Приехал, когда все еще спали. Мою комнату не заняли. Хотел было поспать, но заснуть уже не смог и «пошел в поле» - подвязывал помидоры, поливал грядки, то есть занимался разработкой своего старого телесного механизма. День оказался длинным; многое успели сделать до меня, а главное, - я что-то пописал, почитал. Удалось сторговать и машину дров - как оптовому и постоянному покупателю дали скидку: за пять кубометров не десять тысяч рублей, а лишь девять. Заправили два баллона газом. Газ по сравнению с прошлым годом сильно подорожал - 1 220 рублей. Вот что значит быть страной с почти неограниченными запасами газа.
Около четырех Володя повез С.П. на вокзал, а я с приданным для работ Сашей по кличке Колпучи принялся вычищать гараж. Дело это не пустое, работа не механическая, ведь каждая вещь в гараже имеет свою историю. Однако история может и закопать - разного мусора, никому не нужных вещей, не востребованных иногда двадцать с лишним лет, вывезли и выбросили на свалку аж две машины! Когда был молод, хранить что-то, пожалуй, было просто необходимо, теперь же это стало бы никому и ни для чего не годным хламом.
7 мая, пятница. Вишня и слива уже расцвели, скоро уже зацветет яблоня. Весь белым полыхает сад моей соседки напротив. Но вот уже несколько лет, как она умерла. Ходят слухи, что ее участок кто-то купил «про запас», чтобы вложить деньги, но пока никто здесь не появлялся, сад зарос и теперь в каком-то кладбищенском беззвучии полыхает белым и розовым. Утром не только поел свою невкусную, хотя и полезную пищу, но еще до двенадцати, до того как привезли дрова, полил все грядки и долго занимался сначала чтением на английском, по новой методике Ильи Франка. Затем от руки написал несколько страниц текста в книжку о Вале. Некие сладкие чувства протекают через меня, когда я вспоминаю нашу молодую жизнь. Поднимается время и многие, уже полузабытые, обстоятельства и предметы.
В двенадцать часов огромный грузовик доставил нам пять кубометров березовых дров. Самосвал выкинул поленья прямо на дорогу, и задачей стало, прежде чем начнут съезжаться дачники, перекидать все на участок, а уж потом, по возможности, убрать на место, вглубь участка. Вот тут и говори о русском, не любящем работать, народе! Пьющие наши ребята как стали в двенадцать, так за четыре часа все перекидали и сложили, не разгибая спин. В первом ряду поленоносильщиков и складовщиков действовала Маша, которая встала раньше ребят часика за полтора и хорошо почистила землю под кустами смородины. Видя такое радение, я не смог не расщедриться и не послать Володю за пивом. С определенным напряжением и сам я, под песни военных лет, которые вовсю распевало радио, покидал с ними дрова с дороги минут сорок. Хорохорился, но под пылающим сегодня солнцем это было не очень легко.
Что касается знакомых мне песен, то и в этот раз, как и в прошлые года, их исполняют разные современные «певуны». Естественно, далеко не всегда получается хорошо. Полагаю, что на эдакое музыкальное сопровождение отпускаются немалые деньги, и деньги с успехом между близкими людьми распределяются. Каждый эстрадный певец считает себя в праве здесь отметиться. Долина, ты прекрасная джазовая певица, ну так и пой на здоровье легкую музыку! Вокально-инструментальные новации погребают под собой оригинал. Мне так были близки эти песни в исполнении их первых интерпретаторов! Сколько замечательных исполнителей уже позабыто! Не перепоешь с «Синим платочком» Клавдию Ивановну Шульженко, как не перепоешь и знаменитого тенора той эпохи Георгия Павловича Виноградова. «Соловьи, соловьи…»
Вечером ждем С.П., который сегодня весь день читал лекции. Будет грандиозная баня, в холодильнике стоит ведерко шашлыка.
Из долгов. Пора начинать делать словник к Дневнику за 2004 год. Звонил Леша Козлов, уже поправленную рукопись он оставит для меня на институтской вахте. На очереди пьеса семинариста И.Л. И еще короткая рукопись Нелюбы. Удивляет она меня тем, что производит впечатление начитанной, умной девочки, а на четвертом курсе сдает как зачетную за год работу чуть ли не меньше десятка страниц! В одном я здесь могу быть уверенным - в рукописи не будет ни одной грамматической ошибки.
8 мая, суббота. На даче пробыл до обеда, а после полетел в столицу. Как ни странно, дорога оказалась почти свободной. За два часа добрался до Москвы и сразу же по прямой покатил в институт.
Выписывать имена из текста Дневника, зная, какая это трудоемкая работа, начал уже вечером. Вечером же для разрядки принялся читать рассказ Сережи Шаргунова «Вась-вась». Рассказ напечатали в «Новом мире». Какие они, все эти молодые современные писатели, разные! И Сережа, конечно, среди них один из самых лучших. Может быть, он - единственный со своим собственным стилем и одновременно таким глубоким видением и чувствованием, когда мир в его слове весь расщеплен на психологические атомы. Все имеет свою душу и психологию: не только люди, но и природа, и дома, и предметы быта, - все дышит, переговаривается и исходит из человека. Сюжет немудреный: молодой муж приезжает на дачу к жене и новорожденному сыну. И при этом практически никакого внешнего действия. Правда, в конце рассказа покусали героя собаки. Сергей, как и многие его ровесники в современной прозе, не скрывает, что герой - это он, Сергей Шаргунов. Можно сказать, что тут он предельно искренен, но так ли это - не знаю. Пожалуй, одной только искренности для литературы маловато.
По Discovery смотрел какой-то английский фильм о жизни в тылу Второй мировой войны небольшой и очень простой семьи. Какая жалость, что у меня плохая память и на названия, и я почти не узнаю лица актеров! В центре фильма женщина-мать, у которой сын ушел на фронт, ее отношения с мужем, ее общественная, женская работа; вдобавок ко всему она еще пишет дневник. Здесь все сделано не так, как в нашем военном и послевоенном кино. Прекрасно, подлинно и с удивительной достоверностью. В связи с этим подумал я о том, что кино наше, много занимавшееся военной и околовоенной темой, все еще заражено огромным количеством штампов. Как уже начали раздражать эти слезы точно в назначенное время, эти символические пейзажи и лица с заранее известным выражением! А здесь жена плотника - в изящной шляпке!
За последнее время что-то во мне меняется относительно духовного понимания искусства, но я уже слишком стар, и выльется ли это во что-нибудь или нет, я не знаю.
9 мая, воскресенье. Естественно, в половине десятого включил телевизор. До этого долго читал лежа Шерлока Холмса на английском, впервые замечая за собой, что с удовольствием не только стараюсь запомнить слова, но и разбираю грамматические построения. Затем активировал компьютер, чтобы продолжить работу над словником, а потом и телевизор. Утро и у нас во дворе, и на Красной площади выдалось чудесное. На всякий случай положил рядом - для записей - лист бумаги.
Все проходило почти по тому же сценарию, как и при Путине. Так же гостей собирали сначала в Кремле, и потом уже они появились на трибунах на Красной площади. Кое-кого я узнавал - в частности, таджикского президента. Была Ангела Меркель, и, полагаю, все это отметили с удовлетворением - все-таки ведь и существование современной Германии является следствием общей победы над фашизмом. Не видел я ни Януковича, ни Лукашенко, которые, конечно, были заняты тем же, но у себя в уделах. С грустью пишу это, потому что до сих пор считаю, что родина у нас у всех общая. Разве что лишь у начальников и новых президентов наших родина у каждого своя - историческая. Не было и президента Обамы, сославшегося на давно запланированную встречу в университете, на которую он чуть ли не год назад дал согласие. Но тут же стоит заметить: что бы я ни написал дальше, не перебивается общим чувством. Очень часто, глядя на происходящее, я плакал, все время слезы подступали к глазам.
Открывал парад штатский, никогда не служивший даже в молодые годы в армии, министр обороны Сердюков. Вместе с начальником Московского гарнизона в роскошном лимузине он объезжал выстроенные войска. К концу церемонии лицо бодрого министра было влажным от напряжения. Я обратил внимание, как во время министерского приветствия войск сжималась в кулак рука начальника гарнизона генерал-полковника Валерия Герасимова. Но лицо его было почти бесстрастно. Хорошее русское классическое лицо.
Невероятно трогательна церемония выноса Государственного флага и Знамени Победы. С изяществом балетных премьеров шли через всю площадь солдаты. Для моего внутреннего строя символическим показалось, что на утреннем ветерке знамя Победы как-то колыхалось, а трехцветное знамя России, сделанное, видимо, из более тяжелого и долговечного материала, просто свешивалось с древка, без какого бы то ни было движения. Забегая вперед, должен отметить, что в строевой выправке с того времени, когда служил я, что-то произошло. Будто пытаемся вспомнить что-то павловско-прусское. Будто не можем забыть виденный в детстве в кино королевский войсковой ритуал.
С некоторой грустью отмечаю, что у сводных полков уже другие, какие-то оперные, с большим широким крестом, знамена. Правда, советские знамена не пропали, но я их, наверное, просто не разглядел в «трефовой» общей массе.
Речь президента Медведева прозвучала с опорой на мужественность. Он отчетливо чеканил слова, опуская иногда взгляд к бумаге. «Эта война сделала нас сильной нацией». Формула интересная, но спорная. Сильной нацией мы были всегда.
После президентской речи грандиозный оркестр сыграл все тот же, что и 65 лет назад, гимн. Меня также не могло порадовать, что с самого начала парада зазвучало прекрасное слово - товарищи! Эх, если бы побольше взяли из прошлого, то и повеселее бы шли вперед!
В этом году парад не открывали, как обычно, юные барабанщики. Говорят, министр Сердюков посчитал, что нагрузка на детский организм слишком велика. А может быть, и потому, что все соответствующие училища, кажется, отошли к министерству образования. Такое элитное образование, как суворовское, нахимовское и детское военно-музыкальное не должно быть не приватизировано. У наших новых буржуа далеко не все в порядке с воспитанием непослушных наследников, а родная армия, как известно, перемелет все.