Ничего не изменилось. Война в Персидском заливе — хороший пример «обычного бизнеса». Оккупация Сомали также имеет нефтяной подтекст. Благодаря нашему новейшему спутнику-шпиону «Ла Кросс Имеджер», который может передавать изображения из-под земли, около 3 лет назад в Сомали были обнаружены значительные запасы нефти и газа. Находка держалась в абсолютном секрете, а миссию США, посланную якобы для того, чтобы накормить голодающих сомалийских детей, показывали по телевидению ночь за ночью в течение 3 месяцев.
Миссия по спасению «голодающих детей» была организована администрацией Буша в качестве средства обеспечения защиты буровых компаний «Арамко», «Филипс», «Коноко», «Кохоко» и «Бритиш Петролеум», подвергшихся угрозе со стороны сомалийских лидеров, которым стало известно, что их вот-вот будут грабить. Американская операция имела мало общего со спасением детей от голода. Почему тогда США не организовали аналогичную «спасательную» миссию в Эфиопии, где голод является реальной проблемой? Очевидно, потому что Эфиопия не располагает запасами нефти. Однако обеспечение безопасности порта Бербера является главной целью американских вооруженных сил. В России существует большой разлад из-за нефти. Курдам придется снова и снова страдать из-за мосульской нефти. Рокфеллер и ВР по-прежнему остаются теми же жадными нефтяными хапугами, какими были всегда.
Глава 4. Нефтяная политика Соединенных Штатов в Латинской Америке… и не только
История болезни
Нефтяная политика США в зарубежных странах представляет собой последовательную историю дипломатии обмана. Изучая документы Госдепартамента для этой книги, я обнаружил множество документов, которые открыто заявляли о поддержке «Стандард Ойл» в Мексике и американских нефтяных компаний на Ближнем Востоке. Тогда мне стало ясно, что Государственный департамент был вовлечен в гигантский дипломатический заговор в иностранном нефтяном бизнесе.
Директива Госдепартамента от 16 августа 1919 года всем консулам и посольствам в зарубежных странах призвала к массовому шпионажу и удвоению численности персонала дипломатической службы для оказания помощи крупным американским нефтяным компаниям. Выдержку из нее привожу ниже:
«Джентльмены: Жизненно важное значение обеспечения достаточных поставок минерального масла как для нынешних, так и для будущих нужд Соединенных Штатов было принудительно доведено до сведения Госдепартамента. Разработка доказанных месторождений и разведка новых районов активно ведется во многих частях мира разными странами, которые активно добиваются концессий на права на добычу полезных ископаемых. Желательно иметь самую полную и свежую информацию о такой деятельности как гражданами Соединенных Штатов, так и другими лицами.
Соответственно, вы проинструктированы время от времени получать и оперативно пересылать информацию, касающуюся концессии на добычу нефтепродуктов, смены владельцев нефтяной собственности или важных изменений в собственности или контроле над корпоративными компаниями, занимающимися добычей или распределением нефти.
Также следует направлять информацию о разработке новых месторождений или увеличении добычи на добывающих площадях. Требуются исчерпывающие данные, и отчеты не должны ограничиваться пунктами, конкретно упомянутыми выше, но должны включать информацию по всем вопросам, представляющим интерес для нефтяной промышленности, которые могут время от времени возникать…»
Эта директива была издана после долгой и ожесточенной борьбы с правительством Мексики. Как мы увидим в отчете ниже, А. К. Бедфорд, председатель «Стандард Ойл», потребовал, чтобы правительство США вмешалось в ситуацию: «Вся надлежащая дипломатическая поддержка в приобретении и эксплуатации нефтедобывающей собственности за рубежом должна поддерживаться правительством». Федеральная торговая комиссия незамедлительно рекомендовала оказывать «дипломатическую поддержку» таким нефтяным предприятиям за рубежом.
Чарльз Эванс Хьюз также дал показания перед Федеральным советом по сохранению нефти Кулиджа, настаивая на том, что политика Государственного департамента и нефтяной компании являются синонимами: «Внешняя политика правительства, выраженная во фразе «политика открытых дверей», последовательно проводимая Государственным департаментом, позволила разумно поощрять наши американские интересы за рубежом и в немалой степени надлежащим образом защищать потребности нашего народа». Это действительно означало, что необходимо слияние государственных и частных нефтяных интересов. То, что Эванс оказался консультантом Американского института нефти и «Стандард Ойл», не было случайностью.
Дипломатия грабежа
История эксплуатации мексиканской нефти служит примером того, как идут к цели с помощью дипломатии обмана. Завоевание главного природного ресурса Мексики — ее нефти — остается уродливым пятном американской истории.
Нефть была обнаружена в Мексике британским строительным магнатом Уитманом Пирсоном, чья компания входила в глобальную сеть Комитета 300. Пирсон не занимался нефтяным бизнесом, но пользовался поддержкой британских нефтяных компаний, в частности «Ройял Датч Шелл Компани». Вскоре он стал ведущим игроком на мексиканском рынке нефтедобычи.
Президент Мексики Порфирио Диас официально предоставил Пирсону исключительные права на разведку нефти после того, как он уже передал «исключительное право» Эдварду Дахони из «Стандард Ойл», который был известен как «царь мексиканской нефти». Как мы увидим, Диас боролся за интересы своих элитных покровителей. Он также находился под сильным влиянием Дахони и президента Уоррена Гардинга[17].
Следует вернуться к договору Гваделупе-Идальго 1848 года, по условиям которого Мексика уступила Соединенным Штатам Верхнюю Калифорнию, Нью-Мексико и северную Сонору, Коауилу и Тамполис за отступные в размере 15 миллионов долларов. Техас был аннексирован Соединенными Штатами в 1845 году. Одной из главных причин аннексии Техаса было то, что геологи знали об огромных нефтяных месторождениях, лежащих под его землями.
В 1876 году Диас сверг Леордо де Техаду, а 21 мая 1877 года был провозглашен президентом Мексики. Он оставался на своем посту до 1911 года, за исключением периода с 1880 по 1884 г. Диас стабилизировал финансы, предпринял промышленные проекты, построил железные дороги и расширил торговлю во время своего диктаторского правления, оставаясь верным тем, кто привел его к власти. Некоронованный монарх Мексики был тесно связан с королевскими домами Великобритании и Европы.
Именно обнародование нового кодекса о добыче полезных ископаемых 22 ноября 1884 года открыло Пирсону путь в нефтяной бизнес. Вопреки старому испанскому законодательству, новый закон предусматривал, что право собственности на землю подразумевает право собственности на продукты недропользования. Это также позволило общинным землям, принадлежащим индейцам и метисам, перейти в руки 1,5-миллионного «высшего класса» Мексики. Именно на этом фоне Диас начал идти на уступки иностранным инвесторам.
Первыми, кто получил концессию, были Дахони, близкий помощник министра внутренних дел Альберт Фолл и Хардинг, которым Дахони пожертвовал большие суммы на предвыборную кампанию. В кабинете Хардинга было не менее четырех нефтяников, в частности Фолл. В 1900 году Дахони купил 280 000 акров гасиенды дель Тулильо за 325 000 долларов. «Вознаграждая» президента Диаса, Дахони в буквальном смысле мог украсть землю или купить ее по смехотворно низким ценам.
После четырех лет работы Дахони добывал большую часть из 220 000 баррелей нефти, составлявших общую добычу в Мексике. Думая, что он хорошо зарекомендовал себя, Дахони по указанию правительства Соединенных Штатов отказался увеличить выплаты «вознаграждения» президенту Диасу, хотя на месторождениях Потреро и Серо Азул добыча превышала 1 миллион долларов в неделю. Это было довольно типично для эгоистичной жадности Джона Д., черта, которая пронизывала весь выводок Рокфеллеров. В этот момент Диас под давлением Дахони, выдал Пирсону «единичную концессию». К 1910 году «Мексикан Игл Компани» Пирсона приобрела 58 процентов от общего объема производства в Мексике.
В ответ Рокфеллер приказал взорвать скважины Пирсона, а крестьяне, вооружившиеся на его деньги для этой цели, обстреляли его рабочих. Большие банды разбойников были вооружены и обучены громить трубопроводы и нефтяные установки «Мексикан Игл». На свет Божий были извлечены все грязные трюки, которые выучил Уильям «Док» Эвери Рокфеллер в войне Джона Д. с Пирсоном.
Но Пирсон оказался более чем достойным соперником Рокфеллера, и не оставался в долгу. Подсчитав, что запасы нефти в Мексике не столь уж велики, чтобы продолжать за них борьбу (что оказалось серьезной ошибкой), Рокфеллер отступил и оставил месторождение Пирсону. Позже Джон Д. пожалел о своем решении выйти из борьбы и пообещал выделить ресурсы «Стандард» для создания кровавого хаоса в Мексике. В этой стране мы назвали беспорядки «мексиканскими революциями», которых никто не понимал.
В знак признания его заслуг перед британскими нефтяными интересами Пирсону в 1917 был пожалован титул виконта Коудри, под которым он и был известен с тех пор. Он также был назначен постоянным членом Комитета 300. Пирсон был в хороших отношениях с президентом Вильсоном, но за кулисами Джон Д. плел против него интриги, стремясь очернить его перед Белым Домом и вернуться к эксплуатации мексиканской нефти. Лорд Коудри, однако, был полон решимости сохранить основную часть мексиканских нефтяных прибылей в казне британского правительства.
У.Пирсон
Нефтяная дипломатия Лондона и Вашингтона мало отличается по степени агрессивности. Мотивы и методы остались на удивление неизменными. В конце концов, международная мощь остается, прежде всего, экономической. 21 января 1928 года контр-адмирал Чарльз Планкетт, комендант Бруклинской военно-морской верфи, выпустил кота из мешка, защищая военно-морскую программу президента Кэлвина Кулиджа стоимостью 800 миллионов долларов, когда он сказал: «Наказание за коммерческую и промышленную эффективность неизбежно — война». Это было связано с большим спросом на нефть для кораблей военно-морского флота, работающих на мазуте. Планкетт положил глаз на мексиканскую нефть.