бы должны дать некие спонсоры. Я ведь понимаю, что значит спонсор - с ним расплачиваются государственной услугой. Под резиденцию собираются оттяпать что-то около 1000 га от заповедника, расположенного на берегу. Но, правда, кому-то этот кусочек принадлежит или входит в какую-то структуру, которая собирается это действие обжаловать. В эфире прозвучало имя сына беглого банкира Смоленского. Но зацепило меня не это. Я вспомнил, что два наших грандиозных чемпиона Олимпиады Никита Крюков и Александр Панжинский - воспитанники детской спортивной школы. Наверняка, это - некий реликт, оставшийся от советской власти. Вот если бы строить не новые резиденции, как Петергоф или Версаль, а строить скромненькие школы и плавательные бассейны, то и на Олимпиадах будет не так грустно.
Утром все-таки преодолел себя и сначала записался, а потом и пошел к врачу. Все было как обычно, и, естественно, оказался у меня сильный бронхит. Опять удивил врач, пожилая уже дама Наталья Львовна Смирнова. Опять она взяла меня за ухо и повела на рентген, потом сама же пошла смотреть снимки, а в заключение наградила меня кучей лекарств. В прописи, которую она сделала, было шесть названий, и это к трем моим обязательным препаратам.
По дороге в поликлинику и обратно прочел новый рассказ Романа Сенчина в «Новом мире». Достаточно простое по языку и не очень закрученное по сюжету произведение. Некий преуспевающий, уже не очень молодой, но все же скромный профессор едет на конференцию в один из областных городов. Как бы по обработанной схеме присутствие на заседании, знакомство с молодой дамой, как бы почти запланированная любовная сцена, но отвлекаться на одну маленькую победу времени нет, поэтому с такими же, как и он, немолодыми учеными жуирами герой отправляется на следующий день в сауну, где молодые дамы уже как бы в меню. Собственно, это и все; возвращается к себе в город, в дом, к жене, детям; теперь опять несколько месяцев рутинной работы. Такая же и дама-доцентша, с которой наш герой встречается. Все такие. Жизнь затоптала, и нет ни возможностей, ни сил сделать ее другой. Рассказ называется очень точно: «Все нормально». По своей внутренней структуре этот рассказ Романа очень напоминает его чуть ли не первый большой рассказ, как я помню, напечатанный в «Знамени», - «Афинские ночи». Герои с тех пор сильно повзрослели.
Вернувшись домой, в этот день уже не работал, а начал читать большой обзор Льва Данилкина в «Новом мире», потом смотрел по Discovery интересный фильм об устройстве быта в эдварианскую эпоху: господа, имение, слуги, быт, еда, образ жизни. Фантастика, как интересно! Как всегда у англичан, высокая точность быта и документальность деталей. В том же «Новом мире» прочел разгромную статью по поводу «Царя» Павла Лунгина. Фильм я, правда, не смотрел, но сама попытка залезть в угодья Эйзенштейна беспокойна и самонадеянна!
20 февраля, суббота. В городе невероятный снегопад. Видимо, снег шел всю ночь, на машинах, видно из окна, шапки в двадцать - двадцать пять сантиметров.
Прочел Аллу Дубинскую, ее фантастическую повесть. Как все-таки расплодился Гарри Поттер! Но дело даже не в этом, Булгаков тоже чувствуется, и иногда он нашей дипломнице кое-что подсказывает. Но, к сожалению, повесть без переработки допускать до диплома нельзя. Со стилем довольно неважно. И дело даже не в серьезной стилистической переработке, а в жесткой редактуре. Эпитеты, словоупотребление, согласование, более простой синтаксис. Я думаю, что Анашенкову - он руководитель - надо сесть и страницу за страницей прорядить.
21 февраля, воскресенье. Утром проснулся в полном отчаянии. Всю ночь сквозь сон думал о смерти и о том, как мало сделано! Все время снится Валя, а теперь еще отец, Юра и мама. Почему я не могу и не решусь наладить свою жизнь и организовать ее! Во всем этом, конечно, сказывается, в первую очередь, неудовлетворенность собственной литературной жизнью. А разве такая уж веселая другая? Вспомнил Валю, ее отчаяние по утрам, и, как она делала всегда, собрал себя в кулак и снова начал жить. Ну что, дружок, начнем с привычных действий - будем пить лекарства, выздоравливать и жить, пока Господь терпит нас на этой земле.
Чтобы как-то себя привести в порядок, начал разбирать бумаги, т.е. как-то группировать и раскладывать по папкам и полкам. Я хорошо помню совет Блока - во всем нужна немецкая аккуратность. Я пытаюсь достигнуть ее всю жизнь, потому что у меня ум немца, но это не получается, потому что душа русского.
Днем, когда что-то делал на кухне, вдруг чуть-чуть, будто открывалась, стукнула, вернее в створе колыхнулась входная дверь. Это означало, что кто-то вошел в подъезд, и воздушной волной тронуло все двери в доме. Я по старому инстинкту подумал: пришла Валя. Так много раз бывало, она раздевалась, и со словами «ку-ку» входила в кухню. Но, может быть, это все дурной сон или сон во сне, и она действительно войдет. Сразу захлопает холодильник, заскворчит сковородка на плите, и я снова стану молодым.
Выходил во двор, чистил машину. Снега за два дня на крыше не меньше полуметра.
Вечером смотрел короткометражки Озона и дочитывал статью в «НМ».
22 февраля, понедельник. Разбирая еще вчера газеты, я нашел в «РГ» занятную статью под названием «Бульварная история». Об ограблении дочери киевского мэра в Париже. И здесь самое время что-то сказать об Украине. Самое главное, что при всей украинской любви к разборкам на любом уровне на государственном они временно прекратились. Проиграв выборы с небольшим отставанием от Януковича - Украина почти поделена по убеждениям и привязанностям пополам - дама с косой, памятуя успех оранжевых разборок, сделала несколько попыток поднять народ, закрутить майдан, но потом успокоилась и даже отозвала свой иск к политическому противнику из суда. В результате чего она сделала такой маневр - неизвестно. Скорее всего, кто-то нашептал ей, скажем, что российская прокуратура сможет снова открыть закрытое нынче дело о воровстве или довести до внимания публики какую-нибудь ее новую проделку, но есть факт - она пока угомонилось. Однако Украина слишком веселая страна. Итак, дочку - есть фото, - дородную даму, ограбили. Произошло это в Сен-Дени, районе, хорошо всем известном, здесь не только усыпальница французских королей, но еще и один из самых боевых, а можно сказать и черных районов Парижа. Какой-то молодец, в то время когда машина дочки киевского батьки стояла у светофора, разбил у «Мерседеса» окно и выхватил сумку. Началась погоня, из сумки выпала пачка купюр - 10000 долларов, но похитителя не нашли. Пропускаю, как типичный и малоинтересный момент, что, по словам славной дочки, в сумке было драгоценностей на 4,5 миллиона евро. Вот что значит, деньги нажиты непосильным трудом! Теперь самое интересно. Ну, что дама в рекордный срок получила новые документы в посольстве и улетела на родину - это интересно, но не слишком. Могут, когда хотят. А вот что на родине в мэрии советница мэра факт ограбления дочки опровергла, вот тут и стоит порассуждать. Молодцы, киевляне, чему-то они у нас научились! Я вспомнил, как в свое время, когда ограбили вице-спикера Думы Любовь Слиску, она, откровенная тетка, всем об этом порастрепала, кто, что и когда подарил. Ясно, конечно, что такого изобилия бирюлек на зарплату не накупишь. Вот и лишилась места. А киевляне молчат. Что для них какие-то 4,5 миллиона! Для нас это тьфу, мелочь, мы еще не столько наживем, было бы почетное и выборное место! Ах, Париж! Прошлый раз, когда я там был, я поражался рассказам гида, как легко тратил деньги какой-то другой киевский олигарх.
Из той же газеты за пятницу - Медведев снял с должностей шестнадцать милицейских начальников, это все генералы, руководители региональных управлений и два замминистра. Когда я увидел по телевизору их лица, я просто обалдел: раскормленные, сытые и ленивые люди. И последнее: казанский «Рубин» разгромил в 1/16 Лиги Европы команду из Израиля. Казанцы забили в ворота противника три безответных мяча. Пишу об этом только потому, что вспомнил свое разочарование, когда наша сборная как-то играла с израильтянами и мы с треском проиграли. Тогда я кому-то сказал: послали бы лучше казанский «Рубин».
Весь день собирался пойти на Лакшинские чтения, но в последний момент почувствовал себя плохо и испугался все-таки тлеющей болезни. С некоторым чувством естествоиспытателя по-настоящему ощутил себя старым человеком. Старику все время хочется спать.
23 февраля, вторник. Мне не отвертеться, придется 25-го делать доклад о литературе в Университете у Вл. Лукова. Но я и так уже давно в поле подготовки к этому докладу, хотя волнуюсь отчаянно.
День Защитника Отечества ознаменован, естественно, мужскими поступками. Во-первых, к счастью, наши девушки, которые в России традиционно сильнее мужчин, заработали на Олимпиаде в эстафете по биатлону золотые медали. Днем по радио «Эхо Москвы» передали странную информацию, которая не идет у меня из головы. Выступая после своего проигрыша, Плющенко - здесь он держался достойно и мужественно - в интервью «ляпнул», что, дескать, фигурное катание - вещь, конечно, изящная, но мы - мужики, и в спорте должен побеждать сильнейший. Имеется в виду, что сильнейший - тот, кто крутит четыре оборота, как он сам, а тот, кто получил золотую медаль, четырех оборотов не крутит. Американцы, прочуяв во всем этом достаточно обычном выступлении нечто оскорбляющее их толерантность к сексуальной неоднозначности, намекнули, что Плющенко может оказаться без визы в Америку. Ну, дело понятное. Сказал ли я, что Плющенко в своем интервью допустил слово «мужики», в противовес как бы «не мужикам».
Слово «мужики» стало у нас расхожим. Но вот о чем я подумал. За последнее время пить водку - так мужики, банк, администрация, начальство - везде мужики. А мужиков, которые бы пахали и косили, ковали сталь и доставали из-под земли уголь, - таких вроде бы и не осталось. Впрочем, современное общество называет их даже не мужиками, а так, разная чухня