ши, земляные белочки и зайцы. Но до их сброса под старыми «чехлами» образуется новый костный рог, поначалу еще покрытый защитным слоем бархатистой шерсти, у основания даже волосяным покровом. Пока новые рога как следует окрепнут, пройдет целых четыре месяца.
А знаете ли вы о том, что вилороги задолго до нас изобрели световую сигнализацию, то, что мы теперь именуем гелиографом? Стоит лишь кому-то из вилорогов заметить опасность — волка, койота или еще что-нибудь необычное в поле зрения, как он сейчас же «распускает свои хризантемы», то есть распушает длинную белую шерсть на задней части тела так, что она распадается на две стороны, рассеивая свет своей ослепительной белизной; издали это напоминает две огромные белоснежные хризантемы. Другие антилопы замечают такой сигнал за многие километры и тотчас же передают его дальше. С быстротой молнии сигнал тревоги настораживает все стало. Одновременно две железы, расположенные у основания «хризантем», начинают выделять резко пахнущее вещество, запах которого даже мы с вами, с нашими убогими обонятельными возможностями, способны уловить на расстоянии 100 метров.
Вилороги — самые быстроногие млекопитающие Американского континента. Они способны пробежать 1,5 километра, не снижая скорости 80 километров в час. Следовательно, ни один волк, ни койот, ни даже борзая догнать их не в состоянии. И тем не менее вилорогов удавалось уничтожать миллионами без особого труда. Каким же образом, спросите вы. А очень просто. Поначалу их губило собственное неуемное любопытство. Старые поселенцы рассказывают, что достаточно бывало лечь на спину и болтать в воздухе ногами или, привязав на палку красную тряпку, размахивать ею в воздухе, чтобы приманить на расстояние выстрела убежавших поначалу животных. Правда, на сегодняшний день они нас, людей, изучили уже достаточно хорошо и подобных промахов не совершают. Однако раньше нередко случалось, что вилороги сопровождали в каких-нибудь 100 метрах повозку, запряженную волами, или фургон с лошадьми, ночью они ничтоже сумняшеся пробегали между палатками какого-нибудь лагеря.
Вилороги среди всех диких животных нашли, пожалуй, наилучший способ преодоления изгородей из колючей проволоки. Они не стараются перепрыгнуть через них, а просто проскакивают сквозь них. Они ухитряются на полном скаку, не снижая скорости, проскочить меж двух горизонтально натянутых колючих проволок даже тогда, когда расстояние между ними не превышает 35 сантиметров. А ведь вилороги ростом никак не меньше козы! Иной раз вилорог может развлекаться тем, что будет долго галопировать рядом с идущей по дороге машиной, затем, «поддав газу», перегонит ее, пересечет перед самым носом дорогу и, как бы удовлетворенный тем, что доказал свое превосходство, сбавит скорость и отстанет.
Ровно 100 лет прошло с тех пор, как мы, люди, снизили поголовье этих удивительных и красивых американских антилоп с 40 миллионов до 19 тысяч. Похоже уже было на то, что они вот-вот окончательно исчезнут из американских прерий, а следовательно, и вообще с лица Земли. Однако в начале нашего века американцы одумались, им стало ясно, какое позорное пятно наложила на историю их страны садистская бойня, учиненная ими среди огромных стад бизонов. Пробуждению их сознания особенно поспособствовали статьи и книги знаменитого натуралиста и писателя Эрнста Сетона-Томпсона. Вскоре все сошлись на том, что отечественную фауну, которой грозит гибель, необходимо охранять, для чего и были основаны национальные парки. Таким образом число этих антилоп с их громадными «хризантемами» начало постепенно возрастать. К 1924 году их стало уже 40 тысяч, а сейчас по прериям кочует более 400 тысяч вилорогов. Чтобы фермеры не отстреливали каждого забредшего на их землю вилорога в качестве «вредителя», им в некоторых штатах даже выплачивают премии. В Вайоминге, например, каждый охотник должен заплатить владельцу земельного участка, на котором он застрелил вилорога, 5 долларов, а в Техасе — даже от 30 до 100 долларов.
А других врагов, помимо человека, быстроногим антилопам страшиться в общем-то не приходится.
Самцы-вилороги во время гона вполне довольствуются маленьким гаремом из трех-четырех самок; редко какой-нибудь особенный удалец отвоевывает себе восемь самок. Самки большей частью приносят на свет двойняшек. Как и наши косули, они оставляют их днем лежать одних, затаившись, и лишь ненадолго, чаше всего ночью, подходят к ним, чтобы напоить молоком. Но лежат детеныши врозь — в 80–100 метрах один от другого; кроме того, они практически лишены какого-либо заметного запаха. Так что если хищник и наткнется на одного из них, то второй, как правило, остается незамеченным. К тому же мамаша-вилорог храбро бросается на защиту своих детей: она метко бьет острыми передними копытами врага, будь то койот, лиса или даже орел, и заставляет их отступить.
Среди всех нынешних обитателей Америки у вилорогов наиболее весомое право гражданства: они гораздо больше «американцы», чем большинство других животных. Среди них у вилорогов нет даже настоящей родни, да и от антилоп других континентов они отличаются довольно существенно. В противоположность большинству копытных у вилорогов всего два «пальца» на каждой ноге и нет «висячего» копытца, то есть рудиментарного коротенького остатка бывшего «пальца», висящего несколько выше на ноге, как это наблюдается у буйволов, оленей и многих других парнокопытных. Предков и родичей вилорога можно найти только в одной лишь Америке, где они обитали уже один-два миллиона лет назад. Но в то время как их тогдашние современники — крупные жирафовые верблюды и безрогие олени давно вымерли, вилороги утвердились и дожили до наших дней. Так что они уже миллионы лет настоящие «американцы», в то время как другие крупные парнокопытные — бизоны, олени, лоси, вапити и прочие гораздо позже мигрировали на континент, не говоря уже о таких значительно более поздних эмигрантах, как лошади. А уже об индейцах и тем более о белых американцах и говорить нечего…
Глава XIXМного ли ума надо опоссуму?
В моем школьном учебнике по естествознанию была забавная картинка, которая запомнилась мне на всю жизнь. На ней была изображена мамаша-опоссум, несущая на спине своих детенышей. Длинный хвост ее был загнут кверху и вперед, нависая горизонтально над спиной, а маленькие опоссумята зацепились за него своими тоненькими хвостиками, чтобы ненароком не свалиться.
И вот только совсем недавно я узнал, что эта картинка — чистейший вымысел и что принадлежит она известной франкфуртской художнице Анне Марии Сибилле Мериэн (1647–1717), нарисовавшей ее 250 лет назад. Художница провела несколько лет (с 1699 по 1701) в Суринаме, в северной части Южной Америки, где рисовала различные виды местных цветов и насекомых; рисунки эти еще по сегодняшний день вызывают восхищение у каждого, кому их приходится видеть. Однако большинство рисунков было опубликовано только после смерти художницы ее дочерью. На последней странице книги можно увидеть картинку, где под веткой с сидящими на ней насекомыми изображен и опоссум, причем та самая злополучная мамаша-опоссум с детишками на спине. Но хвост ее, за который уцепились своими крохотными хвостиками детеныши, направлен не вперед, а горизонтально назад. Однако за прошедшие с тех пор десятилетия и даже столетия картинка не раз перерисовывалась для различных изданий, и можно проследить, как ее постепенно видоизменяли, «подправляли» и «улучшали», пока хвост мамаши-опоссума не превратился в настоящий поручень над ее спиной, за который детишкам замечательно удобно держаться. Есть даже фотографии подобного же рода, однако сняты на них всегда только чучела, изготовленные в музеях, по-видимому, по этим же образцам.
С тех самых пор как мы, европейцы, знаем, что такое опоссум, а именно с 1500 года, он неизменно будоражил наше воображение и давал пищу для самых невероятных фантастических измышлений. Но за последние десятки лет в Америке так тщательно исследовали биологию и образ жизни этого животного, как ни у одного другого сумчатого на Земле. И тут выяснились такие удивительные подробности, которые поначалу действительно можно принять только за вымысел.
Надо сказать, что уже тогда, когда испанский путешественник и натуралист Пинсон привез из недавно открытой в то время Бразилии самку опоссума с детенышами в набрюшной сумке, это вызвало в Испании подлинную сенсацию. Даже правящие в то время монархи — Фердинанд и Изабелла — пожелали убедиться в существовании подобного чуда природы и собственноручно залезали своими царственными перстами в сумку опоссума…
И действительно, нигде во всей Европе, Азии, Африке, ни на Яве, ни на Суматре, ни на Филиппинах нет и в помине сумчатых животных. Найти их можно только в обеих Америках, в Австралии, на Тасмании и некоторых близлежащих к ней островах. Но в то время как в Австралии до сих пор еще проживает 150 видов сумчатых животных, опоссум в Америке, как, впрочем, и многие другие «устаревшие», «несовременные» формы животных, попал в невыгодные для себя условия и стал постепенно вымирать; становился все малочисленнее, а кое-где практически исчез и вовсе.
Может быть, у него не хватило смекалки приспособиться к новым условиям, как это делали другие млекопитающие? Ведь опоссум слывет явно туповатым животным. Мозг опоссума весит всего лишь пятую часть мозга кошки. А ведь по общему весу тела обоих животных примерно одинаковы.
Ho вот с 1920 года опоссумы начали вновь завоевывать Северную Америку, продвинувшись далеко на север. Теперь ежегодно на пушной рынок США поступает от 2 до 3 миллионов их шкурок.
Первое, что инкриминировалось опоссумам в книгах о только недавно открытом континенте — Америке, — это то, что они дурно пахнут. То есть просто жутко воняют. Запах этот проникает якобы сквозь дерево и камень, а индейцы, понюхав его, падают замертво на землю. Если опоссум приблизится к какой-нибудь деревне, жители вынуждены ее поспешно покинуть… Затем опоссуму приписывался такой фокус: поймав маленькую птичку, он кладет ее на землю, а сам повисает над ней, зацепившись хвостом за сук. Как только какая-нибудь хищная птица, желая поживиться добычей, подлетит к ней, опоссум отпускает сук, падает на хищника сверху и — «одним махом двоих побивахом». В довершение всего утверждалось, что животные эти спариваются через нос, а самки «вдувают» затем новорожденных в свою сумку…