– От тебя такого я не ожидал, – наконец придя в себя, сказал Ленчик и обиженно хлопнул дверью, выскочив из каюты. Он всегда так делал, когда Шура начинала задавать неудобные вопросы, строил из себя обиженную невинность, и потом уже не он, а она выпрашивала у него прощение за то, что могла плохо подумать о своем любимом.
Вот и сейчас он решил поступить именно так. Липкий страх окутал, как туман, видимо, произошел перебор адреналина настолько, что голова закружилась и захотелось кричать.
Глава 15. Кортик, везде кортик
Пока Женька приводил в чувства свою коллегу Катьку, а Аврора с Анной ждали его на палубе, чтобы провести очную ставку с Джоном, события начали происходить с неимоверной быстротой.
– Мне нужно с вами срочно поговорить, – мужчина выскочил словно из-под земли и зашептал на ухо Женьке. Делать ему это было трудно, потому как он был низкого роста и доставал молодому человеку только до плеча.
– Вы, – Женька пытался вспомнить имя мужчины.
– Яков Степанович Сиротин. Помните, вы вчера осматривали нашу с супругой комнату, когда мы искали тот злосчастный кортик.
– Точно, – вспомнил Евгений, – у вас еще взрослая дочь, кажется, ее зовут Лиза. И когда я осматривал ее комнату, вы присутствовали тоже. Простите, Яков Степанович, но я не могу сейчас с вами разговаривать, вон там, – он показал в сторону палубы, – меня ждут две девушки, и у нас намечается очная ставка. Давайте мы с вами поговорим позднее.
– Вы не понимаете, – выпучил глаза мужчина, – это вопрос жизни и смерти.
– Ну что ж, – легко согласился Евгений, – говорите, только быстро.
– Что, прямо здесь? – Яков Степанович оглянулся.
– А что вас смущает? Коридор пуст, кабинета у меня пока нет, я тут на птичьих правах, в каюте переодевается жена. Смелее, ведь вы говорите, что это вопрос жизни и смерти, а значит, не терпит отлагательств.
– Убить хотели меня, – сказал Яков и оглянулся по сторонам, видимо боясь, что их могут подслушивать.
– Не думаю, что вас могли перепутать с Эльвирой Альбертовной, – засомневался в предположениях мужчины Евгений. – Если даже не учитывать ваш диаметрально разный пол, у вас просто-напросто нет таких шикарных усов, как у жертвы. Так что можете успокоиться, а мне надо идти.
– Стойте, – прошипел Яков, схватив Женьку за руку, – вы не понимаете, мне на почту, – Яков протянул телефон, где на экране высветилось открытое письмо, – уже неделю приходят вот такие письма, где требуют конфиденциальную информацию из фирмы, где я работаю.
– В наш век, где промышленный шпионаж – норма, все может быть, – философски заметил Евгений, стараясь вырваться из крепких рук лысого коротышки. – Но с чего вы взяли, что убийство Эльвиры Альбертовны как-то связано с угрозами в ваш адрес.
– Вот прочтите, – Яков махал телефоном перед лицом молодого человека и делал круглые глаза.
– Хорошо, – смиловался Евгений, уверенный, что это всего лишь пустая трата времени.
– Зря вы, Яков Степанович, отказываетесь, – начал читать Женька, – тем более мы знаем, что формулу лекарства, которое в вашей лаборатории изобрели, честно скажем, случайно, вы уже обещали одной западной лаборатории. А вы обещали? – уточнил Евгений строго, и мужчина отрицательно махнул головой. – Так, далее, – нехотя продолжил читать бред Женька, – мы вам уже неоднократно предлагали денег, но это был всего лишь пряник, у нас же есть и кнут. Ваша дочь такая тонкая и хрупкая девушка, жена – очень красивая женщина. А вы, как долго хотите жить вы? Про кирпич, который может упасть, рассуждать не буду, но вот кортик. Вы знаете, как легко входит в грудь кортик? Как нож в расплавленное масло, хотите ощутить это на себе? – Евгений закончил читать письмо и задумался. Яков же решил, что молчание – знак признания его правоты, и затараторил:
– Я же вам говорил, хотели убить меня или меня таким образом запугивают. Я, когда приеду, сразу пойду в ФСБ. Но сейчас что мне делать?
– Согласен, – махнул головой Евгений, – кортик – это странное совпадение. Не слишком распространенное оружие в наше время, а уж тем более чтобы им пугать.
– Вчера, когда старуха сказала про украденный кортик, у меня сердце упало, – Яков уже никому ничего не доказывал, а просто жаловался на судьбу.
– Ну а откуда письма пришли, проверяли? – спросил Женька мужчину.
– Ну, я попросил айтишников у нас на предприятии, так, без подробностей. Они сказали, что действовал профессионал и узнать это невозможно, – развел руками Яков, словно хотел сказать, что сделал все что мог.
– У меня есть друг хакер, говорит, что хороший, сейчас проверим, – сказал Евгений. – Я ему отправлю, может быть, он нам чем-то поможет.
Привычными жестами Женька быстро отправил адрес и переписку в отдел с пометкой «срочно» и сказал:
– Все, а теперь мне надо идти, – для него на первом месте по-прежнему оставался Джон. Вчера он на почти законных основаниях, под эгидой капитана сделал осмотр его комнаты, а сегодня хотелось задать несколько вопросов, также на почти легальных основаниях.
– А можно я с вами? – увязался следом Яков. – Вдруг ваш знакомый ответит сейчас, а вам даже искать меня не придется, я тут рядышком буду.
Устав терять время на Якова Степановича, Евгений согласился.
– Хорошо, пойдемте, будете нашим понятым.
На палубе его ждал сюрприз, потому как девушка дождалась его только одна – Аврора.
– А где ваша конкурентка за сердце поедателя бургеров? – спросил Женька удивленно.
– Вы так долго ходите, что можно с ума сойти, ожидая вас, – обиженно ответила Аврора.
– Ну, у меня жена ревнивая, – пояснил Женька, – пришлось объяснять, куда это я с двумя дамами направился. Да тут еще Яков Степанович со своими письмами счастья. Как так-то, раньше жены мужей с войны ждали, а вы меня полчаса подождать не могли.
– Я-то как раз дождалась, – уточнила Аврора.
– У вас мотивация крови и денег, вы, как Хатико, можете с ней стоять годами. А куда у нас Джульетта в трауре делась? – просил Женька, улыбаясь. При всем ужасе ситуации его очень радовало общение с Авророй, ее реакция, слова, поступки.
– Она в туалет пошла, – надувшись, видимо, за сравнение с собакой, ответила девушка.
– Давно? – спросил Женька.
– Сразу, как вы ушли, полчаса назад, – сказала Аврора и округлила глаза, понимая, что для посещения данного места времени прошло очень много.
– А где именно она собралась посетить его, Анна не сказала? – спросил Женька, злясь сейчас на себя.
– Я подумала, что в своей комнате, – растерянно ответила Аврора, – она направилась туда, – девушка показала в сторону, где была каюта класса люкс, в которой жили Эльвира Альбертовна и девушка Анна.
– Она не могла туда пойти, там труп и матрос у двери, – у Евгения терпение заканчивалось.
– А может, она пошла в ресторан, там тоже есть туалет, – сказала Аврора. Было видно, что девушке хочется исправить ситуацию.
Не договариваясь, они направились в кают-компанию, которая находилась на носу на этой же палубе. Но здесь их ждало разочарование, за столиками с белыми скатертями сидели все: вчерашняя юбилярша Серафима с несчастным мужем Робертом, раненным любимой вчера в схватке мужчин и женщин, а также прыщавым сыном Богданом, вместо которого с борта спрыгнула странная девушка Аврора.
Там же отпивала маленькими глотками крепкий кофе жена Якова Степаныча – Елена, как всегда печальная и задумчивая, и их дочь Елизавета, которая по негласному закону девятнадцатилетних всегда выглядела шикарно.
За вторым столом как ни в чем не бывало сидели Джон к которому они так намеренно шли, пока не потеряли девушку Аню, и Аделия, теперь очень строго смотревшая на Евгения. Они уже все поглощали свой завтрак, пусть без аппетита, но жевали поданную с утра яичницу с беконом.
Даже третий стол был полон, насколько это возможно в свете убийства Эльвиры Альбертовны Штейн. Странная семья – Ленчик с профессорской бородкой и его жена, неухоженная Шура, – почему-то не миловались по обыкновению, а сидели отстраненно друг от друга, словно поругались, а молодой человек Максим с перевязанной головой после вчерашнего падения у холодильника, как обычно, что-то читал в своем смартфоне.
Даже аниматор Гера был на своем месте, правда, без признаков хорошего настроения, но все же сидел за синтезатором на сцене и играл мелодичную музыку. Не было только одного человека, того, которого они потеряли, – девушки Анны.
Глава 16. Пиратская песенка всегда кстати
Средь поездов, домов и серьезных дам,
Сквозь синее небо и спертый воздух метро,
Сквозь многоэтажки шагая по этажам,
Сквозь тонны бетона и двадцать одно перо,
Со скоростью ветра, не видя ни в чем преград,
Несется успеть, обгоняя рассветный луч.
Только вперед, не оглядываясь назад,
Не видя препятствий в скоплении грозных туч,
Не обращая внимания на миражи,
Наперерез убегающему трамваю
Летит сообщенье, частица моей души,
Просто шесть букв, но ты все поймешь: СКУЧАЮ.
Аниматор Гера очень расстроенно и грустно пел, но посетителям ресторана не хотелось уходить. Завтрак уже давно был съеден, кофе выпито уже несколько раз. Никому не хотелось расходиться по каютам, все чего-то ждали, а возможно, просто боялись. Пустовали места только Эльвиры Альбертовны и Анны. Оттого что все знали причину, по которой одно из мест пустует, отсутствие посетителя на втором вызывало ужас и панику. Серафима не знала, что делать, куда бежать и кому звонить. Стоит уже бить в набат и собирать все свои связи в кулак, вызывая к трапу завтра в Москве и охрану, и адвокатов, или пронесет. Старуха испортила ей все планы на день рождения, да и не только. Старая жадная тупая корова, возомнившая о себе больше, чем она того стоит.
Вдруг ее взгляд упал на мужа, и Серафиму передернуло, как будто она ощутила лимон во рту. От альфонса придется избавиться, и дело даже не в том, что Богдан так сильно ревнует мать к отчиму, дело в том, что она его поймала, прямо перед днем рождения поймала. Только поэтому он здесь, не хотелось портить себе праздник, но в Москве адвокаты, вооружившись фотографиями и отчетами от детективов, нанятых Симой, уже готовят документы на развод. Поэтому особенно приятно было вчера дать ему по носу, так, чтобы кровь брызнула, так, чтобы отек еще неделю сходил. Как же ей вчера помог капитан, просто красавец, заставил всех написать заявления, что никаких претензий никто и ни к кому за драку не имеет. Потому как этот отбросок общества, когда узнает завтра о разводе, может решиться ее шантажировать нанесением тяжких телесных, а тут прям именины души – заявление и отказ в претензиях. Везде одни предатели, везде, даже брат со своей амебой женушкой и дочерью-хамкой. Как же больно будет, если они окажутся предателями.