Наконец, мы выскочили из земли вместе с отвратительным гейзером и благополучно приземлились на тротуар.
Пешеходы и полицейские отступили, тревожно вскрикивая, глядя на нашу грязную версию гейзера «Верный старик». Тормоза автомобилей визжали, и водители давали задний ход, упираясь друг в друга, пытаясь посмотреть на сие чудо.
Я высушил себя – полезный трюк – но от меня все еще жутко воняло. У Аннабет в волосах застряли старые ватные шарики, а к лицу прилипла обертка от конфеты.
– Это, – сказала она. – Было ужасно.
– С другой стороны, – ответил я. – Мы живы.
– И без кадуцея!
Я сгримасничал. Ага… одна маленькая деталь. Может гигант утонул… Тогда он исчезнет и вернется в Тартар (так мы побеждаем монстров), а мы сможем пойти и забрать кадуцей.
Это звучало достаточно разумно.
Гейзер утихомирился, после чего послышались ужасающие звуки слива воды вниз по туннелю, будто кто-то на Олимпе спустил воду в благочестивом туалете.
Тогда далекий змеиный голос заговорил в моей голове: «Ну, вы, блин, даете! Даже для меня, поедающего крыс, это было отвратительно».
«Он приближается! – предупредила Марта. – О, нет, кажется, он выяснил как…»
Взрыв сотряс улицу. Луч синего света выстрелил из туннеля, прорезая траншею по склону прямо к стеклянному офисному зданию, расплавляя окна и испаряя бетон. Гигант поднялся из ямы, от его велюрового халата шел пар, лицо было забрызгано слизью.
Он совсем не выглядел счастливым. В руках у него был кадуцей, теперь напоминающий базуку, вокруг которого обернулись две змеи со светящимися синими мордами.
– Ну… ладно, – послышался слабый голос Аннабет. – Что это еще такое?
– Это, – догадался я. – Лазерный режим.
У всех, кто живет в квартале Митпэкинг, я прошу прощения. Из-за дыма, мусора и хаоса, вы, вероятно, назвали бы его сейчас просто кварталом Пэкинг, поскольку многим из вас пришлось съехать.
Тем не менее, настоящим сюрпризом являлось то, что больший урон нанесли не мы.
Мы с Аннабет побежали, когда еще один луч синего цвета выдолбил канаву на улице слева от нас. Куски асфальта посыпались, как конфетти.
Позади нас, Какус закричал:
– Вы сломали мои фальшивые Ролексы! Они не водонепроницаемы, знаете ли! Из-за этого вы умрете!
Мы продолжали бежать. Я надеялся завести этого монстра подальше от невинных смертных, но это довольно трудно сделать в центре Нью-Йорка. Дорожный транспорт перекрыл улицы. Пешеходы кричали и бежали, куда глаза глядят. Двое полицейских, которых я видел ранее, пропали из виду, может быть затерялись в толпе.
– Парк! – Аннабет указала на навесные железные дороги парка Хай Лайн. – Если мы сможем отвести его подальше от…
БА-БАХ! Лазер ударил в соседний грузовик. Продавец выскочил из служебного окна с горстью шашлыков.
Мы с Аннабет побежали по ступенькам в парк. Вдалеке гудели сирены, но я не хотел втягивать в это полицию. Смертные равоохранительные органы все только усложнили бы, и сквозь туман, полиция могла бы даже подумать, что проблемы создавали я и Аннабет. Никогда нельзя быть уверенным на сто процентов.
Мы добрались до парка. Я попытался сориентироваться. При других обстоятельствах, я бы наслаждался видом на окрестности и сияющую реку Гудзон. Погода была хорошая. Цветочные клумбы сияли цветовой гаммой различных цветов.
Парк был пуст, возможно, потому что это был рабочий день или потому что посетители были умны и убежали, когда услышали взрывы.
Где-то под нами, ревел и бранился Какус, предлагая ошеломленным смертным большие скидки на слегка влажные Ролексы. Я полагал, что у нас было всего несколько секунд, прежде чем он найдет нас.
Я осмотрел парк, надеясь найти то, что могло бы помочь одолеть гиганта. Все, что я увидел – это скамейки, тротуары, и множество растений. Жаль, что с нами не было ребенка Деметры. Может быть, он смог бы запутать гиганта в виноградной лозе, ну, или превратить цветы в ниндзя, бросающихся звездочками. Я никогда не видел, чтобы ребенок Деметры проделывал такое, но это было бы здорово.
Я посмотрел на Аннабет.
– Твоя очередь выдать отличную идею.
– Я работаю над этим.
Она была прекрасна в бою. Я знаю, что это было сумасшедшей мыслью, особенно после того, как мы только что искупались в сточных водах, но ее серые глаза восхитительно искрились, когда она боролась за свою жизнь. Она была похожа на богиню, и, поверьте мне, я видел богинь. То, как бусинки из лагеря-полукровок обрамляли ее шею… Ладно, простите. Немного увлекся.
Аннабет указала:
– Там.
Примерно в ста футах от нас, старые железнодорожные пути расходились и образовывали платформу в форме буквы Y. Меньшая часть платформы заканчивалась тупиком – часть парка, которая пока находилась в стадии разработки. На гравии лежали куча цветочных горшков и мешки с почвой. Рука подъемного крана, которая должна была находиться на уровне земли, выступала за края перил. Высоко над нами, располагалась огромная когтистая клешня крана, вероятно, ее использовали, чтобы поднимать различные поставки для обустройства сада.
Внезапно я понял, к чему клонит Аннабет и почувствовал себя так, будто пытался проглотить монету.
– Нет, – сказал я. – Это слишком опасно. Аннабет подняла брови.
– Перси, ты же знаешь, что я хороша в этом.
Это была правда. Однажды я повел ее в Кони-Айленд поиграть в аркаду, и назад мы вернулись с целым мешком мягких игрушек. Но этот кран был огромным.
– Не волнуйся, – подбодрила она. – Я управляла куда большим оборудованием на горе Олимп.
Моя девушка – студентка-второкурсница, учащаяся на одни пятерки, полукровка, и – ах, да – в свободное время, главный архитектор по перепрофилированию дворца на Олимпе.
– Но сможешь ли ты запустить его? – спросил я.
– Ничего сложного. Просто замани его туда. Займи его чем-то, пока я не схвачу его.
– Ну, а потом что?
У нее на губах заиграла улыбка, заставившая меня обрадоваться, что я не был тем гигантом.
– Увидишь, если тебе удастся стащить кадуцей, пока он будет отвлечен, это будет отлично.
– Еще что-нибудь? – спросил я. – Может принести тебе немного картошки фри или чего-нибудь выпить?
– Заткнись, Перси.
– СМЕРТЬ! – Какус бушевал на ступеньках в парке, затем заметил нас и неуклюже пошел в нашу сторону, более медленно, с мрачной решимостью в глазах.
Аннабет побежала. Она достигла крана, перелезла через перила и полезла по металлической руке, как по обычной ветке на дереве. Затем она исчезла из виду.
Я поднял меч и столкнулся с гигантом. Его красный велюровый халат был разорван в клочья. Тапочки он потерял. Его рыжие волосы прилипли к голове, словно мокрая шапочка для душа. Он прицелился своей светящейся базукой.
– Джордж, Марта, – позвал я, надеясь, что они меня слышат. – Пожалуйста, выключите лазерный режим.
«Мы стараемся, милый!» – сказала Марта.
«У меня болит желудок! – кричал Джордж. – Кажется, он передавил мне животик!»
Я медленно начал отступать назад к тупику, приближаясь к крану. Какус последовал за мной. Теперь, когда я попал в ловушку, он, казалось, совсем не торопился меня убивать. Он остановился в двадцати футах от меня, прямо под тенью руки крана. Я старался выглядеть испуганным и загнанным в угол. Это было совсем не сложно.
– Итак, – зарычал Какус. – Скажешь что-нибудь на прощание?
– На помощь, – ответил я. – Епть. Ай. Ой. Как тебе? Ах, и еще одно: Гермес куда лучший коммивояжер, чем ты.
– Ууфф! – Какус опустил лазер.
Кран не двигался. Даже если бы Аннабет удалось запустить его, я удивлялся, как бы она увидела цель высоко оттуда. Вероятно, мне стоило подумать об этом раньше.
Какус почти выстрелил, когда кадуцей внезапно изменил форму. Гигант пытался убить меня с помощью кассового аппарата, но единственной вещью, выстрелившей оттуда, был бумажный чек.
«Фак еа! – прокричал Джордж в моей голове. – Очко в пользу змей!»
– Тупой посох! – Какус в отвращении кинул кадуцей на землю. Это был шанс, которого я так ждал. Я метнулся вперед, схватил посох, и прокатился под ногами гиганта.
Когда я поднялся на ноги, мы поменялись позициями. Какус стоял спиной к крану. Кран был прямо за ним, а клешня идеально расположилась над его головой.
К сожалению, кран все еще не двигался, а Какус все еще хотел меня прикончить.
– Ты потушил мой огонь этими проклятыми сточными водами, – прорычал он. – А теперь ты украл мой посох.
– Который ты незаконно украл, – ответил я.
– Это неважно, – Какус хрустнул пальцами. – Ты также не сможешь использовать этот посох. Я убью тебя голыми руками.
Кран сдвинулся с места, медленно и почти бесшумно. Я рассмотрел, что там были зеркала, зафиксированные по обеим сторонам руки, словно зеркала заднего вида в помощь крановщику. Серые глаза Аннабет отражались в одном из этих зеркал.
Клешня разомкнулась и начала опускаться.
– Вообще-то, Какус, у меня есть другое секретное оружие.
Я улыбнулся гиганту.
Глаза гиганта загорелись жадностью.
– Другое оружие? Я украду его! Я создам его копии и буду продавать подделки с целью получения прибыли! Что это за секретное оружие?
– Ее зовут Аннабет, – сказал я. – И она единственная в своем роде.
Клешня упала, ударив Какуса по голове и повалив его на землю. В то время как гигант лежал ошеломленный, она сомкнулась вокруг его груди и подняла Какуса в воздух.
– Ч-что это такое? – Какус пришел в себя на высоте двадцати футов. – Опустите меня!
Он извивался и бесполезно пытался изрыгнуть огонь, но ему удалось выплюнуть лишь несколько ошметков грязи.
Аннабет управляла подъемным краном, раскачивая Какуса туда-обратно и набирая обороты, пока гигант ругался и пытался освободиться. Я боялся, что кран перевернется под его весом, но Аннабет прекрасно им управляла. Она в последний раз качнула железной клешней и разомкнула ее, когда гигант находился в верхней части дуги.
– Ааа! – Какус, «проплыл» над крышами домов, прямо над Челси Пирс, и начал падать в сторону реки Гудзон.