У столетнего дуба спелеолог остановился и трижды кашлянул.
Из лесной чащи сразу вышел какой-то молодой человек.
Я лег на землю и пополз к ним. Но приблизиться ближе, чем на двадцать метров, не рискнул.
И поэтому услышал только последнюю фразу неизвестного:
— Хорошо. Я передам руководству твое предложение. Все… Завтра в это же время…
Итак, Горбенко работает ещё на кого-то… Выведать его намерения — моя первоочередная задача. В этом мне поможет… профессор Носов!
— Слушай, Юрий Романович, в твоей лаборатории есть какие-нибудь подслушивающие устройства?
— Говори прямо — что ты хочешь?
— Узнать смысл одного разговора.
— Когда он состоится?
— Завтра.
— Лады. Что-нибудь придумаем…
Он шмыгнул внутрь палатки и спустя мгновение вернулся с чем-то напоминающим обычную булавку.
— Это сверхчувствительный микрофон. На редкоземельных металлах. Воткни его под воротник объекта своего внимания — и он будет играть роль передатчика.
— Эй, дружище, и много у тебя таких игрушек?
— Достаточно.
Интересно, кто так экипировал его? Неужели Российская академия наук? Задавать вслух эти вопросы я не стал. Схватил «жучок» и помчал к спелеологу, который надувал лодку для очередного выхода в «открытое море».
— Ты куда, Тимур?
— А-а… Поплыву, поймаю пару рыбин на уху…
— Можно с тобой?
— Конечно.
Мы, словно по команде невидимого режиссёра, одновременно схватили нейлоновый шнур и дружно поволокли плавсредство в сторону озера. Несколько взмахов веслами — и судно замерло среди камышей. Забрасывать длинные телескопические удочки было весьма неудобно — леска постоянно запутывалась, крючки цеплялись за растительность… К тому же ничего не клевало, и я задремал.
Горбенко оказался более терпеливым. Он быстро поймал пару плотвиц и, используя одну из них в качестве живца, неотрывно следил за поплавком, надеясь выудить что-то покрупнее. Рубашка его лежала рядом, и я сполна воспользовался предоставленной возможностью — загнал «булавку» под воротник…
На следующее утро Клёва решил продемонстрировать толерантность и выслушать каждого из нас. «Колодец до сих пор не найден, что делать дальше, я не знаю, какие будут предложения?»
Яша высказался за более продуктивное использование техники, «а то металлоискатель может заржаветь».
Его поддержал Носов.
Тимур предложил покончить с наземной частью операции и приступить к подводной. Мол, у него есть данные, что город мёртвых следует искать на дне озера…
Кливанский раскритиковал его идею и посоветовал сосредоточить внимание на поисках колодца. При этом он вопросительно поглядывал на меня, но я не спешил открывать карты…
В конце концов все согласились с Яшей.
Мы взяли металлоискатель и много часов подряд безрезультатно «утюжили» окружающую местность.
Потом был обед, после которого большинство членов нашей экспедиции обычно пускались в дремоту. И «выход» Горбенко, о котором я узнал из потрескивания наушников «от Российской академии наук». Сам Юрий Романович находился рядом и предоставлял все необходимые консультации:
— Ты сильно не отставай, а то ничего не услышишь: радиус действия передатчика — мизерный!
Вскоре из динамиков донеслось покашливание Тимура, за ним голос, показавшийся до боли знакомым:
— Привет, дружище…
Черт возьми, неужели это Миша? Я думал, он давно на пенсии!
— Господин полковник, вы? — подтвердил мою догадку Горбенко.
— Так точно… Мне передали твою просьбу о встрече…
— Кажется, меня подозревают.
— Кто именно?
— Бортнев.
— Что он выкинул на этот раз?
— Следит за Клёвой, подслушивает… Вчера даже порезал палатку, чтобы не пропустить важный разговор…
— С Бачилой?
— Так точно.
— Ну, с этим разбойником мы разберёмся… Будет рыпаться — пойдёт снова за колючку. Шведов сегодня же выдворим, аппарат конфискуем. Носова тоже прижучим, если понадобится. С остальными сложнее… У Клёвы — солидные «тяги» в Киеве, мандат администрации президента на проведение всяких поисковых операций, о писателе и говорить нечего… Держись от него подальше…
— Легко сказать. Вчера, во время контакта с майором Логвиненко, я спиной чувствовал слежку. А потом Сергей сам напросился ко мне в лодку…
— Мать честная… Ты одежду проверял?
— Нет.
Из приёмника послышался громкий треск, и связь прервалась.
— Абзац… Приехали! — красноречиво прокомментировал ситуацию Носов.
Господи святы, куда я вляпался? Уголовные авторитеты: Бачила, Клёва, Пикассо… Профессор Носов с его запрещенными «штучками». Бывший мент Яша. «Тёмные лошадки» Мария и Эрик. Спелеолог Горбенко, который «дружит» с СБУ[75]… Каждый из них ведет какую-то свою, непонятную мне, игру…
Кого же взять в союзники? Одному отправляться на поиски Некрополя опасно…
Я подумал и решил поставить на Юрия Романовича. Все-таки родственная творческая натура!
Разбудил его в пять утра и знаками попросил выйти.
— Снова тебе не спится, — пробурчал профессор. — Что надумал в этот раз?
— Меньше болтай… Где твой «тревожный чемоданчик»?
— В надёжном месте.
— Тащи его сюда.
— Скажи хоть, куда пойдём?
— В город мёртвых.
— Опа-на! Ты нашёл Некрополь?
— Не кричи, конкурентов разбудишь.
— Понял… Я мигом…
Носов куда-то ненадолго исчез и, вернувшись с черным кейсом в руке, обречённо поплелся за мной.
Наш путь лежал на северо-восток, к лагерю шведов. Конечно, лучше бы преодолеть это довольно значительное расстояние по воде, но исчезновение лодки могло всполошить всю команду. А так… Клёва знает, что я собирался за ягодами, и не станет поднимать шум…
Мы чуть не пропустили нужную поляну.
Чёрт, где же палатки? Вокруг только примятая трава…
Сразу вспомнились слова Михаила: «Аппарат конфискуем, шведов выдворим»… Ни он, ни его контора никогда не бросали слов на ветер! Выходит, у наших «компаньонов» — проблемы?
— Ну, где этот чёртов Некрополь? — нетерпеливо басит Юрий Романович.
— Сейчас увидишь! — чересчур самоуверенно отвечаю я, направляясь к полуразрушенному фундаменту, наверняка именно там стоял домик, от которого отмеряли расстояние, обозначенное на карте.
Ага, вот нечто похожее на проторенную дорожку… Правда, она сильно заросла травой.
Я делаю полтысячи шагов и оглядываюсь вокруг. Колодца не видать. И тропинка вдруг оборвалась!
— Давай, профессор, включай аппаратуру…
— На что настраиваться?
— На сверхчастотные колебания.
Носов открыл свой чемоданчик, надел наушники и щёлкнул тумблером.
— Как ни странно, здесь что-то есть! — произнёс удивленно. — Бери правее… Так… Хорошо. Еще немного!
Я сделал шаг и… провалился под землю.
Наверное, я ненадолго потерял сознание. Потому что даже не слышал криков Носова. Придя в себя, попытался пошевелить конечностями — получилось! Впрочем, что для меня какие-то семь-восемь метров? Но об этом мы, кажется, уже говорили…
Руки-ноги есть. А мозг?
Не тормози, родненький, «загружайся»!
Итак…
Скорее всего, я упал в колодец… Кто-то обнаружил его (старый Банан, конкуренты, эсбэушники?) и снес наземную часть, чтобы не оставлять другим такой важный ориентир. Дырку застелили досками, те сгнили и не смогли выдержать мою тушу…
Я достал фонарик и нажал кнопку, однако светлее не стало — не иначе как при падении разбилась лампочка… Блин, где тот «клятый москаль»?
Надо мной лишь одинокий круг света.
Но вот и его закрыла чья-то тень.
— Серега!!!
— Юрий Романович… Родной! Наконец-то.
— Ну, слава богу… Я думал, что ты уже мёртв!
— Живее не бывает… Где пропадал?
— Искал, чем вытянуть тебя.
— Нашёл?
— Да.
— Бросай!
Юрий Романович опустил веревку, но её конец завис где-то на середине пути.
— Длиннее не было?
— Нет.
— Попробуй нарастить.
— Лады.
Носов снова ушёл…
Я поднялся и щёлкнул зажигалкой. Пламя неожиданно колыхнулось влево. Чёрт… Тут есть какой-то проход! Но что это? Полная луна над головой вдруг превратилась в серп молодого месяца; вскоре не стало и его!
— Юра!!!
В ответ — лишь тишина… Мерзкая, безнадёжная…
Итак, меня закрыли под землей. Кто? Понятно, что не профессор — мы с ним «кенты» до гроба… Эрик с Марией? Но ведь их депортировали. А если нет? Всё равно вряд ли… Шведы — люди подневольные и не станут проявлять инициативу… Клёва с Бачилой? Это вообще из области фантастики… Остаются только… Тимур, Миша или другие рыцари плаща и кинжала, которые тут просто кишмя кишат! Но тогда они должны изолировать Носова… Точно! Юрий Романович в опасности! Как, как помочь тебе, милый друг?
«Лучше позаботься о себе, — подсказал внутренний голос. — Если в ближайшее время не подойдёт помощь, тебе конец!»
Нет, не думаю… В СБУ служат не живодеры, такие же люди… Немного поиздеваются и выпустят!
Придя к такому обнадёживающему выводу, я окончательно успокоился и принялся изучать проход. Он, как уже говорилось, вёл влево и был достаточно широким для человека даже с моей атлетической комплекцией. Но проползти удалось не больше двух метров — голова уперлась во что-то твёрдое и, судя по звуку, деревянное.
Тогда я повернул назад и, отдохнув, отправился на вторую «ходку». Только уже… вперед ногами. Наткнувшись на невидимую преграду, согнул колени и выбросил стопы. Эффект, как и прежде, равнялся нулю. Ещё раз… Ещё… И ещё…
Всё! Последняя попытка.
Я сжался в комок и в который раз повторил трюк. Удар оказался настолько сильным, что перекрытие не выдержало. Мое тело по инерции пошло вперёд и полетело вниз!
Очнулся я в просторном зале.
Странно, но в нем было светлее, чем в колодце… Или мои глаза успели привыкнуть к темноте?