над самой головой, на фоне зеркальной, переливающейся солнечными бликами поверхности, виднелось днище и длинный киль моторной яхты «Парадиз».
Кавторанг Макаров жестами показал старпому, что лучше всего следовать вдоль бортов затопленных кораблей, оставаясь в тени, а уж потом всплыть. Аквалангисты, энергично двигая ластами, поплыли вдоль стенок ржавого металла, то и дело поглядывая вверх. И тут произошло неожиданное. В днище яхты открылись створки. Сквозь толстое стекло стало видно нутро операторской. В ней находились трое. Кто-то сидел в кресле. Двое других стояли прямо на стекле.
«Так вот как они выследили наш корабль и атаковали его. Ведь гидролокатор им бы не помог».
Ярко вспыхнул подводный прожектор. Конус света, бивший из него, медленно пополз по дну и остановился на прорезанном для акулы отверстии в борту сухогруза.
Сердца аквалангистов бились учащенно. Край светового пятна прошелся всего в нескольких метрах от них. Командир «Адмирала Макарова» указал рукой вперед и энергично махнул ею, мол, быстрее. И тут борт, вдоль которого плыли аквалангисты, явственно завибрировал. Через пару секунд вибрация исчезла. Явление повторилось. Даргель приложил к борту ладонь. Очевидно, где-то наверху пытались запустить мощный дизель.
Первым на поверхность поднялся командир. Палуба полузатопленного судна полого уходила под воду. Следом вынырнул Даргель и тут же обернулся, чтобы понять, не могут ли их заметить здесь с яхты.
– Они нас не видят, старпом, – негромко произнес Илья Георгиевич и ухватился за ржавый поручень.
Подводники, остававшиеся на «острове погибших кораблей», помогли аквалангистам взобраться на палубу. Штурман взволнованно доложил:
– Товарищ командир, четверо с яхты высадились на остров. Три китайца и один белый, вроде их пленник. Направились к сейнеру. Скрылись в надстройке. Уже минуты три, как пытаются запустить какой-то дизель, – и он указал рукой на черный выхлоп, выскочивший из трубы, торчавшей над ржавой надстройкой сейнера.
– Китайцы вооружены?
Штурман кивнул.
– Три «АКМа», товарищ командир.
– Быстрее, старпом, – приговаривал командир, когда подводники помогали снимать с них тяжелые баллоны со сжатым воздухом, – лучший способ застигнуть их врасплох, пока они заняты.
– Да уж, пока они заняты не нами.
– Численное превосходство противника не повод откладывать наступление. – Илья Макаров взял поданный ему автомат и вгляделся в надстройку сейнера, от которой их отделяло четыре палубы криво затопленных кораблей.
Просматривалась и дорожка, ведущая к пристройке. Между бортами были переброшены трапы, покачивались веревочные леера, но воспользоваться ими не представлялось возможным. Ведь эта дорожка отлично просматривалась и с моторной яхты.
– Может, рискнем, если быстро? – предложил Даргель. – На палубе яхты никого нет.
– Самая короткая дорога не значит самая быстрая, – командир «Адмирала Макарова» поискал взглядом.
На глаза ему попался легкий деревянный трап.
– А ну-ка, давайте его сюда.
Вчетвером они сумели перебросить его на борт соседнего судна и, пригнувшись, перебрались по нему.
– А теперь только очень тихо.
Трап втащили на палубу.
– Перебежкой за надстройку, – приказал кавторанг Макаров.
Подводники бегом преодолели открытое пространство и очутились в укрытии.
– Старпом, оцени ситуацию, – обратился Макаров к Даргелю, который стоял у самого края надстройки.
Старпом осторожно выглянул за угол:
– Кажется, нас не заметили. На яхте все спокойно.
– Это хорошо. Но теперь надо придумать, как мы преодолеем пропасть в два прыжка, – невесело пошутил командир подлодки.
Грустная шутка была правдой. Трапа явно не хватило бы на то, чтобы перекрыть пространство между двумя бортами. Внизу плескалась, вздыхала черная, в радужных разводах нефтепродуктов вода…
…Тем временем в надстройке сейнера не клеился запуск дизеля. Мистер Бьорк еще раз вдавил кнопку стартера. Фыркнул пускач. В дизеле провернулся вал. В двух цилиндрах сдетонировало топливо, но двигатель тут же заглох. Американец развел руками:
– Не получается. Так бывает. Техника не любит, когда люди, обслуживающие ее, нервничают. Боюсь повторять попытку, так можно и аккумулятор посадить, – и он прикоснулся ладонью к боковине большого танкового аккумулятора, – сильно нагрелся. Пусть отдохнет-остынет.
– С чего бы вам беспокоиться? – криво улыбнулся Дао. – Мы не давали для этого повода. Вот я, например, абсолютно спокоен и хочу проверить вашу теорию насчет тонкой психологической чувствительности старого армейского дизеля.
Мистер Бьорк отступил на шаг, освобождая место для китайца. Дао с безразличным выражением лица нажал кнопку стартера. Вновь натужно зачастил пусковик. Дизель содрогнулся, неровно заработал. Дао тут же принялся регулировать его обороты, передвигая ручку сектора газа.
– Пошло напряжение, – китаец покосился на приборы генератора.
Стрелки вольтметра и амперметра уже не качались, а заняли стабильное положение.
– Рубильник на стене, – произнес мистер Бьорк.
– Я сам, – китаец взялся за «старорежимную» эбонитовую ручку массивного рубильника и опустил ее, но не успел разжать пальцы, как дверь, ведущая на палубу, распахнулась и в ней возникли двое подводников в серых комбинезонах с короткими автоматами «узи» в руках.
За их спинами маячили еще двое мужчин постарше – Илья Макаров и Николай Даргель. Их гидрокостюмы еще отливали влагой. В руках они тоже сжимали оружие. Китайцы застыли. Никто из охранников не удосужился заранее дослать патроны в патронники. А вот нападавшие наверняка сделали это. Не зря их пальцы лежали на чувствительных спусковых крючках.
– Входим, – шепотом произнес кавторанг Макаров и вместе с Даргелем вслед за подводниками проскользнул в надстройку, прикрыл дверь.
Теперь с яхты их уж точно никто не мог заметить. Мистер Бьорк с недоумением смотрел на внезапно появившихся вооруженных людей и пытался понять, кто они такие.
– Всем положить оружие, – твердо произнес Илья Макаров и для убедительности чуть повел стволом автомата, – делайте это осторожно, без резких движений.
Мистер Бьорк нервно перевел дыхание. Макаров говорил по-английски с легким акцентом, но явно не американским. Китайцы вопросительно посмотрели на своего командира, ожидая приказаний. Командир «Адмирала Макарова» напрягся. Вполне могло оказаться, что между китайцами существует какая-нибудь хитрая, молчаливая договоренность.
Дао стоял безоружным, во всяком случае, так казалось на первый взгляд, продолжал держаться за ручку рубильника. Он морщил лоб, глядя прямо в глаза Макарову.
– Если хотите отдать приказ своим людям, то сделайте это по-английски, – предупредил Илья Георгиевич, – иначе мои люди могут не так его истолковать, – а затем уже буквально рявкнул: – Оружие на пол, сукины дети!
– Исполняйте его приказ, – очень сдержанно распорядился Дао. – На их стороне преимущество.
Двое охранников-китайцев осторожно, держа автоматы за стволы, склонялись, чтобы положить их на пол. Макаров предоставил их вниманию своих людей. Сам же глаз не сводил с безоружного Дао. Тот улыбался вежливой восточной улыбкой. Казалось, еще немного – он молитвенно сложит ладони и примется кланяться китайским болванчиком.
Дао буквально на какой-то миллиметр приподнял ручку рубильника, разведя контакты. Древняя коробка полыхнула искрами. Командир китайцев сильно рисковал, будь у Макарова нервы послабее, он мог бы рефлекторно нажать на спусковой крючок. Но Дао выиграл первый «раунд». Кавторанг не выстрелил и списал падение китайца на удар током.
Командира мини-субмарины на этот раз чуть не подвела наука вице-адмирала Столетова. Однажды пришлось им стоять под Калининградом на платформе пригородной электрички. Куратор проекта «Адмирал Макаров» провожал командира субмарины, отказавшегося ехать на служебной машине в город. Шел дождь, и народ столпился под узким карнизом старого станционного здания. Мимо с грохотом пролетал тяжелогруженый товарняк. Земля буквально дрожала под ногами. Поднятый поездом ветер неистовствовал. Ливень рассыпался водяной пылью. Дачники испуганно смотрели на проносящийся рядом грузовой состав, прижимали к себе детей. Когда товарняк исчез за поворотом и стало тихо, вице-адмирал сказал Макарову:
«И ты, Илья Георгиевич, не туда смотрел, как и все они».
«С чего вы взяли?» – удивился тогда кавторанг.
«Грохочущий поезд – угроза очевидная, вот на него и смотрят. А настоящая угроза в другой стороне. Вверху. Поезд с рельс не сойдет, а вот ветхий карниз времен Третьего рейха может обвалиться от вибрации»…
Да, Макаров посчитал искры рубильника прямой угрозой и на мгновение переключился на охранников. Зато Даргель, незнакомый с наукой вице-адмирала Столетова, успел среагировать, переведя ствол автомата на Дао, хотя и сделал это с легким опозданием.
Командир китайцев уже в падении, имитируя, что корчится от боли, выхватил короткий револьвер-бульдог, прикрепленный ремнями к щиколотке. Он успел дважды нажать на спуск. Даргеля спасло то, что у китайца не было времени прицелиться. Да и короткий ствол револьвера дает большой разброс. Старпома лишь легко ранило в руку. Выпущенная им автоматная очередь не достигла цели. Дао успел перекатиться и спрятался за сотрясающимся дизелем. Эти первые выстрелы и послужили сигналом к общей стрельбе. Загрохотали автоматы. Зазвенели гильзы. Засвистели и зафыркали уходящие рикошетом от металлических стен и оборудования пули. Буквально через пять секунд всем стало ясно, что стрельба в небольшом помещении со стальными стенами подобна массовому самоубийству. Неважно, что ты стреляешь в противника. Твоя же ушедшая рикошетом «пуля-дура» может вернуться. Вдобавок одной из очередей пробило выхлопную трубу, и теперь едкий дым валил в помещение.
Мистер Бьорк сидел, вжавшись в угол, и надсадно кашлял, прижимая к лицу белоснежный рукав. Вооруженные китайцы смотрели на изготовившихся российских подводников. Первый удар попытался нанести Дао. Вопреки расхожим убеждениям, он без всякого крика, молча подпрыгнул, желая ударить Илью Макарова в голову, но тот успел прикрыться автоматом. Оружие отлетело к стене. Китаец рухнул на спину. Илья Георгиевич прыгнул на него и резко ударил по ушам. Дао вцепился ему в горло. Они покатились. Началась рукопашная.