
Я наклонилась вперед, удерживая Шина за плечи, чтобы сохранить равновесие, после чего поцеловала его губы. Далее я отступила на шаг, покраснев, но тем не менее я была полна решимости встретиться с ним взглядом. В конце концов, он сам сказал, что я не из тех, кто стал бы сдерживаться. Шин быстро пришел в себя. Он взял мою руку и начал тянуть назад, пока я не оказалась в его объятиях, после чего поцеловал меня. Его сердце бешено забилось напротив моего. Я обнимала Шина за шею, решительно отвечая на каждый его поцелуй.
Когда мы отстранились друг от друга, я увидела в его глазах любовь, и от этого у меня перехватило дыхание.
– Лорд Журавль ошибся. Он сказал, что, как только Красная Нить Судьбы сформируется, ты узнаешь, как снять проклятие.
Когда я посмотрела на Шина, осознание добралось до меня:
– Не думаю, что он ошибался.
Шин слегка нахмурился:
– О чем ты?
– Я должна кое-что сделать, кое-куда сходить. Подождешь здесь? Ты доверяешь мне?
Поначалу Шин ничего не говорил; парень лишь смотрел на меня своими темными, словно море, глазами. А затем он улыбнулся, слегка изогнув губы, и ответил:
– Всей своей душой.
Я побежала обратно через сад, зал, дворы и вниз по большим ступеням. Бога Моря нигде не было видно. Сердце бешено билось в моей груди. Я чувствовала, что все ответы на мои вопросы находились совсем близко, – стоило только руку протянуть.
Далее я свернула в переулок, где видела Богиню Луны и Памяти в последний раз; ее алтарь спрятан в углу. В чаше у доски не было никаких подношений, поэтому я положила кинжал моей прапрабабушки в самый центр. Затем схватила камень и ударила им об огненный камень, создав искру, которую поймала листом бумаги. После чего я подняла камень вверх, чтобы зажечь ароматические палочки.
Я отступила и прошептала молитву. Как только я открыла глаза, то заметила рядом с собой Богиню Луны и Памяти. Она смотрела на меня своими глазами со свечами, хотя, стоило отметить, сегодня они казались тусклыми.
– Ты меня не боишься? – поинтересовалась Богиня; она не сердилась, больше похоже на то, что ей было любопытно.
– Нет, – ровным голосом ответила я, и это чистая правда.
– Значит, ты ничего не боишься?
– Я боюсь лесов.
Она приподняла бровь и усмехнулась, обдумывая мое признание.
– Когда я была маленькой, я потерялась в лесу. Я следила за своим старшим братом, а когда увидела лису и начала преследовать ее, то заблудилась. Долгое время я не могла вспомнить то, как мне удалось вернуться обратно. Все, что я помнила, – то, насколько сильно мне было страшно, все деревья выглядели до боли незнакомыми в кромешной темноте.
Богиня прикрыла свои глаза, и я невольно задумалась, не переживала ли она сейчас это воспоминание вместе со мной.
– Я несколько часов сидела в слезах у корней дерева. Я так боялась, что меня никто не найдет и я навсегда останусь одна в темноте. Но потом увидела это – свет, проходящий через деревья. Белые лунные лучи скользили сквозь ветви, освещая тропинку в лесу. Домой меня привел лунный свет.
Богиня открыла глаза, чтобы взглянуть на меня; на этот раз свечи в ее глазах горели ярко.
– Моя бабушка всегда говорила мне, что, хотя солнце и приносит тепло и свет, будучи символом нашего великого императора, но именно луна охраняет женщин и ночь. Она – мать, которая защищает всех нас. – Я сделала ровный вдох. – Мы с тобой заключили сделку. Я поделилась с тобой частичкой души. Будет справедливо, если ты отдашь мне что-то взамен.
– И что же?
– Воспоминание. Покажи мне, что произошло сто лет назад на скале у моря. Покажи, что привело к тому, что Бог Моря потерял всякую надежду. Покажи, что случилось с императором моего народа.
Богиня вытащила из рукава очень старый бумажный кораблик, который буквально осыпался по краям в ее руках. Похоже, порыв ветра мог бы запросто разнести его. Богиня протянула кораблик мне.
Я подняла руку и коснулась его бумажных сторон.
Я снова на скале из сна Бога Моря. Но там, где он тогда стоял на краю обрыва, сейчас никого не было.
Здесь спокойно. Ветер резкий, но небо чистое. Солнце освещало сверкающее море там, где рыбацкие лодки выходили в утренние воды.
Я подошла ближе к краю, пытаясь разглядеть лица на лодках, когда земля подо мной начала дрожать, а камни падать со скалы прямиком в море. Батальон конных воинов приближался к холму. Во главе группы на великолепном боевом коне – Бог Моря.
Тем не менее что-то не так. Его золотые доспехи заляпаны грязью и полосами крови.
Один мужчина остановил свою лошадь рядом с Богом Моря. На нем грудной щит с печатью, на которой изображен восходящий тигр, обозначающий его звание генерала армии императора.
– Ваше Величество! – громко выкрикнул он. – Вы должны бежать, пока не стало слишком поздно.
Бог Моря снял шлем с головы. Знакомое мне выражение лица – когда он выглядел потерянным и обиженным – исчезло. Сейчас он выглядел… свирепым, как и подобало лидеру. Не сводя взгляда с генерала, парень роняет свой шлем на землю.
– Я не брошу своих людей. Я останусь и буду сражаться.
– Ваше Величество, – на этот раз генерал начал рычать, – вы должны жить. Вы больше, чем один человек. Вы – надежда нашего народа!
Бог Моря выглядел так, будто был готов спорить и дальше, но затем он разразился ругательствами и резко развернул свою лошадь.
Но уже слишком поздно. Небольшая группа мужчин довольно долго оставалась на открытом пространстве.
Враг начал взбираться на скалу, прижимая воинов к самому краю.
Завязавшаяся битва – кровавая и ужасная. Мужчины образовали кольцо вокруг Бога Моря, но тщетно – они падали один за другим. Вскоре остались лишь мальчик и его генерал.
Понимая, что их ожидает поражение, генерал ударил мечом по боку коня Бога Моря. Он вскрикнул и поскакал с места битвы прочь.
Во мне поселилась надежда, которая быстро исчезла, когда я увидела, как вражеский солдат поднимался с того места, где прятался за большим камнем все это время. Он поднес стрелу к луку и натянул тетиву.
Солдат выпустил стрелу; она полетела, изгибаясь в воздухе.
– Осторожно! – вскрикнула я, но, разумеется, меня никто не слышал и не видел, ведь это просто воспоминание о давних временах.
Стрела пронзила грудь Бога Моря. Он соскользнул с лошади и приземлился в нескольких метрах от края обрыва.
Враги отступали. Они выполнили то, что хотели. Это неизбежно – подобная рана смертельна.
Я бросилась к Богу Моря, мои руки парили над ним. Протяни я руку, все равно не смогла бы прикоснуться к нему. Нас разделяла сотня лет. Пропитанный кровью наконечник стрелы торчал из его спины; он умирал. Бог Моря смотрел в мою сторону, и на мгновение создалось ощущение, будто он видел меня. Но затем он отвернулся в поисках чего-то.
– Кто ты? – прошептал Бог Моря.
Я подняла голову. По другую сторону от него присел…
– Ш-Шин? – только и смогла произнести я. – Что ты здесь делаешь?
Он ничего не ответил. Как и Бог Моря, Шин меня не видел.