Судя по звуку, у зиндана одной стены точно не стало. Но вылезать и смотреть мне было лень. Тем более что, если я правильно все понимаю, это личная темница Заремы. И сюда, кроме ее лизоблюдов, никто не сунется.
Нанести урон врагу – милое дело. А вот выкосить половину обслуги свекрови – это небольшой перебор, который немедленно придется исправлять и зачищать всех.
Я все-таки ошиблась. Спустя какое-то время начальника подобрали и решетку задвинули. Но перед тем, злорадно хихикая, кинули мне вниз шевелящийся мешок, предварительно вытащив лестницу.
– Какая заботливая у меня свекровь! – порадовалась я, развязывая мешок и вытаскивая оттуда громадную песчаную эфу. – Но скупердяйка! Могла бы меня и королевскими кобрами побаловать, – сердито выговаривала я, выламывая у змеи ядовитые клыки и откручивая голову. С хрустом вгрызаясь в ее туловище, пробурчала: – Это же дешевка! Есть совсем не хочется! Под каждым барханом таких полно.
Змеи, к сожалению, скоро почти закончились. Тогда я придумала новую игру – я их ловила и связывала. Бантиком. Когда парные пресмыкающиеся закончились, я тех, кого не съела, стала лепить в один большой красивый шар, головами наружу. Получилось очень даже симпатично. Жаль, показать некому…
Но тут моя креативная (благодаря Веселому Дервишу словечко прицепилось) родственница решила подогреть мой интерес к происходящему и отдала команду выпустить на меня отборных крыс. Сама, что ли, откармливала? Вот, спрашивается, чего ж ей не спится по ночам? Все интриги плетет. Кустарщина! Я змей и то лучше сплела…
Крысы со мной дело иметь не захотели и кучковались у противоположной стены, заговорщически перепискиваясь с нотками паники.
– Смотрите, – похвасталась я, перекидывая с руки на руку ажурный змеиный клубок, – какой у меня шарик!
Уж не знаю, что им так не понравилось, но грызуны всем скопом полезли наверх, чтобы высказать свои претензии начальству.
– Мы так и не обсудили народное творчество! – надулась я и запулила свое творчество наружу.
Тех, кто караулил около решетки, стало меньше…
– Чем еще порадуете? – закричала я, подняв голову. – Есть какие-то более интересные варианты?
Оказалось, что есть! Зарема выпустила на арену против будущей невестки последний убойный аргумент – тигра-убийцу.
Животное выскочило на меня из поднятой в одной из стен замаскированной решетки. Я решила не отставать и выскочила на него. Чем я, в конце концов, хуже?
Мы сошлись грудь в грудь. Блеснули глазами и показали друг другу клыки. И тигр сбежал… устыдился, что груди нет? Так я бы на это внимание не обратила. Главное же что?.. Главное – компания!
– Все! – завопила я, разочарованная во всем белом свете. – Я вконец обижена! Пауков, скорпионов и тарантулов беру оптом! Можете на мне не экономить! Кидайте сюда побольше! Я с вечера голодная!
Наверху зашушукались, и на время все стихло.
Я послонялась по каменному мешку, потанцевала, звеня цепями вместо аккомпанемента, и заскучала.
Но Зарема не могла спать спокойно и измыслила еще одну мелкую пакость в крупных объемах. Меня начало топить.
Изо всех зарешеченных отверстий в стенах каменного колодца начала течь вода, прибывая с ужасающей быстротой. Мне не очень хотелось проверять возможность дыхания без дыхания. Поэтому, выпустив когти и пользуясь ими, словно кинжалами, я полезла наверх, по дороге вспоминая всех врагов.
Две тысячи ловушек ты расставил на моем пути,
И грозно повелел во тьме сквозь них пройти,
И говоришь мне, своему рабу:
«Оступишься – убью, убью, убью!» –
раздалось за моей спиной.
Я обернулась. Рядом плыл маленький лопоухий ослик с грустными глазами.
– Вы тут все в зиндан рухнули? – вытаращилась я на Веселого Дервиша, не забывая шустро перебирать руками и ногами.
Слава Творцу, спать я завалилась одетой в рубаху и шаровары из плотного хлопка! Так что ткань меня сейчас хоть и облепляла, зато не просвечивала. Дедушке уже поздно на такое смотреть, а ослику еще рано.
– Девушка с глазами цвета амариллиса… – торжественно начал старик.
Я сверкнула на него слегка злобным взглядом, осветив красноватым светом.
– Это я уже выучила, почтенный, – фыркнула я, дотягиваясь до решетки над головой. – Пофилософствуем или наружу полезем?..
– А что ждет тебя там? – пространно осведомился Веселый Дервиш, повисая рядом на руках и держа ослика ногами.
– Не знаю, – призналась я, осматривая поле деятельности или, вернее, ранний завтрак. – Но то, что тут, я уже видела. Мне не понравилось!
– Тогда иди навстречу…
Тут я вцепилась зубами в решетку и откусила приличный кусок.
– Вы что-то хотели сказать? – поинтересовалась я у нервно сглатывающей слюну парочки.
– Да нет, – спохватился старик. – Нам пора. Мы уже все сказали. Выход там! Всего доброго! – И исчез вместе с таким симпатичным упитанным осликом.
– Эти хоть попрощались, – пробурчала я, выедая себе путь наружу.
А снаружи меня никто не ждал.
Я подтянулась на руках, вылезла и пошла к себе через внушительный пролом в стене.
Так и пришла. Мокрая, злая, голодная, с железными браслетами на обеих лодыжках и двумя цепями через грудь крест-накрест, освещаемая тусклым светом масляных светильников.
А в покоях тем временем хрупкая Ширин держала круговую оборону, подперев дверь десятью нукерами и жестоко пытая щекоткой одиннадцатого, чтобы выяснить мое местонахождение.
Мужик уже плакал от смеха, но молчал. Потому что кто-то в запале забыл вытащить у него изо рта мои шаровары! И вояка их почти сжевал от счастья наконец-то попробовать настоящий тонкий шелк Срединного царства.
– Он тебе ничего не скажет, – мрачно сказала я, влезая через окно.
Все равно уже терять нечего, поскольку я распугала своим видом одну половину гарема. Во второй мне пугать было некого. Их пугал Ясир.
– Это что? – ткнула пальчиком в мои цепи рыжая, предварительно ощупав мою голову.
– Закуска, – еще мрачнее сказала я, исподбровья оглядывая одиннадцать нахлебников. Заложников вроде как полагалось регулярно кормить. А у меня столько шаровар не было! – И ничего, – фыркнула я. – Отказалась от остального угощения и вернулась сюда. И прекрати меня трогать!
– Не могу, – призналась Ширин, с трудом убирая от меня руки. – Ты мне дорога как память о хорошей жизни и возможности выйти замуж.
Я пожевала губу и решила промолчать. Сначала еда – потом болтовня! И, отвернувшись в углу, я деловито захрумкала печенюшками и плюшками из железа, столь любезно предоставленными мне будущей свекровью. Печеньица и плюшки были несвежими, проржавевшими и долго выдержанными. Уважающая себя хозяйка такую каменную сдобу дорогим гостям на стол не подает. Но что поделаешь, дорогим гостем я себя не ощущала, мама Агилара уважающей себя хозяйкой тоже не проявилась. Один-один.
– Давай мы сейчас обсудим… – начала мне говорить о чем-то подруга, пока я все так же меланхолично расправлялась с цепями.
Но выразить свою очень умную мысль ей не дали. Сдвинув в сторону десять нукеров, к нам, гремя железом, вошли двадцать четыре стражника. Самый главный из них сказал, храбро заикаясь в мою сторону:
– Г-г-госпожа Зарема хочет вас срочно видеть!
– Скажи г-г-г… Зареме, что сейчас не время! – взбеленилась Ширин, вставая уже на мою защиту.
Маленькая, встрепанная, в измятой ночной одежде, со сверкающими глазами, она все равно выглядела грозной воительницей древности. Еще трезубца и копья со щитом для полной картины не хватало.
– Да ладно, – махнула я на нее ладошкой. – Пойду схожу. Вдруг еще чем-то вкусным накормят. – Причмокнула: – Сто лет свеженькой кобры не пробовала!
Стражники сбледнули и попятились.
Глава 32
Не давайте возможности женщине выйти из себя. Она может выйти не одна…
До мамы меня не довели…
Выманив обманом наружу, запихали в железную клетку и обмотали ее цепями, злобно хихикая и радуясь своей находчивости.
– Это вам даром не пройдет, – сообщила я, еле сдерживаясь, чтобы не показать место, куда им нужно пройти и что следует посмотреть. Но начинать все же было бы правильно с Заремы.
И вообще, до возращения Агилара мне чем-то было нужно заниматься. Почему бы не попутешествовать?
Я знала, что Ширин и Саид позаботятся обо всем остальном и доложат Агилару о моей временной отлучке. Главное, оставить за собой след, по которому меня можно будет найти.
– Молчи, презренная! – прикрикнул на меня один из нукеров и показал плеть.
Такой я еще не видела и поэтому отобрала, чтобы посмотреть. Мужик оскорбился и начал топать ногами и требовать ее обратно. Я кокетничала, обмахиваясь плетью, и не отдавала. Тогда он показал мне саблю. Ее я тоже взяла. А чего не взять, если настойчиво предлагают, тыкая в разные места?
Остальным показалось обидно, что я взяла только у одного, и они тоже предложили мне свое оружие. Я извернулась, но никого не обидела! В результате сидела в запертой клетке, обмотанная цепями, на куче оружия всех сортов и размеров.
– Дочь шайтана! – ругались нукеры, скалились, но клетку открывать не стали.
Понадеялись, что заберут свое добро обратно, когда меня оттуда вытащат. Напротив, набросили на клетку кожаную накидку, скрывая мой светлый лик ото всех.
Тут уже обиделась я и покромсала кожу на ленточки, пообещав, что в следующий раз потренируюсь на всех, кто рядом. После этого от меня все держались на расстоянии оглобли.
– Зря надеетесь, – зловеще ухмыльнулась я, притискивая лицо к решетке. – Длина руки увеличивается пропорционально сабле в этой руке.
На что мне подарили кувшинчик с вонючим маслом, связку смердящих овощей и деревянные бусы.
– Ой, спасибо! – расцвела я. – Так приятно получать незапланированные подарки. – И пробовала на зуб бусы.
И тогда мне подарили еще медальон, свиток с корявыми надписями и феску.