у Кругу. Крауч–старший, после того как сын сбежал, запустив в небо Метку, не придумал ничего лучшего, чем выгнать своего домового эльфа – Винки. Идиот. Эльфы знают о всех тайнах своих хозяев, и могут о многом поведать миру. Нужно успеть перехватить домовуху и оттащить ее в Хогвартс, попросив Альбуса пристроить ее где-нибудь на кухне. А как красиво Крауч наехал на Поттера. Я бы даже поверил, если бы точно про сынулю не знал. Вот что Поттер за человек? Как он умудряется всегда оказываться в центре событий? Причем, как обычно, не один.
Сейчас Барти–младший, вероятно, несется на всех парусах, искать своего господина. Пусть ищет. Вдвоем с Хвостом они что-нибудь придумают. Мы при случае поможем им. Точнее нет, не так. Вдвоем с Хвостом они блестяще реализуют план придуманный и пока еще не озвученный Темным Лордом.
Вот только мать его жалко. Это ведь она под обороткой в камере осталась. Ей помогли уйти. Быстродействующий яд в пище избавил несчастную женщину от страданий. Она умерла во сне, совершенно не мучаясь. Еще одна смерть на моей совести.
Я посмотрел на звезды. Алекс, мне не по себе. Сейчас события принялись развиваться стремительно. У нас есть год. Потом мы просто перестанем контролировать ситуацию, и война действительно станет войной. Я внезапно вздрогнул. А если бы все действия Темного Лорда были пущены на самотек? Ой, что-то я сомневаюсь, что сейчас в Британии царил бы мир и благоденствие. Лорд далеко не дурак, был по крайней мере. Все-таки был от меня толк в Ближнем Круге. Был. Я так сумел его переключить на Поттера, что даже сейчас в разговорах с Хвостом он постоянно поминает Гарри всуе. Или Гарри Поттер – это у него теперь матерное ругательство?
Наконец, толпа убралась. Авроры – делать вид, что работают, Крауч – Винки выгонять, а Уизли – детей домой отправлять.
Но все-таки как? Как сорок человек сумели сотворить такое?
Мой взгляд снова прошелся по Метке. Я покосился на Мальсибера.
– Рей, ты готов?
– К этому нельзя быть готовым, Сев. Но я не подведу. – Рейнард внезапно обхватил себя руками за плечи, словно замерз.
– Пошли уже искать этого преданнейшего слугу Темного Лорда. Пока он опять чего-нибудь не натворил.»
– Рей, – тихо прошептал Малфой, – я не понимаю. Лорд никогда не применял семейные заклинания на членах семьи, которым они принадлежат. Что тогда произошло, что он пытал тебя твоим же заклинанием? И не говори сейчас о том, что ты ушел из Рода и к тебе это не относится. Ушел – не ушел, но кровь-то осталась прежняя. Насколько мне известно, родовые заклятия завязаны на крови и не применяются против "хозяина". И зачем ты ему показал его? Ты же ему право пытать все свое семейство этим разрешением дал. – Люциус смотрел на Мальсибера округлившимися глазами.
– Это был не Лорд. – Коротко бросил Рей, даже не глядя на своего друга.
– Но, никто не может применить это заклинание против тебя, кроме Лорда и…
– Главы Рода.
– Но…
– Люциус, заткнись уже а? Перси, не молчи.
«Малфой нашелся в лесу. Он просто спал на полянке, укутавшись в плащ. Его сон охранял Драко. Я с трудом сдержался, чтобы не разбудить его хорошим пинком.
– Где твоя мать? Нарцисса же была с вами. – Спросил я у Драко.
– Она ушла еще до окончания матча. Ее кто-то вызвал по амулету и она сразу ушла. – Гоблины. Такие амулеты дают они своим клиентам, на непредвиденный случай. Видимо что-то произошло, надеюсь, что не очень страшное.
– Как давно твой отец отдыхает?
– Давно уже, еще до того как группа в лагерь вошла, он пришел и просто завалился здесь. – Голос Драко был напряжен. – Здесь грифы были: троица неразлучная. Все бежать обратно в лагерь хотели. Я кое-как убедил этих придурков, что Грейнджер там не место. Да еще и отца прикрывать приходилось. Крестный, что с ним? Ты знаешь?
– Да, Драко. Знаю. У него это скоро пройдет. – Я потрепал Драко по макушке. – Где портключ до Мэнора?
– Я его сломал, случайно. – Драко виновато потупился. – Когда отца поудобнее укладывал.
Ага поудобнее укладывал. Ты, наверное, хотел мне сказать, когда этот боров просто стал на тебя заваливаться, и тебе пришлось тащить его в кусты, маскировать, а потом еще и охранять его покой драгоценный. Конечно, ты случайно портключ сломал. Как ты, случайно, шею себе не свернул?
Тяжело вздохнув, я поднял с земли какую-то ветку и быстро соорудил портключ в Малфой-мэнор.
– Держи. Пароль активации – имя твоей матери. Иди спать, с твоим отцом мы сами разберемся.
Драко взял палку и, активировав портключ, исчез. Мальсибер задумчиво посмотрел на то место, где только что стоял младший Малфой. Затем повернулся ко мне:
– А ведь мальчишка много знает, придется ему память подчистить.
– Не дави на больную мозоль. К концу этого учебного года Драко забудет и про тебя, и про Францию, и про Отдел. Многое он забудет. – Я вздохнул. Безумно жалко Драко. Мы вычеркнем из его жизни фактически несколько лет, но по другому нельзя.
– Тотальный Обливиэйт? – С сомнением спросил Мальсибер.
– Нет, разумеется. Блоки на определенные участки поставлю и все. При очень сильном потрясении они спадут и Драко все вспомнит. Или я сам их уберу, когда все закончится.
– Это насколько сильным должно быть потрясение, что ты даже общение мальчишки с Лордом за таковое не считаешь? – Рей криво усмехнулся.
– Сильное, Рей. Очень сильное.
– Что будем делать с этим? – Мальсибер осуществил мою мечту, несильно пнув Люциуса в бок. – Вот ведь, козел. Наложил Империус на первых встречных, что-то внушил им, а сам свалил в кусты, причем в прямом смысле этого слова.
В это время Люциус зашевелился и сел, глядя на нас мутными глазами.
– Очнулся? – Зло спросил я.
– А где это я? – Люциус с недоумением разглядывал окружающий пейзаж.
Мы с Рейнардом переглянулись.
– Озвучь, пожалуйста, что последнее ты помнишь? – Осторожно попросил я.
– Эм, я у Филиппа, и мы обсуждаем предстоящий финал чемпионата. Он ведь скоро состоится. Сев, я могу поехать на него. Я обещал Драко.
– Люц, финал закончился. Ты его посмотрел вместе с Драко, потом зачем-то заставил людей под Империусом устроить марш Пожирателей Смерти. Отправил их громить лагерь болельщиков, а сам пришел сюда и лег спать.
– Фу-фу-фу, Северус, зачем ты сейчас гадости обо мне говоришь? Как я мог что-то устроить такого масштабного и сам не участвовать? Не обманывай меня!
– Ну и что будем с ним делать? – Прислонившись к дереву, спросил я у Рейнарда.
– Похоже его вообще нельзя без присмотра оставлять. Франция уже не вариант. – Рей стоял у другого дерева и играл кинжалом.
Люциус переводил взгляд с меня на него и обратно.
– Послушай, Рей, а может мы его здесь сейчас сами закопаем? – Лениво поинтересовался я у Мальсибера, одновременно прокручивая в мозге места, куда можно было бы утащить этого придурка. – Так он гарантировано никуда уже не влезет.
– А что, это вариант. – Рейнард отлепился от дерева и направился в сторону Малфоя, все еще вертя в руке кинжал.
– Вы чего? Не подходите ко мне. Куда ты свои грабли тянешь? Убери эту железяку. Ай! – Малфой вскочил и резво отпрыгнул от Рея, который подходил к нему ухмыляясь и с явным намерением отрезать Люциусу что-нибудь важное.
Я решил присоединиться к веселью и достал свой кинжал.
Малфой, увидев все это безобразие, попятился. Мы не спеша подходили к нему с двух сторон. Когда наш сиятельный лорд уперся спиной в дерево, он вытащил свою трость из-под плаща и, выхватив из нее палочку, направил ее на нас.
– Лучше не подходите, уроды.
– И что же ты с нами сделаешь? – Промурлыкал Рей. – Ты же только Империус знаешь. Я его быстро сброшу, а на Сева он вообще не действует.
Пролетевший между нами странного цвета оранжевый луч, доказал нам, что все-таки Малфой знает больше, чем одно заклинание. То, чем он в нас запустил, я вообще не смог сразу идентифицировать.
– Ух ты, Люциус, что это было? – Рей тоже не понял, что это была за хрень и искренне восхитился.
– Не подходите ко мне, иначе, в следующий раз, заклятье полетит в тебя Рей. – Люциус говорил на редкость спокойно. Единственное, что выдавало то, что ему не по себе – это расширившиеся зрачки, заполнившие практически всю его светлую радужку.
Мы с Мальсибером как-то синхронно убрали кинжалы в ножны и остановились. Я прищурившись смотрел на Малфоя.
– А, скажи мне, мой недалекий друг…
– Почему недалекий? – Вскинулся Люциус. Палочку он так и не убрал, держал направленной в нашу сторону.
– Потому что – близкий. Так вот Люциус, ответь-ка мне на один вопрос: откуда у тебя палочка? Насколько я помню, палочку я у тебя конфисковал, а так же я конфисковал у тебя деньги, чтобы ты не смог купить себе новую. По словам Фила, в банк ты не ходил. Так где ты взял палочку?
– Ну какая тебе разница? – Люциус, наконец, убрал палочку обратно в трость. Он устало откинулся на ствол дерева и затем сполз по нему на землю.
Я остановился рядом с ним. Затем, плюнув на все, опустился на землю рядом с Малфоем. Рей последовал моему примеру.
Пару минут я размышлял: вот сидят рядом со мной два моих друга. Оба слегка контуженные этой гребанной жизнью. Один с нарушениями в психике, когда же он придет в себя окончательно? Второй – это вообще отдельный разговор. Сколько у него в душе намешано, даже Мерлин не разберет. Далеко не факт, что он вообще когда-нибудь расслабится полностью. Еще секунда ушла у меня на принятие решения.
– Так, слушаем мои распоряжения. Если хотите, принимайте их за самодурство, а ты, – толчок в бок Мальсибера, – можешь воспринимать их как приказ. Сейчас вы дружно беретесь за руки и аппарируете в мой дом. Молчать! – Прервал я вскинувшегося Рея. – Дальше, вы сидите там. С завтрашнего дня, Рейнард также берет за руку Люциуса и ведет его в Отдел. Там он приступает к своим обязанностям, а Люциусу мы придумаем занятие. У нас бухгалтер уже оборотнем воет, от нагрузки. Вот наш бюргер и будет ему помогать. Тихо! – Теперь я прервал уже Малфоя. – Я тебя даже официально у