— А если бы не инструкция, ты бы не обогнал? — ухмыльнулся младший агент.
— Конечно, нет… Смотри, теперь мы их снова видим. Сможешь связать с «канарейкой»?
— Легко, камрад! — воскликнул Бонифаций и включил рацию. — Эй, кто там на приеме? Мы «клест-два», сидим на хвосте у объекта.
— А это точно объект? — усомнился мужской голос с «канарейки».
— Ясен пень, что это он и есть!
— Это малоинформативное сообщение. У вас в машине есть другой агент?
Бони передал рацию товарищу, и тот ответил:
— Привет, Винсент, как твои дела?
— Нормальны мои дела, Фриц. А что у тебя случилось — выдали новое животное?
Обмен происходил по громкой связи, и Бони все слышал.
— Да, выдали новое, — ответил Фриц, косясь в сторону напарника. — Нет, алфавит знает и даже умеет читать. Не так быстро, как хотелось, но все же…
Потом Фриц передал все, что было нужно, получил встречную информацию и закончил передачу.
— Ты унизил меня, Фриц, — заявил Бони, когда они проехали еще километров пять. Идущий впереди внедорожник все так же подпрыгивал на неровностях и поднимал пыль, но Бони эти километры казались переходом в другое измерение, ведь он узнал, что думают о нем другие!
— Наплюй, камрад, они же не знают, какой ты прекрасный товарищ, насколько ты умен и все такое…
— Ты… действительно так думаешь?
— Действительно, Бони, — ответил Фриц, хотя говорил это уже много раз. Ну а почему бы и нет? Его же не убудет.
Некоторое время они ехали молча. Фриц вел машину, а Бони поглаживал под мышкой кобуру с новенькой «девяткой». Фрицу такое поведение напарника совсем не нравилось, за время службы он многое повидал и уже знал, о чем заговорит напарник в следующую минуту.
— А вот скажи, Фриц, команда «фалькон», она что означает — ликвидацию?
— Ну допустим, — с неохотой отозвался Фриц, крутя баранку и объезжая выступавшие из земли валуны. Тардионы лихо неслись по ухабам, у них была военная всепроходимая машина, а вот ему приходилось смотреть в оба: одна ошибка — и картер вдребезги. А это означало сход с дистанции и запрос на замену, а начальство этого не любило. В лицо никому не высказывало, но у себя в блокнотике ставило галочки.
— Фриц, а если мы сами все обустроим, нам за это премия будет?
— Конечно, будет, если обустроим. Но если влезем не в свое дело и не обустроим, все может закончиться хреново.
— Да?
— Точно тебе говорю… — не глядя на напарника, пообещал Фриц. Такое в его карьере тоже случалось. Взять хотя бы историю Манфреда. Совсем короткая получилась история.
— Ну и что тут за проблемы? Мы их догоняем, ты равняешь корпуса, а я делаю два выстрела — и привет. Ты же знаешь, как я стреляю, Фриц!
— Я знаю, как ты стреляешь, Бони, но это может быть даже не объект, а просто ловушка…
— Как это?
— Иногда противник затевает акцию по прореживанию нашей агентуры. Запускает цель, похожую на настоящую, дурачки вроде тебя сразу на нее бросаются, выравнивают корпус и — получают пулю.
— Так бывает, Фриц? — поразился Бони. — Так действительно бывает?
— Что за глупые вопросы, парень? Ты что, первый день работаешь в разведке?
— Две недели…
— Ах да, забыл, — кивнул Фриц. — Одним словом, здесь не любят выскочек, понимаешь? Поэтому вся операция поделена на этапы, где все делают профессионалы.
— Я понял, Фриц, — сказал Бони и вздохнул. Его теория молниеносной карьеры позорно рушилась.
Джек вошел в номер и не поверил своим глазам. По сравнению с тем, что им предлагали за те же деньги в Пальмере, это был президентский номер.
— Ну ни хрена себе, Тедди! Такая роскошь, даже не верится!
— Да, Джек, в маленьких городах имеется собственная прелесть. Посмотри на пыль на ТВ-боксе, этот номер не сдавался полгода. Отсюда и все остальное. Провинция… Милая провинция.
— Мне нравится. Кровать у окна — моя!
— Да пожалуйста, — пожал плечами Хирш. — Давай лучше обсудим, куда пойдем вечером — на дискотеку или в клуб «Сандвич»?
— А в чем разница? — спросил Джек, падая на кровать и прикрывая глаза, чтобы лучше прочувствовать мягкость матраца.
— Ну, сам-то я не знаю, но говорят, в «Сандвиче» насчет пожрать и выпить получше будет.
— А на дискотеке?
— Там бабы.
— Хочу, где бабы…
— Тоже мне новость. Я и не сомневался, капрал Стентон. Ну и что теперь — пройдемся по городу или ты ляжешь спать?
— Давай пройдемся, заодно покажешь мне ту часть, где гуляют тардионы.
— Город слишком маленький, Джек, поэтому здесь все общее. Никаких разделений не существует.
— Ни хрена себе! — воскликнул Джек, поднимаясь с облюбованной кровати.
— Ты удивлен?
— Не то слово, Тед… — признался Джек. — Раньше мы как-то обходили друг друга стороной. А в центре Пальмера я переходил на другую сторону улицы, чтобы не встречаться с парнями из Аркона.
— Постой, Джек! А эта артиллерия снова с тобой? — спросил Хирш, указывая на выглядывавший из-под куртки Джека ствол револьвера.
— Ну разумеется. Только прежний револьвер я посеял, и Берт выдал мне новый — двенадцать и семь миллиметра.
— А почему такой огромный калибр?
— Берт сказал, что другого нет, а совсем без оружия я в город ходить опасаюсь. Ты же понимаешь?
— Что «понимаешь», Джек? На тебя охотились на старом месте, а здесь тебя никто не знает. Неужели так трудно это понять?
— Понять это просто, Тедди, но револьвер ничуть не помешает. Правда, отдача у него… Даже пальцам больно.
— Ладно, я уже понял, что ты потащишь это железо в дискотеку, ну и хрен с тобой. Главное, предупреди меня, когда тебе приспичит палить из этой штуки.
— Разумеется, Тедди, — пообещал Джек и улыбнулся. Он вспомнил тот случай в Пальмере, когда его атаковали прямо в гостинице, да еще собственные земляки! Позже он обдумывал это не единожды, пытаясь восстановить картину боевых действий, но всякий раз убеждался в том, что действительно встретил земляков с родной планеты.
Однако было в этом что-то унизительное. Он уже давно привык к враждебности арконов — по-другому и быть не могло, но свои ребята с Карбагана… Здесь это выглядело каким-то оскорблением.
— Может, закажем чего-нибудь выпить, а? Я бы попробовал хереса, много слышал, но ни разу не пробовал, что думаешь, капрал?
— Ну закажи. Мы можем себе это позволить.
Херес Джек и Тедди пили с обеда до половины девятого и, вполне довольные собой, отбыли на такси к дискотеке «Ливербай», находившейся на другом конце города.
Когда такси остановилось возле заведения, Хирш растолкал Джека, который успел заснуть и теперь хлопал глазами, не понимая, где он и что от него требуется.
— Мы прибыли, Джек! Выгружайся!
78
На дискотеке было здорово, Джеку все сразу понравилось — не слишком громкая музыка, много девушек и совсем мало «вмазанных», которые обычно падали на столики в самый неожиданный момент и портили вечер.
Столики и барная стойка располагались на небольшом возвышении, а внизу, в полумраке, среди волн искусственного дыма и вспышек стробоскопов, покачивались пары — звучала медленная композиция.
Джек с Хиршем заметили свободный столик и стали пробиваться к нему сквозь ароматы духов.
Когда они сели, рядом, словно из ниоткуда, вынырнул распорядитель.
— Господа, этот столик стоит двадцать ливров…
— Не проблема, Гектор, — сказал Хирш, отдавая распорядителю деньги.
— Вообще-то я Александр, — заметил тот.
— Проехали уже…
— Э-э… Может, чего-нибудь принести?
— Давай чего-нибудь слабоалкогольного. Найдешь?
— Не вопрос, господин военный.
Распорядитель исчез, и вскоре на столике оказались
два больших бокала с коктейлем из апельсинового ликера и игристого вина со льдом.
— Ну что, надо снимать девочек, — сказал Хирш, когда они наполовину выпили коктейли и пропустили три медленные композиции. — Смотри, какой здесь выбор!
Выбор действительно был. Джек даже приметил шатенку лет восемнадцати, которая постреливала глазами в его сторону и поигрывала трубочкой от закончившегося коктейля. По всему было видно, что она с двумя подружками здесь впервые и, скорее всего, приехала из фермерской деревни, сэкономив на школьных завтраках, чтобы купить билет на автобус.
На шатенке было золотистое платье, а ее грудь вздымалась, как танкер на высоких волнах. Эти девушки стремились в Лоусон после окончания школы, чтобы запастись приключениями до следующего года, а может, и до самого замужества, — это как пройдет. Увлеченный наблюдением за шатенкой, Джек не заметил, как к одному из столиков подошел неброский с виду человек, улыбнулся девушкам и положил на стол двести ливров.
— Дорогуши, этот столик нужен мне для проведения дня рождения.
Девушки удивленно переглянулись. Они пришли сюда без особой надежды, отдали двадцать ливров, а теперь им предлагали — двести!
Подруги переглянулись и захихикали. А незнакомец положил сверху еще двести ливров.
— Ну что, крошки? Меняемся?
И «крошки» не стали больше раздумывать — схватив четыреста ливров, они соскочили с возвышения в танцевальный зал. Сегодня был их день.
Как только столик освободился, за него, отодвинув Пайсера, села Грейс. Она была в своем лучшем боевом оснащении — самая короткая юбка, самая открытая кофточка и все такое прочее.
Охранники на входе потеряли дар речи, пока она проходила мимо, а официант с полным подносом врезался головой в колонну.
Грейс положила ногу на ногу и легким движением смахнула на пол пустые стаканы, которые тотчас бросился подбирать официант.
— Чего желаете? — спросил появившийся рядом распорядитель.
— Сок давай, скотина, — капризно произнесла Грейс и взмахнула ресницами.
— Сейчас же будет, мисс! Какой вы предпочитаете?
— Давай ананасовый. И чтобы там лёдик плавал, — захныкала она, имитируя завсегдатаев подобных заведений. — Люблю с лёдиком…
— Одну секунду, королева! Сейчас все будет!