— У тебя есть зажигалка?
— Нет!
— А у меня есть! Сделай «дерево», я должен дотянуться до датчика!
Дважды повторял» не требовалось, «дилер» встал, как надо, и Джарвес быстро взобрался ему на плечи, поднес зажигалку к датчику, щелкнул, но она не зажглась.
— Ну что там?.. — прохрипел «дилер».
— Сейчас-сейчас… секунду…
Наконец зажигалка сработала, датчик замигал инфракрасным глазом, и по всему клубу завыли пожарные сирены, а в дверь туалета забарабанили охранники.
Джарвес соскочил на пол, и в этот момент, щелкнув автоматическим замком, отскочила решетка вентиляционного окна.
— Прекрасно! — обрадовался «дилер».
— Давай ты первый, я подсажу! — предложил Джарвес, складывая ладони ступенькой, но неожиданно дверца ближайшей ячейки открылась, и оттуда вышла уже знакомая ему дама.
— Ага, козел! Я так и знала, что ты сюда припрешься!
— Ты ее знаешь? — спросил «дилер», поднимаясь к окну.
— Мы просто виделись, — прохрипел Джарвес, поддерживая его ногу.
— Ничего себе, виделись! Сначала чуть окно не вышиб, чтобы добраться до меня, а теперь говоришь — ничего не было? Узнаю мужиков!
Наконец «дилер» оказался наверху и подал Джарве-су руку.
— Хватайся!
— Эй, возьмите меня с собой! — потребовала дама.
— Ну уж нет, — пропыхтел Джарвес, елозя по стене подошвами ботинок. — На хрен… ты сдалась…
— Ах так? — воскликнула дама и бросилась открывать дверь.
— Скорее! — крикнул «дилер».
— Уже! — прохрипел Джарвес, и желтый пиджак вытянул его на замусоренную крышу, а через мгновение в туалет ворвались охранники.
— Прыгай, там ровный асфальт! — крикнул Джарвес и первым сиганул вниз. «Дилер» последовал его примеру, и они побежали в глубь квартала, заскакивая во дворы и пробегая под бельевыми веревками.
Вскоре стало ясно, что погони нет. Беглецы перевели дух, и Джарвес пригласил партнера зайти в ближайшее кафе.
— Я угощаю, — сказал он, радушно улыбаясь.
— Ну давай, раз угощаешь… — сказал его спутник, всматриваясь в лицо своего спасителя.
59
Официант подбежал к ним тотчас, едва они уселись за столик в углу под фикусом.
— Мороженое и кофе… — сказал Джарвес.
— Какое мороженое и какой кофе? — уточнил официант.
— Мне все равно, — махнул рукой Джарвес. — А вам?
— Мне тоже, — кивнул его спутник, и официант ушел.
— Хорошо, что все обошлось, — улыбнулся Джарвес, имея в виду их недавнее приключение.
— Мне кажется, мы знакомы, да?
— В некотором роде, сэр.
— Ага… — Танжер вздохнул и потрогал подбитый глаз. — И ради чего весь этот спектакль?
— Ради дела, сэр.
— Ну и явились бы на прием в управление, как все.
— Являлся. Два дня подряд.
— И что?
— И вот… — Джарвес развел руками и огляделся. — Оказалось, что это единственный способ пробиться к вам.
— У нас в последнее время много работы. А ваши методы…
— Осторожно, господин полковник, — остановил его Джарвес, поднимая указательный палец. — Наши методы надиктованы вашим голосом.
— Что это значит?
— Пять лет назад в Бингвардене вы прочитали курс лекций…
— А вы были моим слушателем.
— Да, я был одним из ваших слушателей, и метод, которым я сегодня воспользовался, вы разъясняли особо.
— Но подразумевалось, что его можно использовать для агентов, которых требуется выдернуть из критической ситуации, когда им угрожает опасность.
— Я лишь слегка доработал ваш метод, сэр. Таким образом, мы оказались в одной тарелке.
— И вы надеетесь, что я, испытывая к вам благодарность на подсознательном уровне, пойду вам навстречу и помогу в каком-то деле?
— А почему нет, сэр, я же не частная лавочка, мы работаем в одном управлении.
— Я… — Танжер вздохнул, подбирая слова. — Что вы хотите?
— У нас появилась проблема — незакрытое дело. И у нас нет возможности его закрыть, потому что мы не располагаем той оперативной независимостью, которой располагаете вы, сэр.
— Ликвидация? — угадал Танжер, посматривая на пустой зал кафе.
— Да, сэр. Совершенно случайно мы вышли на одного субъекта, который, как выяснилось, уже весьма знаменит и наследил во всех архивах управления. Уверен, что вы о нем тоже слышали…
— Кто он?
— По одной версии — Отто Тирбах…
— Не знаю такого.
— По другой — Джек Стентон.
Джарвес внимательно следил за реакцией полковника и сразу понял, что попал в цель. Танжер вздохнул и лениво огляделся.
— Где вы сейчас работаете? Я имею в виду район…
— Район Лоусона, сэр.
— Значит, туда этого Джона Стентона и перебросили. Там и нужно его ловить.
— То есть вы мне поможете, сэр?
— Помогу, — кивнул Танжер и облокотился на стол. — Но с одним условием…
— С каким? — спросил Джарвес, подаваясь вперед.
Вместо ответа Танжер заехал ему с правой прямо в
глаз, и Джарвес свалился на пол вместе со стулом.
— В чем дело, господа? Мне вызвать полицию?! — воскликнул явившийся на шум официант.
— Нет-нет, приятель, просто я поскользнулся, — заверил его Джарвес, поднимаясь и держась рукой за подбитый глаз.
Официант поставил ему стул, и он сел, улыбаясь через силу. Потом попробовал кофе и, когда официант ушел, приложил к глазу холодную вазочку с мороженым.
— Честно говоря, я предполагал что-то вроде этого, сэр.
— Вот и отлично. Значит, никаких обид, — усмехнулся Танжер, пробуя свой кофе. — Кстати, я вспомнил тебя. Ты Джарвес Форт, правильно?
— Ну у вас и память, сэр!
— И, судя по ухваткам, ты уже капитан…
— Да, сэр, в самую точку.
— Что ж, попробуем тебе помочь, капитан Форт. На роль исполнителя у меня есть хорошая кандидатура.
60
Дорога была скверная, на ней то и дело попадались булыжники, ямы с водой и упавшие деревья, через которые внедорожник перескакивал играючи, однако дама на заднем сиденье морщилась и, вцепившись в сумочку, бросала по сторонам недоуменные взгляды, тогда как водитель тайком разглядывал ее в зеркало заднего вида, особое внимание уделяя высокому бюсту и голым коленкам.
Дама была из дорогих, и водитель понимал, что не посмеет обмолвиться с ней даже словом, не рискуя тут же получить в морду, а то и схлопотать пулю, ведь он возил таких людей, которые не раздумывая пускали в ход пистолет.
Его не всегда об этом предупреждали, но часто он догадывался.
Обычно его утренняя разнарядка звучала примерно так: «Эй, Лирник, сегодня отвезешь одного человека. Он парикмахер. Вот по этому адресу — тут все написано…»
А потом к нему в машину садился такой бизон, что хотелось доставить его поскорее и бежать подальше.
Но в этот раз Лирник был доволен. Он посадил пассажирку на железнодорожной станции, чемодан при ней оказался совсем маленький, и ругаться она была не приучена. Лишь сказала что-то вроде «да поезжай уже, грязнуля!». Но это же не ругательство, это так — словесный оборот.
Машину подбрасывало на каждом ухабе, пассажирка подпрыгивала вместе с сиденьем, и Лирник ловил этот момент в зеркале, кусая губы и надеясь хоть раз увидеть ее белье. Небось дорогущее! Одни ее часики тянули на целый внедорожник, а еще сережки, цепочка с кулончиком, ну и сукно на пиджачке — сразу видно, не солдатское сукно, мануфактурное.
— Смотри же на дорогу, урод! Мы сейчас куда-нибудь врежемся! — воскликнула пассажирка на очередном ухабе, и Лирник понял, что сладился.
— Прошу прощенья, мадам, смотрю на дорогу… — заверил он, и они поехали ровнее, хотя ему очень хотелось взглянуть на ее коленки. Ох и дамочка! Ох и стоит!
От шоссе до рыбачьего домика езды всего-то было минут сорок. Казалось, что любой простак забредет сюда с дороги, но Лирник знал, что все не так просто и здесь имелась засада для тех, кто не понимал вывески «Проезд запрещен, частная собственность». И сунься сюда посторонний, мигом оказался бы в озере вместе с машиной.
Как-то Лирник решил здесь порыбачить, пока главный с пассажирами свои дела прокручивал. Рыбачил-рыбачил, да и вздумал понырять с маской. Так с первого нырка насчитал три автомобиля с пассажирами в багажнике, но никому, конечно, ни слова, ни полслова. Даже коллегам и друзьям, чтобы самому не оказаться на дне озера. Так-то.
У домика под каштанами машину встретил Бек. По мнению Лирника, страшный человек. По его глазам не догадаешься, о чем думает, да и пистолета при нем нет, только узкий кинжал на поясе. Страшный человек.
— Здравствуйте, мисс Роджерс! Хорошо доехали?
Бек сам открыл дверцу и поклонился, но Лирник
видел, что эту мадам он не любит. Сказать больше — презирает.
— Не кривляйся, — буркнула пассажирка и, выйдя из машины, зашагала к домику.
«Ох и задница! Ох и рулит!» — мысленно восхитился Лирник, пока совсем рядом не увидел лицо Бека.
— Тебе чего?! — испугался он.
— Ничего, — ответил Бек. — Жди.
61
Танжер встретил агента в большой комнате, сидя возле камина за большим, накрытым скатертью столом, на котором стояли коньяк и белое вино «гинасси». Именно его обычно предпочитала Грейс.
Из закусок было блюдо с жареной озерной рыбой, кислый соус, вазочка со свежими булочками и рыбный бульон, сваренный из щучьих плавников.
Танжер знал все прихоти своих агентов. По крайней мере — самых важных.
— О, Джефри! — воскликнула она и, раскинув руки, бросилась ему на шею.
— Обожаю тебя, дорогая, — сказал он, прижимая ее к себе. Такая у них была игра.
Потом они по-родственному поцеловались, и Танжер усадил гостью в кресло, а сумочку она поставила рядом — на пол.
— Как доехала? Здесь ведь не очень хорошие дороги.
— Как видишь, доехала, но твой шофер все время пытался увидеть мои трусы.
— Он шофер, ему простительно. Немного «гинасси»?
— Да, если тебя это не затруднит… — через силу улыбнулась Грейс. Она знала, что ни в чем не может отказать этому человеку. Во-первых, потому, что она его любила, во-вторых — Грейс прочно сидела у него на «крючке» и одного его слова хватило бы, чтобы она села в тюрьму до конца жизни. Ну, а в-третьих, он хорошо ей платил.