Одним из руководящих принципов в развитии литературных языков социалистических наций СССР должен быть принцип народности и доступности языка. Литературный язык надо обогащать за счет неисчерпаемых источников народной речи. Творец языка – народ. Он шлифует язык, сохраняя в нем ценное, яркое, красочное, точное, меткое. И этими жемчужинами народной речи необходимо обогащать наш литературный язык, особенно стиль художественной литературы.
А.М. Горький, великолепный знаток русского слова, настойчиво советовал литераторам не забывать «коренного речевого русского языка. Иногда нужно почитывать былины, сказки и вообще хорошо знать язык, которым говорит масса. В нем очень много звучного, емкого.
Сейчас на всех участках нашей огромной страны происходит этот процесс реорганизации языка, процесс стирания некоторых слов, полного их уничтожения, появления на их месте новых слов.
Наряду с этим идет огромный процесс создания совершенно новых словесных форм, новых пословиц, частушек, басен… Все это нам следовало бы собрать» (Несобранные литературно-критические статьи, стр. 176 – 177).
А.Н. Толстой рассказывает, что он только тогда обрел настоящий русский язык, когда обратился к источникам народной русской речи, к коренному русскому языку.
Язык русской художественной литературы нашего времени качественно отличается от дореволюционного. Наша литература обогатилась блестящими в смысле языка и стиля произведениями А.М. Горького, М. Шолохова, А. Фадеева, А. Толстого, К. Федина и других. Современный русский язык отражен в них во всем своем блеске и красоте.
Но наряду с этим имеется немало и таких произведений, которые нуждаются в значительном улучшении со стороны языка и стиля, так как написаны они неряшливо, с массой грамматических и синтаксических ошибок. Не следует забывать того, что теперь художественные произведения читают миллионы трудящихся и на их образцах учатся литературному русскому языку, овладевают его богатствами. Вот почему в настоящее время неизмеримо возросла ответственность писателя: он стал учителем миллионов трудящихся. Воспитывая советских людей в коммунистическом духе, он учит их и литературному языку.
В связи с этим одной из неотложных задач является изучение языка советской художественной литературы. В свое время А.М. Горький указывал, что литературная критика мало обращает внимания на язык, недооценивает значение слова, как основного материала литературы. Критика почти не занимается разбором и оценкой языка художественных произведений. Лингвисты тоже отошли от современности. Поэтому с изучением языка советской художественной литературы дело обстоит неблагополучно. Об этом свидетельствует и тот факт, что за последние 10 – 15 лет мы не имеем ни одной серьезной научной работы в этой области. Дискуссия должна сделать перелом в этом отношении, обратить внимание критиков и языковедов на изучение языка и стиля современной художественной литературы.
Оригинальное явление представляет публицистический стиль современного русского литературного языка. Никогда за всю свою историю этот стиль не достигал такого расцвета, как в советскую эпоху.
Точность, ясность, правдивость, принципиальность – вот основные качества языка большевистской публицистики.
Замечательную характеристику языка и стиля произведений Владимира Ильича дал товарищ Сталин. «Только Ленин умел писать о самых запутанных вещах так просто и ясно, сжато и смело, – когда каждая фраза не говорит, а стреляет» (Соч., т. 6, стр. 53). И дальше товарищ Сталин говорит, что в речах Ленина – «необычайная сила убеждения, простота и ясность аргументации, короткие и всем понятные фразы, отсутствие рисовки, отсутствие головокружительных жестов и эффектных фраз, бьющих на впечатление…» (там же, стр. 55).
Образцом точного, ясного, сжатого научно-публицистического стиля являются статьи, доклады и речи И.В. Сталина. М.И. Калинин – хороший знаток русской речи и превосходный оратор – говорил: «Вот если бы спросили меня, кто лучше всех знает русский язык, я бы ответил – Сталин. У него надо учиться скупости, ясности и кристальной чистоте языка» (О вопросах социалистической культуры, стр. 105).
Богатые дореволюционные традиции (Герцен, Белинский, Добролюбов, Чернышевский), могучее влияние языка Ленина и Сталина, наличие прекрасных условий для общественных выступлений – все это привело к небывалому расцвету языка и стиля большевистской публицистики. А между тем язык ее до сих пор не изучен. По этому вопросу мы не имеем ни одной научной работы. Это серьезный недостаток в работе советских лингвистов.
За советский период колхозная деревня коренным образом изменилась в хозяйственном и культурном отношениях. Почти все советские крестьяне грамотны. Книга, кино, радио, газета вошли в повседневную жизнь нашего колхозного крестьянства. Коммунистическая партия и советская власть неуклонно повышают культурный уровень колхозных масс. Изменилось и сознание колхозного крестьянства. Теперь крестьянин – не темный и забитый мужик, напичканный суевериями, как это было при царизме, – а сознательный гражданин своей страны, разбирающийся в политических событиях.
В связи с этим произошли и огромные изменения в языке колхозной деревни. Отличительные особенности говоров и наречий, унаследованные от феодального периода, исчезают: диалекты перестраиваются, сближаясь с литературным языком. Но эти новые процессы в языке колхозной деревни еще не стали предметом исследования советских языковедов. Наши лингвисты по старой традиции все еще изучают архаическое в диалектах и мало интересуются новым. Поэтому мы и не имеем ни одного серьезного исследования того нового в языке колхозной деревни, что порождено социалистическими условиями жизни и социалистическим сознанием. Это тоже большой недочет в работе советских лингвистов.
Дискуссия по основным вопросам советского языкознания должна улучшить не только изучение общих проблем, но также и разработку теоретических и практических вопросов современного русского языка и других национальных языков Советского Союза.
20 июня
От редакции
Продолжаем публиковать статьи, поступившие в «Правду» в связи с дискуссией по вопросам советского языкознания. Сегодня мы печатаем статьи И. Сталина «Относительно марксизма в языкознании», проф. П. Черных «К критике некоторых положений „нового учения о языке“».
И.В. Сталин.Относительно марксизма в языкознании
Ко мне обратилась группа товарищей из молодежи с предложением – высказать свое мнение в печати по вопросам языкознания, особенно в части, касающейся марксизма в языкознании. Я не языковед и, конечно, не могу полностью удовлетворить товарищей. Что касается марксизма в языкознании, как и в других общественных науках, то к этому делу я имею прямое отношение. Поэтому я согласился дать ответ на ряд вопросов, поставленных товарищами.
Ответ. Нет, неверно.
Базис есть экономический строй общества на данном этапе его развития. Надстройка – это политические, правовые, религиозные, художественные, философские взгляды общества и соответствующие им политические, правовые и другие учреждения.
Всякий базис имеет свою, соответствующую ему надстройку. Базис феодального строя имеет свою надстройку, свои политические, правовые и иные взгляды и соответствующие им учреждения, капиталистический базис имеет свою надстройку, социалистический – свою. Если изменяется и ликвидируется базис, то вслед за ним изменяется и ликвидируется его надстройка, если рождается новый базис, то вслед за ним рождается соответствующая ему надстройка.
Язык в этом отношении коренным образом отличается от надстройки. Взять, например, русское общество и русский язык. На протяжении последних 30 лет в России был ликвидирован старый, капиталистический базис и построен новый, социалистический базис. Соответственно с этим была ликвидирована надстройка над капиталистическим базисом и создана новая надстройка, соответствующая социалистическому базису. Были, следовательно, заменены старые политические, правовые и иные учреждения новыми, социалистическими. Но, несмотря на это, русский язык остался в основном таким же, каким он был до Октябрьского переворота.
Что изменилось за этот период в русском языке? Изменился в известной мере словарный состав русского языка, изменился в том смысле, что пополнился значительным количеством новых слов и выражений, возникших в связи с возникновением нового социалистического производства, появлением нового государства, новой социалистической культуры, новой общественности, морали, наконец, в связи с ростом техники и науки; изменился смысл ряда слов и выражений, получивших новое смысловое значение; выпало из словаря некоторое количество устаревших слов. Что же касается основного словарного фонда и грамматического строя русского языка, составляющих основу языка, то они после ликвидации капиталистического базиса не только не были ликвидированы и заменены новым основным словарным фондом и новым грамматическим строем языка, а, наоборот, сохранились в целости и остались без каких-либо серьезных изменений, – сохранились именно как основа современного русского языка.
Далее. Надстройка порождается базисом, но это вовсе не значит, что она только отражает базис, что она пассивна, нейтральна, безразлично относится к судьбе своего базиса, к судьбе классов, к характеру строя. Наоборот, появившись на свет, она становится величайшей активной силой, активно содействует своему базису оформиться и укрепиться, принимает все меры к тому, чтобы помочь новому строю доконать и ликвидировать старый базис и старые классы.
Иначе и не может быть. Надстройка для того и создается базисом, чтобы она служила ему, чтобы она активно помогала ему оформиться и укрепиться, чтобы она активно боролась за ликвидацию старого, отживающего свой век базиса с его старой надстройкой. Стоит только отказаться надстройке от этой ее служебной роли, стоит только перейти надстройке от позиции активной защиты своего базиса на позицию безразличного отношения к нему, на позицию одинакового отношения к классам, чтобы она потеряла свое качество и перестала быть надстройкой.