у 7 гиней в счет стоимости дюжины полотняных рубах, которые он купил мне в Голландии. При дворе я представил его герц[огу] Орм[онду] и нескольким лордам. Кроме того, я ухитрился сегодня сделать так, что лорд-казн[ачей] подошел ко мне (как раз когда рядом со мной стоял Парнел) и осведомился, не доктор ли это Парнел, после чего обратился к нему с чрезвычайной обходительностью и пригласил к себе домой. Я весьма горжусь тем, что благодаря мне министры добиваются знакомства с Парнелом, а не Парнел — с ними. Его поэма почти полностью выправлена и скоро будет напечатана. Но вот, на сегодня, пожалуй, и достаточно. Осталось только упомянуть, что я побывал нынче в Сити у моего типографа и внес кое-какие поправки в «Экзаминер», посвященный навету на моего приятеля Льюиса, о чем будет рассказано с соответствующими пояснениями. [Ноци, МД].
1 февраля. До сегодняшнего дня мне никак не удавалось закончить номер «Экзаминера» насчет этой истории с Льюисом, но нынче утром типограф пришел ко мне домой и я продиктовал ему то, что следовало, а потом пришел мистер Льюис и выправил все соответственно своему разумению. Вот только мне не удалось из-за этого побывать ни в церкви, ни при дворе. Герц[ог] Орм[онд] и я обедали у лорда Оркни. Я ушел от них в 7 и посидел немного с сэром Э. Фаунтейном, у которого очень тяжко воспалилась нога; он намерен поехать лечить ее во Францию. Полюбуйтесь, уже неделя прошла, а я все еще не исписал и одной стороны листа. Да, но ведь я же посылаю теперь письма только раз в три недели; впрочем, это будет отправлено раньше. Сессия парламента должна была начаться 3, однако ее отложили еще на 3—4 дня, потому что королева слегла: у нее приступ подагры, да и оба спикера тоже нездоровы, хотя один из них — лорд-хранитель печати — уже почти поправился. Я много беседовал с герц[огом] Орм[ондом] касательно Ирландии. Мы несколько расходимся с ним во мнениях, да мне и трудно теперь судить об ирландских делах, но завтра я скажу лорду-казн[ачею], что втроем мы можем так или иначе уладить их. [Копойной ноци вам, судалыни, и рюбите БДГП].
2. Несколько дней тому назад я получил письмо от Молль Гири[988], которая именуется теперь миссис Уигмор; ее благоверный стал священником, и по сему случаю она желает, чтобы я выхлопотал ему у лорда-казн[ачея] приход, только и всего. Я просто не удостою ее ответом, хотя она очень этого добивается; она все еще живет в Фарнхеме и зарабатывает на пропитание шитьем. Весь день нынче, не переставая, лил дождь; ко мне заехал Дилли, который собирался в Сити, и так как он был в карете, я решил протрястись вместе с ним, тем более, что это не стоило мне ни фартинга. Благодаря этому я встретил моего друга Стрэтфорда, негоцианта, он собирается за границу, чтобы взыскать долги и получить таким образом возможность рассчитаться со своими кредиторами. Он стал уговаривать меня отобедать с нашими общими приятелями коммерсантами, поскольку до его отъезда мы с ним больше не увидимся, так я и сделал. Я рассчитывал повидать вечером лорда-казн[ачея], но оказалось, что в 5 часов он куда-то уехал, а потому, навестив еще кое-кого из друзей, я возвратился домой. Мне надлежит теперь ответить на большую часть вашего письма, но нынче вечером я все же не стану этого делать, что бы вы там ни говорили. Завтра соберется парламент, однако сессию опять отложат[989] на две недели, каковым обстоятельством очень многие, я думаю, и притом не только виги, будут весьма раздражены; ведь им придется торчать в Лондоне неизвестно чего ради. И все же нам необходимо прежде получить ответ из Испании для полной уверенности в том, что все готово к подписанию мира. Одному богу известно, получим ли мы этот ответ до конца месяца. Положение дел до крайности шаткое. Мы постоянно продвигаемся черепашьим шагом. Я устал от этого. [Ноци, МД].
3. Сегодня собрался парламент, но сессия, как я уже говорил, снова была отложена. Я заметил несколько нахмуренных лиц и слышал выражения недовольства. Думаю, что с французами никаких разногласий больше не возникнет, ведь все пункты касательно нашей с ними торговли теперь улажены, хотя они и были весьма не прочь обвести нас вокруг пальца, не придержи мы их вовремя. Ответ же, которого мы ожидаем из Испании, поможет нам предупредить еще кое-какие их мошеннические поползновения: они ищут лазейку, чтобы получить возможность вести торговлю с испанской Вест-Индией. Надеюсь, однако, нам удастся этому воспрепятствовать. Обедал у лорда-казн[ачея], который был в весьма хорошем расположении духа. Я дал ему прочесть ту часть рукописи моей книги[990], в которой представлен его характер, обрисованный довольно-таки смело. Он стал читать и собственноручно править, но как раз в это время к нему пришел епископ Сент-Дэвида, назначенный теперь епископом Херефордским, и помешал нам. Я ушел в девятом часу и просидел потом до полуночи вместе с еп[ископом] Клогерским у ректора. [Ноци, МД].
4. Был нынче при дворе, где старался держаться подальше от лорда-казн[ачея], потому что получил уже приглашение на обед к герц[огу] Орм[онду], у которого, как мне кажется, съел и выпил больше, нежели следовало. Вечером я посидел сначала с леди Мэшем, а потом с лордом Мэшемом и лордом-казн[ачеем]. В последний год, как вы помните, я бывал у лорда Мэшема ежевечерне. У леди Мэшем я застал леди Джерси[991]; она уже давно добивается знакомства со мной, и кончилось тем, что я пообещал прийти к ней на днях на чашку шоколада. Едва ли, однако, я выполню свое обещание (вы заметили? — я только что починил перо); не могу сказать, чтобы она была мне особенно симпатична. Но особа она весьма зловредная, поэтому, я думаю, с ней следует все же поддерживать хорошие отношения. Это письмо мне, видимо, не удастся отправить раньше следующей субботы, а посему я решил ответить на ваше. Поскольку из вашего письма не видно, что вы писали его несколько дней, а начало помечено 3 января, то выходит, оно шло довольно долго. — Я вовсе не писал доктору Когиллу, что не желал бы получить какое-нибудь освободившееся место именно в Ирландии, я написал, что вообще ничего для себя не просил где бы то ни было, и это истинная правда. Я назвал лорду-казначею, лорду Болинброку и герц[огу] Ормонду доктора Стерна как человека, заслуживающего епископата, и сделал это от чистого сердца. Не знаю, что из всего этого воспоследует, могу только по величайшему секрету сказать вам одно: я взял с герц[ога] Орм[онда] обещание, что он не станет рекомендовать кого бы то ни было, не сказав об этом прежде мне; это необходимо по ряду причин, о которых было бы слишком долго здесь говорить. Моя голова все еще не совсем в порядке, а болезнь [беебсс] до глубины души меня огорчает. Надеюсь все же, ее головка годится хоть на [сто-нибудь]. На остальное я отвечу зав[тла. Копойной ноци…… длаг[оценные] судалыни МД].
5. Продолжаю ответ на ваше письмо. Обедал нынче с сэром Э. Фаунтейном и ректором, а потом играл с ними в ломбер и остался в выигрыше, хотя сэр Эндрю играет превосходно. Позднее пришел лорд Пемброк, и я пересказал ему 3 или 4 довольно жалких каламбура Дилли, которые непременно начинаются с «если». Так-с, но обратимся все же к вашему письму. Лазлешите-ка взглянуть. Нет, полагаю, что я не скоро теперь примусь еще что-нибудь сочинять и не буду печатать того, что уже написал. — [Марам БСС … вы…….]. Вот уже не предполагал, что вы расскажете обо всем Филби. [Вы] так […….]. Объезжать епархию поочередно? Это еще что такое? Что ж, в таком случае я прочитаю столько же проповедей и совершу столько же объездов за м[исте]ра Уоллса. — Молю господа, чтобы он поправил здоровье беебсс; мое — оставляет желать много лучшего. Я перестал пить воды Спа; у меня из-за них распухла нога. [Ноци, длагоценнейшие МД].
6. Нынче день рождения королевы, и, пожалуй, его еще никогда не отмечали с такой пышностью; не видал я и такого обилия роскошных туалетов. Я отправился в Сент-Джеймс, чтобы поглядеть на все это, а потом обедал у лорда-хранителя печати, где наряды дам прямо-таки блистали великолепием. Вечер я провел у миссис Ваномри и довольно рано возвратился домой, чтобы еще немного ответить на ваше сипмо. Да хранит господь королеву: дней десять тому назад она была очень тяжко больна: у нее приключились колики в животе. По пути от лорда-хранителя печати я наведался к лорду-казн[ачею], мне сказали, что он был нынче очень нарядный, чего с ним прежде никогда не бывало. Оказалось, что он и впрямь надел по такому случаю кафтан и камзол, богато расшитые. С ректором я, конечно, с тех пор видался и довольно-таки часто, однако ни разу не просил его переговорить с Темплами касательно Дэниела Кора[992] и впредь не собираюсь этого делать; да и с какой стати. Парвисолу я недавно написал. Вы хорошо сделали, передав ему, чтобы он потрудился представить мне отчет. Как вижу, в Ирландии все дорожает, кроме зерна, продаваемого священниками, потому что, насколько я могу судить по отчету Парвисола, мои доходы в нынешнем году сильно сократились. [Копойной ноци, длаг[оценные] плоказницы].
7 [? 8].[993] Был нынче при дворе, однако никаких нарядов, сшитых ко дню рождения королевы, уже не видел. Вельможи не имеют обыкновения надевать их больше одного-двух раз. Обедал я у леди Оркни, а вечер просидел с сэром Э. Фаунтейном; с ногой у него то лучше, то хуже. Не забудьте, пожалуйста, известить меня, когда ДД понадобятся деньги, и всегда старайтесь уведомлять меня об этом заблаговременно. Это письмо вряд ли будет отправлено раньше субботы; сказать вам по правде, я не совсем сейчас здоров и не отваживаюсь трудиться слишком уж усердно, а посему разрешаю по утрам приходить ко мне в гости, а в дневные часы где-нибудь обедаю и сижу с друзьями. Лорд-казн[ачей] сердится, если я не обедаю с ним хотя бы раз в 2 дня, а уйти от него рано мне никогда не удается. Вчера, например, он продержал меня почти до двенадцати. Вот уже больше двух месяцев, как у нас постоянно идут дожди, и я