Приготовления закончены. Осталось только поместить Тошку в клетку, но это лучше сделать перед встречей с Делианом.
В комнату вернулись Рафаэла и Габриэла. Для тех, кто должен был получить нагоняй, они выглядели слишком довольными. Да и отсутствовали сёстры от силы минут пятнадцать.
– Мама велела тебя позвать. Она в холле, – бросила Габриэла.
Делать нечего. Пришлось идти. Я спустилась на первый этаж и, клянусь, на последнем пролёте меня обдало ледяной стужей. Магда смотрела на меня, и пусть её лицо оставалось непроницаемо-надменным, я чувствовала, что мачеха мной недовольна.
– Марианна, – произнесла она и расцеловала меня в обе щеки. Естественно, не касаясь. – Присядем?
Магда указала на диванчик. Я бы предпочла короткий быстрый разговор на ногах, но мачеха уже уселась, демонстративно разглаживая несуществующие складки на платье.
– Мне сообщили, что ты проникла в палатку к мужчине. Ночью. Это правда?
Обычно до моих проделок в академии Магде не было никакого дела. Она наоборот надеялась, что меня исключат и можно будет выгодно пристроить последний «актив», доставшийся от покойного мужа. Но не в этот раз. Сейчас она выглядела так, словно собиралась прочитать мне лекцию.
– Это была случайность, – спокойно ответила я.
– Ах вот как теперь это называется? – Магда изогнула идеально очерченную соболиную бровь. – Ты подумала о том, какой вред может нанести твоей репутации подобная случайность? У нас приличная семья, и когда твой отец умер, я поклялась, что сделаю из тебя достойную леди, но видят боги из некоторых девиц воспитать приличную девушку – всё равно что совершить чудо.
Я поджала губы. Ногти впились в ладони. «Молчи, Марианна, молчи», – повторяла я. Не потому, что не хотела ссориться с Магдой или считала её правой, просто мачеха была из тех людей, с кем бессмысленно спорить. Во-первых, для неё не существовало чужих мнений, а во-вторых, любое возражение продлило бы разговор на полчаса-час. Мне же хотелось поскорее всё закончить.
– И мой дорогой Генри, – голос Магды дрогнул, она достала носовой платок и приложила его к уголку правого глаза, будто там собиралась скатиться слеза, – как думаешь, что он бы тебе сказал, узнай о подобном безобразии?
Я сделала вдох и медленно, через нос выдохнула. Ну да, по головке папа бы не погладил, но он любил меня, слушал, и никогда не осуждал, какую бы глупость я ни выкинула.
Магда убрала сухой носовой платок и с укором посмотрела на меня. Как всегда мой ответ ей не требовался.
– Будь благоразумна, Марианна. Если мысли об отце не останавливают тебя от подобных поступков, подумай о сёстрах.
– Да, леди Рашфор. Ради них я сделаю всё возможное и буду вести себя тише воды ниже травы, – ответила я.
Мачеха пристально уставилась на меня, ища сарказм. И он был, вот только произнесла я всё максимально ровным тоном, с трудом удерживая вежливую полуулыбку на лице.
– Я на это надеюсь, – сухо добавила Магда и встала.
Я вздохнула с облегчением и тоже поднялась.
– В следующие выходные жду тебя и девочек домой. Будет семейный ужин для самых близких. Надеюсь, ты приедешь.
Меня удивило приглашение. Конечно, я могла приезжать домой в любое время, но как поступила в академию, старалась лишний раз там не появляться.
– Боюсь, у меня много домашней работы, и уход за питомцами…
– Марианна, – Магда строго пресекла все мои попытки соскочить, – у меня день рождения. Неужели у тебя не найдётся времени провести один выходной дома?
Я прикусила губу. Вот брыльс! Совсем забыла. Обычно, впрочем, Магда неплохо справляла день рождения и без меня, но иногда она и вправду устраивала ужины, куда приглашала друзей и предъявляла главное доказательство своей щедрости, доброты и самопожертвования – ненавистную падчерицу. Мало приятное времяпрепровождение, но ведь сейчас можно и согласиться, а потом скажусь больной. Сидеть два часа в компании снобов, Магды и сестёр? Увольте.
– Я постараюсь приехать, – уклончиво ответила я.
– Не нужно стараться. Рафаэла и Габриэла будут рады твоей компании в карете.
В последнее слабо верилось. Более того, меня настораживало поведение Магды. Слишком сильно она старалась заманить меня домой.
– Мамочка, мы готовы! – пропела Рафаэла, бросаясь к Магде.
Габриэла тоже не осталась в стороне и вцепилась в руку матери.
– Поехали скорее, я слышала, там подают новое пирожное! Мне не терпится его попробовать.
– Габи, Рафи! – повысила голос Магда, но взгляд её потеплел. – Проявите терпение. Марианна, может быть, ты хочешь к нам присоединиться?
Интуиция забила тревогу. Мачеха вела себя странно. Очень странно. Ещё никогда она не звала меня в город. Обычно она просто уезжала с моими сёстрами, и там они неплохо проводили время в ресторанах, кондитерских, театрах. Рафаэлла и Габриэла выпучили глаза, всем своим видом показывая, что, если я соглашусь, меня ждут неприятности.
– Нет-нет, мне ещё домашнее задание делать, – замотала головой я.
– Похвальное старание, – кивнула Магда.
– Жаль, боги обделили Мари талантами, но она берёт всё упорством, – добавила Габи. – Я тобой восхищаюсь, сестричка.
– Я тоже, – поддакнула Рафаэла. – И факультет она выбрала подходящий. Я слышала, что людям с ограниченным мышлением проще найти общий язык с животными.
– А как мне со всеми вами повезло, словами не передать, – я натянула на лицо улыбку и мысленно пожелала от души наесться пирожными, чтобы потом все трое ни в одно платье не влезли!
Но вот мои дражайшие родственницы удалились. Я плюхнулась на кушетку. Мне требовалось время немного прийти в себя. Вот каждый раз пообщаешься с ними и точно в помоях искупаешься.
– Мари, всё в порядке?
Я встрепенулась и заметила Делиана.
– Да-да, кот, пилюли, – подскочила с места, стараясь казаться бодрой и весёлой.
– Я видел, как ты говорила с дамой. Кто она? – парень внимательно смотрел на меня.
Кажется, уловка не удалась.
– Моя мачеха – Магда. Приехала проведать меня и сестёр. А сейчас они отправились в город.
Теперь Делиан нахмурился.
– Почему ты не поехала с ними?
– У нас же дело с Тошкой, забыл? – улыбнулась я.
– Ясно, – ответил он, но выражение его лица осталось изучающим.
Я почувствовала себя вдвойне неловко. Должно быть, он всё понял.
– Так, я пошла за котом. Встретимся через несколько минут в гардеробной, – сказала я и всё с той же маской на лице хотела уйти, но Делиан вдруг взял меня за руку.
Я вопросительно посмотрела на него.
– Мари, а хочешь мы тоже выберемся в город и съедим по пирожному?
– Ты ведь не любишь сладкое, – произнесла я и улыбка сама собой сползла с лица.
Он хотел как лучше. Услышал обрывки фраз, понял, что мачеха укатила с сестричками есть пирожные, а я осталась в стороне. Вот боевик и попытался меня утешить. Безусловно, у Делиана были благие намерения, но я терпеть не могла, когда меня жалели.
– Спасибо, но нет, – твёрдо сказала я.
– Мари, отчего в твоем голосе звучит недовольство? Я ведь…
– Ты зовёшь меня из жалости и это оскорбительно! Помоги мне, пожалуйста, с Тошкой. А в таверны лучше ходи со своей невестой.
Я высвободила руку и ушла… Точнее убежала в свою комнату. Настроение опустилось ниже плинтуса. Посмотрев на Тошку, я вздохнула. Стоило сёстрам уйти, как кот устроился на подушке Рафаэллы и теперь демонстративно там вылизывался.
В моих руках материализовалась сковорода. Не встречаясь взглядом с котом, я невзначай подошла к кровати сестры. Пикси и Дикси перестали грызть прутья клетки и замерли. Тошка насторожился, он явно начал что-то подозревать, но удобное нагретое место не отпускало. Я бросилась на кровать Рафаэлы. Сковорода, то есть зачарованная клетка, опустилась на подушку, но Тошка успел сбежать и забился под шкаф.
– Выходи! – потребовала я, опускаясь на пол и заглядывая в щель.
Там, в темноте сверкали два зелёных глаза. Тошка недобро зарычал и залез ещё глубже, к самой стене.
– Для твоего же блага стараюсь! Ну, пожалуйста, хороший мой, иди ко мне, – ласково уговаривала я, но всё без толку.
Тошка отказывался вылезать. Я села на пол и посмотрела на клетку с мышами. Из них вышла бы идеальная приманка, но рисковать Пикси и Дикси не хотелось. Вздохнув, я залезла в ящик стола и достала угощение: любимый паштет Тошки. Стоил он дорого, так что обычно я баловала кота только по праздникам, но сегодня был особый случай. Я открыла консервную баночку за колечко и вывалила содержимое в миску.
Боковым зрением заметила движение. Из-под шкафа показался нос и усы. Но стоило мне повернуться, как кот снова исчез. Ну ничего, терпения у меня больше, чем у Тошки. По крайней мере, когда дело касается еды.
Я поставила миску у стула и принялась ждать. Для надёжности взяла в руки книгу и сделала вид, что читаю. Несколько минут ничего не происходило, но вот запах паштета заполонил всю комнату. Я даже услышала, как под шкафом сглотнул кот. Бедняга пропустил завтрак. Учитывая, что фамильяру много лет, подозреваю, он прекрасно понимал, что его ждёт очередная ловушка, но противиться инстинктам было невозможно.
Тошка вылез. Сначала медленно, нерешительно. Нервно облизнул носик. Затем сделал шаг, и ещё один. Около миски он вытащил большой кусок мяса, отбежал в сторону и принялся им давиться. Я ждала. Ждала, когда кот вконец обнаглеет и тогда…
Во время второго захода к миске я снова бросилась на Тошку. На этот раз мне удалось его поймать. Схватив кота за бока, я упала на живот и угодила локтем в миску. Рукав тут же намок, но Тошка был у меня. Не без труда я затолкала его в клетку и закрыла. Фамильяр шипел, царапал прутья, искрил магией, но тщетно. Я же осмотрела царивший вокруг бардак. Кровать Рафаэлы была в комках рыжей шерсти, на полу валялись остатки паштета и поблёскивали лужицы мясного сока, а в воздухе витали непередаваемые ароматы то ли тушенки, то ли мясного рагу.
– Вот брыльс! – выругалась я.