На соседней дорожке с ластами и досочками разминались Кира и Яна.
– Стефа, из-за скорости у тебя страдает техника, – заявил Данила.
А Кира передразнила, изобразив руками мельницу.
– Убожество!
Я хотела ей хлестко ответить, как уже привыкла, но Данила меня опередил, строго проговорив:
– Кира, давай без оскорблений. Каждый старается в меру сил, ты лучше последи за собой и движением ногами, халтуришь. Работай интенсивнее.
Хоть он и поставил ее на место, проплывая мимо нее, я едва слышно сказала:
– Строишь ему глазки ты лучше, чем плаваешь!
– Греби отсюда, – процедила Кира.
Моя душа стала чем-то вроде Марсова поля, где горел Вечный огонь. Во мне горел и не утихал огонь войны.
Порой я удивлялась всегда спокойной и уравновешенной Лие, ее хладнокровие было поистине пугающим. Она никогда не шла в лобовые атаки, она молча разворачивалась и уходила, но ее ледяной взгляд, брошенный напоследок, обещал новую встречу, которая не принесет оппоненту ничего хорошего.
Прощаясь в аэропорту со мной, подруга обняла меня и попросила: «Надевая по утрам маску крутой девчонки, постарайся не забывать ее снимать хотя бы на ночь, а то ты потом не отдерешь ее уже!»
Я заверила, что при моем отъезде все маски останутся здесь, а домой приеду я – та самая.
Но с каждым днем мне было сложнее снимать эту маску…
После тренировки мы с Лией вышли из школы вместе. Через пять минут нас догнал Данила.
– Стефа, я тебя провожу.
Это был не вопрос. Лия попрощалась, а мы вышли на набережную и остановились, любуясь спящим под снегом каналом. На домах висели длинные и прекрасные сосульки, в воздухе летали мелкие крупинки снега.
Данила привлек меня к себе.
– Весь день хотел это сделать. – Его поцелуй пришелся мне в одну щеку, затем в другую.
– Какие хорошие у тебя желания.
Он опустил глаза.
– Ты ничего не знаешь о моих желаниях. Но это к лучшему.
Я ждала, что он меня еще поцелует, даже прикрыла глаза и подставила ему губы, но Данила взял меня за руку.
– Пойдем, провожу!
Я была разочарована, но виду не подала. Сперва хотела его предупредить, но потом передумала, решив, будь что будет.
Так и вышло. У подъезда меня ждал Денис. Мы договорились вместе посмотреть сайт института, куда он хотел поступить, и какие экзамены нужно сдавать.
Братья обменялись короткими взглядами.
– Мы договорились, – негромко объяснила я Даниле.
Тот кивнул и уже хотел уйти, но внезапно потянул меня за руку к себе и долго с чувством поцеловал. Чем ввел меня в краску.
А Денис фыркнул, небрежно обронив:
– Да не надо так уж демонстративно клеймить ее.
Данила проигнорировал его слова и шепнул:
– До завтра.
– А хочешь зайти? – сама себя изумила я. – Мы с Денисом будем…
– Вряд ли Дена это устроит, – оборвал Данила.
Я посмотрела на Дениса, тот дернул плечом.
– Да мне все равно!
– Тогда идем! – решила я и, коснувшись рукава куртки Дениса, вошла в подъезд. Предложив пойти ко мне, я не подумала, что поставила гордого Дениса в неловкое положение. И сообразила это лишь, когда увидела, как медленно Денис на костылях поднимается по лестнице.
– Вы можете идти вперед, – предложил он.
И я совершила еще одну ошибку, заявив:
– Да ничего, мы не торопимся.
Он наверняка не хотел, чтобы брат видел его таким беспомощным и слабым, но я утратила чуткость и поставила всех нас в неловкое положение. Девушка с вскруженной от любви головой не способна качественно выполнять еще и функцию «Дружба».
Плохой подругой я оказалась.
Когда же мы поднялись на нужный этаж, я открыла дверь в квартиру и сказала:
– Отца дома нет, раздевайтесь, мальчики, – и обернулась на братьев. Глаза обоих были вытаращены.
Раздалось характерное покашливание. Передо мной стоял Андрей, сложив руки на груди.
– На пару слов… дочка.
Я смутилась. Представляя, как двусмысленно прозвучали мои слова.
Скинула сапоги, и мы с Андреем прошли в кухню, я только и успела крикнуть:
– Ребята, проходите в мою комнату.
Отец прикрыл дверь и уставился на меня так, слово застукал меня с братьями не на пороге, а на диване под одеялом.
– Ну чего ты так смотришь? И вообще, почему ты дома?
– Простудился и пришел пораньше. – Он приподнял брови. – Ну и?
– Что? – развела я руками.
– Не надо строить тут наивность! Как часто, пока меня нет, ты приводишь в квартиру парней?
– Что? – еще громче воскликнула я. – Ты с ума сошел? Они просто пришли в гости. Будем сидеть в компе и чай попьем!
– Знаю я таких гостей!
– Ты сейчас судишь по себе? Очнись, мне пятнадцать, зачем, по-твоему, я их привела?
Андрей раздраженно тряхнул головой.
– Хотел бы я знать. Но теперь я понимаю, о чем мне говорила твоя подружка.
– Какая… Таня? Что она тебе сказала?
– Чтобы я последил за тобой. Не знаешь, с чего бы?
Я застонала. Надо же, какие неприятности могут доставить несколько незначительных слов.
– Не знаю. Она считает, что я изменилась. Хватит мне выносить мозг. Я пригласила друзей, что в том такого?
– Ничего, если тебя не смущает, что я здесь.
– Не смущает!
– Отлично! Зови их!
– Зачем? – встревоженно заморгала я.
– Чай пить, зови-зови… – Его взгляд мне не понравился, предостерегающий и тяжелый. – Ну что? Сама позовешь, или это сделать мне?
– Сама.
Я пошла в комнату за своими гостями, но, услышав, что братья разговаривают, остановилась за дверью.
Денис насмешливо говорил:
– Серьезно, Даня? Как давно ты сменил свои вкусы на девчонок? Помнится, это были брюнетки с грацией пантер, на высоченных каблуках и с внушительным бюстом, скажем так, не пловчихи и не домашние овечки.
– Люди меняются, – тихо ответил Данила.
– Не настолько.
– К чему ты? Хочешь рассорить меня со Стефой?
– Хочу лишь понять, что вы делаете.
– Зачем? У тебя какой интерес? – ощетинился Данила.
– Она мой друг.
– И мой тоже.
Они замолчали. Я вошла и как можно веселее сказала:
– Идемте пить чай!
Я устроилась с парнями на диване, Андрей поставил себе напротив нас табурет и уселся на него, взяв чашку в руки и согревая об нее ладони. После недолгого, но тщательного осмотра он бестактно спросил:
– И кто из вас двоих встречается со Стефой?
Братья переглянулись, и пока они молчали, Андрей предположил:
– Или вы по очереди?
– Андре-ей, – прошипела я.
– Я, – признался Данила.
– И ты, конечно, понимаешь, что ей пятнадцать? – уточнил Андрей.
– Да, – затряс головой Данила, – абсолютно.
– Тебе-то самому сколько?
– Восемнадцать.
– Без пяти минут девятнадцать, – поправил Денис.
Андрей хмыкнул.
– Вроде парень видный, ты девушку нормальную найти себе не можешь?
– Андрей! – Я вскочила.
– Сядь, Стефа, – рявкнул отец.
Я рухнула на диван и испепеляла Андрея взглядом, только ему было хоть бы что.
А Денис неожиданно засмеялся.
– Что смешного? – поинтересовался Андрей.
– Да я вот и сам думаю, чего мой брат прицепился к вашей дочери? Я-то понятно, калека, переписка, прогулки на костылях, просмотр сериалов. А он – здоровый лоб, мало того, тренер в школе, где Стефа учится! Что, интересно, об этом думает директор?
Я потрясенно уставилась на Дениса.
– Что ты несешь? Денис!
Он пожал плечами.
– Твой отец имеет право знать, какой чепухи Даня тебе навешал. Не хочу, чтобы ты укатила в свой Харабали брюхатой, как твоя мать.
– Денис, – слабо повторила я, а затем посмотрела на Андрея, тот был в ярости. Его ноздри раздувались, взгляд был прикован к Даниле, который, кажется, даже не дышал.
Данила медленно поднялся и, посмотрев на брата, процедил:
– Поверить не могу, что больше двух лет мучился из-за нашей ссоры.
– Ты называл это ссорой? – недоуменно изогнул одну бровь Денис. – Мило!
Проходя мимо Андрея, Данила промолвил:
– Простите, я лучше пойду. У меня с вашей дочерью ничего не было серьезнее поцелуев. До свидания!
И он вышел.
Я вскочила и, пробормотав: «Вы идиоты!», – выскочила в коридор.
Но Данила уже ушел, оставив входную дверь чуть приоткрытой.
Я сунула ноги в сапоги, накинув шубу, выскочила из квартиры и побежала по лестнице. Я догнала его у парадной.
– Даня, подожди, пожалуйста! Извини за это…
Он смотрел на меня хмуро и молчал.
– Ну скажи что-нибудь! – жалобно попросила я.
– Что тут скажешь?
Я в отчаянье топнула.
– Ну хотя бы… Ты считаешь, что поцелуи – это несерьезно? Да? Для тебя это ерунда?
– Стефа, – вздохнул он.
Я шагнула к нему и обняла за шею, заглядывая в его серые глаза.
– Денис дурачится! Хочет сделать тебе больно, как ты сделал ему, не навещая его! А мой отец… да ну его, он вообще не имеет права мне указывать!
– Стефа, я, – вновь попытался он что-то сказать, но я заставила его замолчать поцелуем.
Но прежде удостоверилась, что Андрей с Денисом заняли у окна удобные наблюдательные пункты.
Глава 17От аферы до измены
С того дня Данила часто провожал меня до дома после школы, у парадной мы встречали Дениса и втроем шли ко мне.
Братья практически не общались, за исключением колких реплик, которыми они иногда обменивались.
Я терпела, была их другом, посредником, переводчиком и этаким проводником тока. Признаться, я раньше думала, что стоит им побыть вместе, вспомнится былое, и они помирятся. Я была наивна. Не понимала, насколько они были когда-то близки и какая пропасть разрослась между ними за эти годы отчуждения. За несколько молчаливых встреч такое расстояние не преодолеть. Я запуталась и не знала, как мне их помирить.
Мне очень хотелось поговорить с кем-нибудь, спросить совета. Но Таня была далеко, по скайпу о таком не поговоришь. Да и подружка витала в отношениях с Максом, она могла болтать о нем часами. Таня вообще считала, что мне не нужно лезть не в свое дело, постоянно напоминала, что я скоро уеду домой и Питер останется в прошлом. Ей было не понять, чего я так переживаю. И чем меньше дней оставалось на календаре до отъезда, тем сильнее меня раздражали напоминания подруги. А Лию привлекать в отношения этих двух упрямцев было бы ошибкой. Мало того что трагедия на крыше частично разыгралась из-за нее. Так она еще и не знала о моей дружбе с Денисом. Мне до сих пор приходилось ей врать, когда я встречалась с ним, а не с ней. С Андреем после допроса, который он устроил Дане, я держалась прохладно, поэтому советов его не ждала. А маму мне не хотелось волновать.