А царь по имени Санкха, о монахи, на том месте, где некогда повелением царя Великого Панады был воздвигнут жертвенный дворец16, вновь воздвигнет жертвенный дворец, поселится в нём и принесёт дары, а затем откажется от него, совершит даяния шраманам и брахманам, убогим, странникам и просителям и под началом Блаженного, святого, истинновсепросветлённого Майтреи голову и бороду обреет, жёлтые одежды наденет, из дому в бездомность уйдёт. И ставши отшельником, будет он один, наедине с собою, прилежен, ревностен, внимателен, и не замедлит достичь той цели, которой ради сыновья семей искренне уходят из дому в бездомность. Уже в этой жизни он лично постигнет, осуществит, добьётся высшего завершения брахманского жития и заживёт в нём.
Пребудьте, монахи, светочами сами себе, прибежищем сами себе, не надо иного прибежища. Пусть пребудет светочем вашим дхарма, прибежищем вашим дхарма, не надо иного прибежища. И как же, о монахи, пребудет монах сам себе светочем, сам себе прибежищем, без иного прибежища? Как пребудет ему дхарма светочем, дхарма ему прибежищем, без иного прибежища? Вот монахи: непрестанно следит монах за телом – бдительно, сознательно, памятливо, оставив мирские жадность и уныние; непрестанно следит за ощущениями – бдительно, сознательно, памятливо, оставив мирские жадность и уныние; непрестанно следит за мыслью – бдительно, сознательно, памятливо, оставив мирские жадность и уныние; непрестанно следит за дхармами – бдительно, сознательно, памятливо, оставив мирские жадность и уныние. Вот так, о монахи, пребудет монах сам себе светочем, сам себе прибежищем без иного прибежища; так пребудет ему дхарма ему светочем, дхарма ему прибежищем, без иного прибежища.
Поля, монахи не покидайте, своих наследных пределов. Если поля вы не покинете, своих наследных пределов, о монахи, то и жизненный век ваш будет пребывать, и красота ваша прибывать, и счастье ваше прибывать, и богатство ваше прибывать, и сила ваша прибывать.
А каков у монаха жизненный век? Развивает монах основу сверхобычных сил, главный движитель в коей – сосредоточение на стремлении к действию; развивает основу сверхобычных сил, главный движитель в коей – сосредоточение на старании; развивает основу сверхобычных сил, главный движитель в коей – сосредоточение на мысли; развивает основу сверхобычных сил, главный движитель в коей – сосредоточение на исследовании. И он благодаря освоению, благодаря умножению этих четырёх основ сверхобычных сил сможет, если захочет, кальпу прожить или остаток кальпы. Вот что говорю я о жизненном веке монаха.
А какова у монаха красота? Если монах нравственен, о монахи, сдерживает себя согласно Уставным началам, безупречен в поведении и поступках, в мельчайших вещах из числа предосудительных усматривает опасность, полностью блюдёт правила поведения, – это и есть, монахи, красота для монаха.
А каково у монаха счастье? Когда, о монахи, монах отбрасывает утехи, отбрасывает неблагие дхармы и входит в сопровождаемую задумыванием и продумыванием, порождённую различением радостную и приятную первую стадию созерцания; [и далее, когда] он с угасанием задумывания и продумывания входит во внутренне проясненную, мысль воедино связующую, избавленную от задумывания и продумывания, порождённую сосредоточением, радостную и приятную вторую стадию созерцания; и входит далее в третью и четвертую стадии созерцания17, то это и есть, о монахи, счастье для монаха.
А каково у монаха богатство? – Вот, монахи, пронзаёт монах мыслью, сопровождаемой добротой, одну сторону света, потом другую, потом третью, потом четвёртую. И вниз и вверх и вбок – во всех направлениях, во всех отношениях весь мир он пронзает мыслью, сопровождаемою добротой – великою, возвышенною, безмерною, чуждою распрям и враждебности и пребывает в [этой мысли]. Так же, мыслью, сопровождаемой состраданием, сопровождаемой сорадованием, сопровождаемой равным ко всем отношением. Это и есть, о монахи, богатство монаха.
А какова у монаха сила? Вот, о монахи, иссякает у монаха тяга [к миру], и он лично постигает и осуществляет чуждое тяге [к миру] освобождение мысли и освобождение мудрости, и прибывает в нём. Это и есть, о монахи, сила монаха.
Не усматриваю я, о монахи, ни одной силы, которая была бы столь трудноодолима, как сила Мары. Лишь благодаря обретения благих дхарм, о монахи, возрастают заслуги.”
Так сказал Блаженный. Радостно и удовлетворённо восприняли монахи слова Блаженного.
ДН 27. Агганнья сутта - О происхождении
Так я слышал. Однажды Благодатный остановился в Саваттхи в доме Матери Мигары, в Восточном Парке. В то время Васеттха и Бхарадваджа жили среди монахов, желая самим стать монахами. Вечером Благодатный закончил свою медитацию, вышел из дома и прогуливался в тени.
Васеттха увидел это и сказал Бхарадвадже: «Друг мой Бхарадваджа, Господин вышел и прогуливается. Давай подойдём к нему. Возможно, нам повезёт и мы услышим Учение из уст самого Благодатного». «Да, конечно», – сказал Бхарадваджа, так они подошли к Благодатному, поприветствовали его и совершили перед ним поклон.
Тогда Благодатный сказал Вассетхе: «Васеттха, вы оба рождены брахманами и воспитаны как брахманы, и вы ушли из дома, от семей брахманов и стали странниками. Не оскорбляют ли, не злословят ли вас брахманы?»
«Так и есть, Господин, брахманы и оскорбляют и злословят нас. Они не могут унять привычный для них поток упрёков».
«И что же именно они говорят, упрекая вас, Васеттха?»
Критика брахманов
«Господин, вот что говорят брахманы: «Только сословие брахманов – высшее, другие сословия – низшие; только у брахманов светлый цвет лица, у остальных он смуглый; только потомки брахманов чисты, не являющиеся же ими – нечисты; только брахманы – это истинные дети Брахмы, рождённые из его рта, рождённые от Брахмы, потомки Брахмы. А вы, вы покинули высшее сословие и перешли на низший уровень бритоголовых недалёких отшельников, смуглолицых рабов, невежд, рождённых от ноги Брахмы! Это неправильно, что вы, оставив высшее сословие, стали нищими бритоголовыми монахами, низкими [подобно рабам], смуглолицыми, ничтожествами, попираемыми ногами наших родственников». Такими словами брахманы, не скупясь и не сдерживаясь, упрекают и оскорбляют нас, Господин».
«Безо всякого сомнения, Васеттха, брахманы практически забыли свою древнюю традицию, раз они так говорят. Жёны брахманов известны своей плодовитостью, беременеют, рожают младенцев и кормят их грудью. И тем не менее, эти рождённые из женского лона брахманы заявляют, что они истинные дети Брахмы, рожденные изо рта Брахмы, что они являются его потомками, его творениями и наследниками! Этим они искажают природу Брахмы. То, что они говорят, – это ложь, и этим они заслуживают великое осуждение.
Вот, Васеттха, четыре сословия: кхаттии, брахманы, вессы, судды. В наши дни иногда кхаттий лишает жизни живых существ, ворует, ведёт себя непристойно, говорит ложь, клевещет, грубит, сплетничает, является жадным, злым, придерживается ложных взглядов и рассматривается как таковой. Всё это не должно быть так и рассматривается как недолжное, заслуживает осуждения и рассматривается как заслуживающее осуждения, должно избегаться и рассматривается как то, что следует избегать, является неподобающим для благочестивого человека и рассматривается как неподобающее; дурные качества с дурными плодами, осуждаемые мудрыми, иногда встречаются у кхаттиев. И мы можем сказать, что всё то же самое относится к брахманам, вессам и суддам.
Иногда же, кхаттий воздерживается от убийства, воровства, непристойной жизни, от лжи, клеветы, грубости, пустословия, жадности, злобы и ложных воззрений. Так, мы видим, что эти качества, которые являются и рассматриваются как нравственные, не приносящие вреда, не заслуживающие осуждения, истинно благочестивые, благие, приносящие благой плод, одобряемые мудрыми, можно иногда обнаружить у кхаттиев. И мы можем также сказать, что они относятся и к остальным сословиям – к брахманам, вессам и суддам.
Мы видим, Васеттха, что и благие и неблагие качества, которые соответственно одобряемы и осуждаемы мудрыми, неотделимо рассеяны среди четырёх сословий, и мудрые не признают притязание касты брахманов на то, что она высшая. Почему? Потому что, Васеттха, любой человек из четырех сословий, который становится монахом, Арахантом, который уничтожил порочность, который прожил жизнь и совершил то, что следует совершить, сложил с себя ношу, достиг блаженства, уничтожил оковы перерождения и достиг освобождения при помощи высшей мудрости – он провозглашен высшим среди них на основании Закона1.
Ведь Закон, Васеттха, – это лучшее для людей, В этой жизни и в следующих.
Этот пример поможет понять тебе, Васеттха, что значит Закон – лучшее в этой жизни и в следующих. Царь Косалы Пасенади знает, что отшельник Готама произошёл из соседнего клана Сакья. Теперь Сакья стали подданными царя Косалы. Они смиренно служат и почтительно кланяются ему, встают и выражают ему почтение, принимают его с почестями. Точно так же Царь смиренно служит Татхагате, думая: «Разве отшельник Готама не из благородного рода? Значит, я не из благородного рода. Отшельник Готама силён, а я слаб. На него приятно смотреть, я же вызываю отвращение. Отшельник Готама обладает великой властью, я же маловлиятелен. Всё это потому, что царь почитает Закон, уважает Закон, почтительно преклоняется перед Законом, чтит Закон как святыню. Вот почему Царь Пасенади скромно служит Татхагате, встаёт и почтительно кланяется ему и принимает его с почестями. Этот пример помогает понять, что:
Закон – это лучшее для людей, В этой жизни и в следующих.
Васеттха, всем вам, которые различны от рождения, разны по имени, клану и семье, которые ушли от домашней жизни и стали странниками, могут задать вопрос «Кто вы?» Тогда вам следует ответить: «Мы отшельники, последователи Того, который принадлежит роду Сакья». Тот, Васеттха, чья вера в Татхагату появилась, укоренилась, утвердилась, стала твёрдой, не может быть поколеблена ни аскетами, ни брахманами, ни божествами, ни Марой, ни Брахмой, никем в мире, тот может истинно сказать: «Я истинный сын Возвышенного, рождённый из его рта, рождённый от Закона, сотворённый Законом, наследник Закона». Почему так? Потому что, Васеттха, это обозначения Татхагаты: Принадлежащий Закону, принадлежащий Высочайшему, единый с Законом и единый с Высочайшим.