— Ты уже сговорился с кем-то о танцах? — Аллин нервно теребила свой билет.
Я покачал головой.
— Для избранных такие балы — дело необычное.
Но я не единственный носил мундир. Тут и там мелькали несколько испытанных. Они с непринужденной фамильярностью двигались среди дворян под руку с хорошо одетыми женами. Я попытался вообразить, как Ливак ведет учтивый разговор о последних тормейлских сплетнях, пока я обсуждаю какой-то вопрос о торговле по приказанию сьера.
— Почему император хотел, чтобы мы пришли сюда? — вслух поинтересовалась Аллин.
— Очень хороший вопрос, — кивнул я.
Мне здесь действительно не место, верно? Я стоял на часах у входных дверей, когда честь и бремя сохранения праздничного порядка выпадали Д'Олбриоту, но я никак не ожидал, что стану гостем внутри.
— У Темара не будет недостатка в партнершах, — вздохнула толстушка.
Д'Алсеннен стоял с Камарлом у стола, где были выставлены чернила и перья. Несколько барышень Д'Олбриотов писали свои инициалы на его билете и предлагали ему вернуть эту любезность. Рядом с озабоченным видом болтался лакей.
Аллин повертела в руках свой бальный билет. На ее круглом лице я увидел легкое сожаление.
— Любишь танцевать?
— Да, — призналась она, немного краснея. — То есть любила там, дома.
— Маги в Хадрумале не танцуют? — По правде говоря, я никогда не задумывался о том, как развлекаются чародеи.
— Иногда, — ответила Аллин. — Но там очень мало музыкантов, и большинство магов танцуют так, будто у них сапоги надеты не на ту ногу.
— Знаете, почему из урожденных магов никогда не составить армию? — Велиндра подошла ко мне с другого бока, ее ясный голос прорезал благовоспитанный гул салона. — Девять из десяти магов не способны держать ритм, поэтому они никогда не смогут маршировать в ногу.
Я улыбнулся ее насмешливому тону, но, судя по сомнительным взглядам вокруг нас, эту шутку оценили немногие.
— Хотя Планир замечательно танцует, — продолжала Велиндра с заметным сарказмом. — Впрочем, как маг, он часто нарушает правила.
— А ты считаешь, что правила должны соблюдаться? — спросил я. — Разве ты не была ученицей Отрика? Он гнет правила в дугу, пока они не разлетятся в щепки.
Угловатое лицо Велиндры стало серьезным.
— По крайней мере те правила были одинаковы для всех. А теперь для Планира и его закадычных друзей они одни, а для остальных — другие.
— У тебя есть новости об Отрике? — Аллин встревоженно повернулась к ней.
— Нет. — Мимолетный блеск появился и исчез в карих глазах Велиндры. — И пора Планиру смириться с правдой. Сколько можно использовать эту историю с Келларином для оправдания своего бездействия и пренебрежения делами Хадрумала.
— А вот и Казуел! — Аллин больше интересовало то, что происходит здесь, нежели раздоры в далеком Хадрумале.
Маг с извинениями пробирался через толпу, сжимая в потной руке свой билет.
— Вас уже кто-нибудь пригласил танцевать?
— Ты предлагаешь? — Велиндра невинно улыбнулась.
Казуел немного поколебался, что было не совсем прилично.
— Конечно, если ты окажешь мне эту честь. Кто еще тебя пригласил? Какого ранга?
Велиндра показала ему свой пустой билет.
— Выбирай любой танец, Каз.
Он нахмурился.
— Как вы думаете, эсквайр Камарл согласится, если я приглашу некоторых барышень из меньших семей? Из младших линий крови? — Маг оглядел переполненный салон. — Где он?
Я тоже осмотрел толпу, но эсквайра Камарла нигде не было видно. Зато я углядел кучки союзных семей. Файрон Ден Таснет стоял с двумя барышнями Ден Мюре, а его сестра висла на руке самого младшего брата сьера Ден Ренниона. Рядом улыбался сьер Тор Силарр, болтая со старшим эсквайром Ден Мюре. Даже несмотря на растущую давку, они сохраняли подчеркнутое расстояние между собой и Джелайей Ден Мьюриванс, которая смеялась над чем-то со своим братом Мареном и Дженти Тор Созет. Дальше по салону Орилан Ден Хификен говорила со своим женихом эсквайром Ден Ризипером, другие эсквайры обоих домов договаривались о танцах с компанией незначительных барышень Ден Ферранда и Ден Дженнеля. Еще дальше с каменным видом стоял сьер Тор Приминаль, окруженный многочисленными кузенами.
Пока я разглядывал публику, появился лакей в дворцовой ливрее и что-то вежливо прошептал сьеру Тор Силарру. Вышколенное лицо сьера осталось бесстрастным, но он немедленно простился с Ден Мюре и последовал за лакеем через неприметную дверь на другой стороне широкого салона.
Подошел Темар, помахивая своим бальным билетом, чтобы высушить записи.
— Будьте осторожны, дамы, не прикоснитесь к моей ноге, — весело заявил он. — Одна неуклюжая девица только что пролила на меня чернила. Кажется, она носила эмблему Тор Приминаля. — Из-под его беспечных слов на минуту проглянул гнев.
Я посмотрел на едва заметную влагу на его синих бриджах.
— Хорошо, что сьер посоветовал этот цвет.
— Совершенно верно. — Темар понимающе улыбнулся. — К сожалению, славные оранжевые перья той барышни стали теперь мерзко-коричневыми. Интересно, что сие означает в том сложном коде, который придумали эти девушки?
Я ухмыльнулся.
— Даже думать не хочу.
— Куда она ведет? — Темар кивнул на дверь, за которой исчез Тор Силарр.
— В коридор к тронному залу.
— Эсквайра Камарла и сьера вызвали, как только они прибыли.
Мы с Темаром задумчиво переглянулись.
— Когда начнется этот бал? — зло спросил Казуел. — Здесь невыносимо жарко. — Он нервно тряс свою тяжелую мантию.
— Скажи спасибо, что сейчас не вечер, — сказал я ему. — Если добавить сюда жар свечей, мы будем плавиться быстрее воска.
Салон тянулся во всю ширину дворца, но даже при открытых верхних окнах — нижние не открывались, дабы ветер не нарушил изощренные прически дам, — температура быстро повышалась.
— Если хочешь, Каз, мы сотворим небольшую магию, — предложила Велиндра. — Я начну движение воздуха, а Аллин уведет жару. Это было бы хорошим упражнением для ее огненного родства.
— Мы не можем использовать здесь магию без разрешения императора, — ужаснулся Казуел.
— Мы могли бы его спросить. Где он?
В этот момент украшенные медью двери в бальный зал распахнулись, и люди радостно хлынули в более прохладное помещение. Когда давка в салоне рассосалась, Велиндра заглянула в бальный зал.
— Разве ваш император не должен принимать гостей?
— Только что послали за сьером Тор Арриалом. — Темар по-прежнему смотрел на боковую дверь, где теперь роль ненавязчивой стражи выполнял лакей.
Я поискал глазами Авилу и вскоре увидел ее с госпожой Тор Арриал. Брат госпожи, эсквайр Ден Харкейл, писал на бальном билете Авилы, очаровывая ее своей улыбкой.
— Приятно видеть, что кто-то наслаждается этим приемом, — немного неестественно заметил Темар, проследив за моим взглядом.
— Про эсквайра Камарла такого не скажешь. — Я локтем подтолкнул юношу, когда Камарл вошел в салон через боковую дверь и поспешил к своим дядьям. Его лицо было бесстрастным, но приветливая улыбка на лице Юстиана исчезла, а Лейшал насупился. Фрезил резко щелкнул пальцами, подзывая Майреда, что вызвало гул предположений не только среди барышень Тор Канселина, столь внезапно покинутых.
Темар вопрошающе посмотрел на меня, но мне нечего было ответить. В бальном зале возникло какое-то движение. Все повернули головы, но это были только лакеи с подносами, уставленными бокалами.
— Надеюсь, никто не напьется и не начнет буянить. — Темар властно поманил лакея.
Я взял бокал темно-золотого вина.
— Никогда не слышал, чтобы эти балы превращались во всеобщую драку, но все когда-то случается в первый раз.
— Ты серьезно думаешь, что будет насилие? — нервно спросил Казуел.
— Он шутит, Каз, — презрительно ответила Велиндра.
Но, оглядывая собрание, в котором понемногу разгорались страсти, я бы не стал этого утверждать.
Грохот подъезжающих к крыльцу экипажей отвлек внимание людей. Я обрадовался ему, пока не увидел сплоченную фалангу опоздавших. Сьер Тор Безимар шел под руку со своей теткой-вдовой, каждый сын и племянник, идущие сзади, сопровождали покорных дочерей Дома. Все младшие линии были представлены, стриж Тор Безимаров на их подвесках, кольцах и брошах сочетался с эмблемами тех Имен, что оказались отнесенными к Тор Безимарам за все минувшие поколения. Постояв на пороге, пока Дириндал не удовлетворилась произведенным эффектом, семья разлетелась как стая птиц, присоединяясь к каждой группе и каждому разговору. Замелькали улыбки, зазвучали приветствия, одни более убедительные, другие — менее. Дириндал вернула племянника его жене, взяла под руку своего внука Крева и начала медленный обход широкого салона. Я увидел, что лакей Тор Тадриола сразу же направился к сьеру.
— Это будет интересно.
Осторожный кивок Темара привлек мое внимание к Дириндал, которая поравнялась с леди Чаннис. Любовница мессира беседовала с госпожой Тор Канселин. Обе над чем-то смеялись и, не прерывая смеха, повернулись спиной к вдове. Собрав быстрыми взмахами вееров стайку разных барышень, нервно порхающих вокруг, обе дамы пошли прочь, даже не встретившись взглядом с Дириндал. Вдова так и осталась стоять. Ярость перекосила ее лицо, но уже через мгновение старуха подняла зеленые перья, притворяясь, будто прячет выражение раненого дружелюбия. Откровенно возмущенному эсквайру такой маскарад не удался.
— Сэдрин упаси нас, Райшед, но это будет увлекательный бал, — раздался у меня над ухом голос Каролейи. От неожиданности я чуть не расплескал вино. — Добрый день, Темар.
— Леди Эйлерик. — Юноша поклонился и получил в ответ скромную полуулыбку.
Я видел, как заблестели его глаза, но тешил себя надеждой, что он не станет валять дурака на людях. Впрочем, это могло бы отвлечь собравшуюся знать. Все семьи с узами крови и верности к Д'Олбриоту последовали намеку игнорировать Тор Безимаров, одни с большим изяществом, другие — с меньшим. Негодование вскипало среди Ден Мюре, Ден Реннионов, Тор Приминалей, оставляя мелкие Дома беззащитно раскрытыми на фоне двух враждебных лагерей, на которые разделился салон. В поисках поддержки Ден Хификен примкнул к Ден Ферранду, а Ден Дженнель и Ден Ризипер встали в обор