– Но ты ведь знаешь, что это бесполезно. Если твой отец не хочет, чтобы мы ее нашли, мы и не найдем. Никогда, пока Томас не позволит нам это сделать.
Его слова повисли в воздухе. Все молчали, понимая плачевность ситуации. Никто и представить не мог, как мучился Доберман, не имея представления о том, где его любимая и что с ней. Он знал только одно: она в опасности. Скорее всего, ей дико страшно. Эти мысли заставляли его дрожать. Он не сможет даже уснуть, пока не ощутит теплую кожу Миры. Пока не будет знать, что она рядом с ним, под боком, вдали от всего плохого и ужасного. Не считая его самого.
Ведь он сам монстр. Пусть и не кусает Миру, но причиняет ей боль.
Опустив глаза, Клейн отошел от Арту. Он обессиленно сел на перила и тяжело вздохнул. В спину подул прохладный ветер с реки Ярра.
– Прости, – выдавил Адриан.
Рядом села Карин и погладила его по плечу.
– Адриан, ты… Ты только не сходи с ума, хорошо? Давай подумаем вместе. Вряд ли твой отец решится убить ее или вообще что-либо сделать ей. Потому что, если так случится, ты ни за что не пойдешь на те условия, которые он выдвинет. Для него главное что-то предложить тебе. А если он навредит Мире, то предлагать будет нечего.
Звучало здраво.
– Возможно.
Лиам сунул руки в карманы и фыркнул.
– Это если думать о Томасе Клейне как о расчетливом ублюдке. Есть другой вариант – поехавший тиран. Осознав, что ты бросил его и больше не вернешься, он решил поддаться злости и отомстить. Может, он поймал Миру, растерзал ее и теперь просто гуляет где-то.
Адриан, Арту, Янне и Карин уставились на Раста. Как на полного засранца.
– А ты знаешь, как подбодрить, – сквозь зубы процедила Карин.
– Иногда, Раст, молчание дороже слов, – любезно сказал Янне. Хотя стоит ли говорить это пиар-менеджеру?
– Это все глупости. Мы бы нашли его у себя дома. А он прячется. Значит, ему есть что скрывать и он не хочет, чтобы его обнаружили. – Арту искренне пытался успокоить Адриана.
– Я так устал.
Все замолчали. Они рассуждали уже минут тридцать, и вроде бы беседа шла хорошо. Только это не дало результатов, и они так и не продвинулись в поисках. Спустя еще минут двадцать Адриан отправил Лиама, Карин и Янне на очередное отцовское предприятие. Они с Арту остались на мостовой.
* * *
Перед глазами плыло.
Страх отступал, когда она оставалась одна, но накатывал снова, когда воспоминания вдруг застилали ей глаза.
Ею овладевает паника. За доли секунды до Томаса доходит, кто она такая и где находится. Если бы он не встречал ее ранее – на приеме или в бутике, – она смогла бы сойти за горничную. Но он знал ее в лицо и знал, что в третий раз случайной встречи быть не может.
В то же мгновение Мира, очнувшись от шока и подступившего к горлу ужаса, срывается с места и бежит по коридору. Она знает, что спрятаться некуда. Знает, что с балкона ей не прыгнуть, и ни в каком углу не скрыться. Она лишь мечтала оказаться в ванной и запереться там. Пока тот огромный охранник, который явился сюда с Томасом, выбивал бы дверь, быть может, Адриан подоспел бы.
Или нет.
Или исход нельзя было изменить.
Мгновение – мужчина подлетает к ней и мертвой хваткой впивается в плечо. Мира сопротивляется, толкается и кричит. Жуткая тревога и возбуждение заставляют ее биться, как пойманную пташку. Мужчина поворачивается к Томасу, который все это время смотрел на нее, поджав губы. Он едва заметно кивает. В его ледяных глазах мелькает жестокость и мертвая непоколебимость. Он уверен.
Охранник грубо трясет Миру, чтобы сбить с нее спесь, и, размахнувшись, всем телом впечатывает ее в стену, а потом еще раз. У нее словно искры из глаз хлынули, вокруг все потемнело. Тяжелая ноющая боль взревела в виске, и что-то влажное и теплое потекло с виска по скуле.
– Достаточно.
Мира обессилено повисла в лапищах охранника. Голоса слышались как в тумане.
– Дай мне ее. И найди их документы. Загранпаспорта и карточки. Забери все.
Райз оказывается на руках у другого человека. У Томаса холодные и цепкие пальцы, которые сильно сжимают ее тело. Он пытается поставить ее на ноги, не желая нести сам. Замечая, что Мира начинает вырубаться, он дает ей громкую и сильную пощечину, больно задев кожу кольцами на пальцах. Сознание возвращается, и, едва держась на ногах и шатаясь, Мира встает. Глаза щипает, и слезы подступают горьким комом к горлу.
– Прошу… – хрипит она.
Открывать глаза было бесполезного. Когда она делала это, все словно покрывалось плотной рябью и темнело – ничего не было видно.
– Где документы? – сухо спрашивает Томас.
Она молчит.
– Где. Документы? – медленно повторяет Клейн.
– Их нет, – отвечает Мира, прикрывая лицо руками. На коже остается ее собственная кровь. – Их здесь нет…
Томас хладнокровно вцепляется ей в горло и приближается к ее побледневшему лицу.
– А где же они тогда? – шипит он. – Если соврешь, я выпотрошу тебя, как свинью на убой.
Мира всхлипывает.
– Их здесь нет… Все документы у Адриана…
Клейн считает это правдой и командует:
– Хлороформ.
Охранник смачивает тряпочку жидкостью из бутыли. Клейн прижимает пропитанную хлороформом тряпку к лицу Миры.
Она проваливается в забвение.
Сознание вернулось только потом, когда они ехали в машине. И сделать уже ничего было нельзя. Он так запугал ее. Она так страшилась его. По глазам было видно – безумен. В голове невольно всплыл образ Адриана в первые недели их знакомства. Он улыбался так же, и глаза блестели так же. В то время он был зверьем, каким был и его отец.
Или Адриан остался таким же? Просто Мира приручила его. Он точно так же рычал и кусался, но на других. На чужих. Всхлипнув, Райз опустила голову на колени и обняла их. Слезы вновь потекли по щекам, задевая твердую корочку застывшей крови. Мира проверила – у нее была рана на виске и разбитая губа. Голова неистово ныла, плечи и ноги казались тяжелыми. Она сидела в пустой маленькой комнате, как в темной коморке. Лишь тонкая полоска света пробивалась внизу через щель. Мира слышала какие-то голоса, видела мелькающие тени. Но к ней почти никто не заходил. Изредка открывалась дверь, и мужчина быстро заглядывал к ней, проверяя, жива ли она. Райз устало облокотилась головой о стену и прикрыла глаза. Сколько часов она здесь? Зачем Томас искал документы? Наверное, он хотел забрать их. Чтобы Адриан не смог выбраться из страны. И чтобы не имел никаких денег. Может, Томас попытался бы вернуть сына обратно. Мира взмолилась, чтобы Клейн либо спрятал документы куда подальше, либо не являлся вообще. Рано или поздно Томас отпустил бы ее.
Или убил бы. А может, и убьет.
Внутри нее вспыхнула глухая ярость. Черт побери! Она сидит взаперти с безумным тираном, который угрожает ей. Ее жизнь повернула не туда с тех пор, как она связалась с Доберманом.
Это не ее жизнь. Вокруг нее не должно быть криминала, жестокости и смертей. Она должна была выучиться в Академии, пойти работать и найти парня. Она любила свою семью, но теперь должна была ее бросить. Любила Мельбурн, но должна была переехать. Она любила Адриана. Но они такие разные, что сами приносят много проблем друг другу. А теперь она сидит и ждет, сама не зная чего. Ей дико страшно. Все болит. Она избита и испугана.
Любовь к плохому парню? Вот он – результат. Вокруг дикого Адриана творятся такие же дикие вещи. Сжав руки в кулаки, Мира вздохнула поглубже и прикусила губу. Она даже не знала, что теперь будет.
Ручка двери резко дернулась, и Мира вздрогнула. Она вжалась в стену, и сердце заколотилось в ужасе. В проеме показался силуэт улыбающегося Томаса.
– Живая? Прекрасно!
Райз задрожала.
– Адриан рыщет по всему городу. По улицам бродят его люди. Ты и правда дорога ему, да?
Глаза его засветились.
– Так дорога, что он подорвал всех на твои поиски. Так дорога, что он готов изменить всю свою жизнь. Так дорога, что он возненавидел меня…
Райз задержала дыхание: она ожидала от Клейна чего угодно. Но он только улыбался.
– Ну что, готова встретиться с ним? Щеночек побегал, поискал тебя. Теперь можно и приманить его.
Преодолевая ужас, Мира тихо выдавила:
– Чего вы… – Голос дрогнул. – Чего вы хотите от нас?
– «Вас»? От вас ничего, – Томас усмехнулся. – Но страну вы не покинете.
Он махнул рукой. В комнату вошел другой мужчина и направился к запаниковавшей Мире.
* * *
Начало светать. Адриан понял, что он уже почти проиграл. И Арту оказался прав – пока отец не захочет, им не найти Миру.
Возле мостовой снова остановилась машина. Но это была не Ауди – другая. Адриан, сидящий на перилах моста, взглянул на автомобиль. Его изнуряли голод, усталость и отчаяние, но он все еще старался быть бодрым. Рядом стоял Арту, говорящий по телефону. Ему звонили все поисковые группы и советовались или сообщали о результатах.
Из авто вышел Айван. У него были круги под глазами, взъерошенные светлые волосы и поникший вид. Он казался точной копией Миры, только мужской версией. Едва он ступил на землю, как тут же метнулся к Клейну.
– Ах ты, тварь! – взревел он.
Адриан даже отскочить не успел, как Айван вцепился ему в ворот. Их лица были очень близко, и Адриан видел, как в глазах парня пылал гнев и томился страх.
Он точно не спал этой ночью.
– Сукин сын! Все из-за тебя!
Арту подлетел к ним и стал оттаскивать Райза, но тот дергался и кричал на Адриана. Обычно милый, сдержанный и улыбчивый, сейчас он побагровел от ярости и сыпал проклятиями.
– Успокойся, придурок! – рявкнул Арту. – Он здесь ни при чем!
– Это его вина! Он втянул ее! Он принес ей одни проблемы! Теперь она в опасности из-за него!
Адриан не смел сказать ни слова. Он, замерев, следил за дергающимся Айваном. Слушал его. Он был таким же бледным и с такими же темными кругами. Такой же истощенный.