— Ты тут и сдохнешь. Подходящая смерть для падали, а я не хочу обагрять руки кровью, пусть и бывшего, но охотника. Я не ты!
Лис разворачивается на каблуках и бегом направляется наверх. Меч магистра переломлен, а он сам обращен в каменную статую. Снаружи бой так же почти закончен. Слишком многих мы потеряли. Ощущаю, как по щекам сбегают слезы. Нет, они не должны знать, что нас предал свой. Не должны! Простите, братья, если сможете, то простите. Короткий взгляд вверх. Яркое солнце с чистым, бездонным небом над головой, как насмешка.
— Добить этих тварей! Ни одна не должна уйти живой из-под этих стен! — рычит охотник и бросается в самоубийственную атаку на строй выживших коротышек.
Рубил, колол, рвал клыками, пробивал латы голым кулаком. Обзаводился ранами, но все равно сражался. Да, не зря последний градус холодной ярости сравнивают с божьим гневом. Он сражался, как дышал, и дышал, как сражался. Отдавая всего себя без остатка, выжигаю остатки расколотой души. Последний враг падает, и охотник опускается на колени, запрокидывает голову и по Цитадели разносится горестный вой, вой волка, потерявшего свою стаю. На землю падают первые капли ледяного дождя, смывая кровь с лиц и камней…
— Где я?
— На постоялом дворе, — произносит Иргх. — Этих шакалов выкинули из Цитадели, провели ритуал, и местность закрыта для всех не-охотников. Братья отправились на встречу с Предвечной. Вечная им честь и слава!
— Вечная, вы умерли, но честь так и осталась мерилом для вас, как в жизни, так и в смерти. Да будет легок ваш путь за гранью! Извини, я хотел бы побыть один.
— Вино на столе, твой меч тоже, как и одежда, — сказав это, он выходит и прикрывает дверь.
Оружие, как и одежда с броней в потеках засохшей крови. Лис вскидывает и упирает меч острием напротив сердца.
— Это не выход, мой вассал.
— Предвечная, — охотник опускается на одно колено.
— Точнее я перестану тебя уважать.
— Уважать?! — Лис вскакивает и направляет оружие на нее. — Где ты была, когда Цитадель утопала в крови своих защитников, где?!
— Мой главный дар — свобода.
— Свобода от чего?
— От всего.
— Мне не нужна такая милость! Верни их, ты можешь!
— Нет, это был их выбор.
— Уходи, я не отрекаюсь, но уйди, прошу.
А в голове всплывает ритуал Отречения от клятвы верности божеству. Не важно, какого он ранга.
— До встречи, мой вассал, — девушка делает шаг назад и растворяется в тенях.
— Свобода… Да видал я ее на погребальном костре! Ты нас предала… Мы убивали с твоим именем, мы умирали с ним на губах… Мы всего лишь псы, твои цепные псы, и тебе нет никакого дела до нас…
Мужчина начинает быстро облачаться в свои лохмотья.
— Я не смогу, но… Да, мне плевать на вечность, пусть он проклянет меня, но я уже не могу… Или это, или брошусь на меч — третьего не дано!
Выпрыгнув в окно и поморщившись от пронзившей тело острой боли, он начинает оседлывать лошадь.
Безумная гонка, дни и ночи слились в серое пятно, лошади падают загнанные одна за другой. Вот и знакомая поляна. Охотник сбрасывает с заводных коней на землю связанные человеческие тела. Три тела, судя по лицам еще те душегубы.
Двадцати семи лучевая звезда, каменная глыба, обвитая рунами в центре.
— Вы мне поможете, — Лис укладывает первое тело на алтарь и начинает его разделывать.
От восхода до заката продолжается его грязное дело, они умирали долго и мучительно, а камень начинает светиться красноватым светом.
— Все, — кинжал погружается в сердце последней жертвы. — Умыться, переодеться и можно начинать.
Переодетый, со смытой кровью, охотник запрыгивает на алтарь. Раздаются рычащие, переходящие в яростное шипение звуки. Глыба начинает пульсировать, поднимается холодный, ураганные ветер, нещадно рвущий волосы и балахон Лиса. Последнее слово — камень рассыпается в мельчайшую пыль и накатывает темнота…
Вот как оно было. Нет, проклятий ты от меня не дождешься. Хотел бы сказать, что понимаю тебя, но мне такого пережить, слава богам, не приходилось. Пусть будет легок за гранью твой путь, полноправный темный охотник Лис! Ты жил с честью, ты ушел с ней. До встречи, брат, какой бы она не была. Чую, не долго ждать осталось.
Долго смотрел на его жизнь. Три часа по полудню, плюс-минус двадцать минут. Плечо, где расположилась татуировка, пронзает боль. Словно в него запустило когти какое-то хищное животное. И что это? Вскакиваю на ноги, «Зоркость» и начинаю озираться. Вон и гости, похоже, не придется тратить свою кровь на оплату услуг беса.
Багги, трое парней в самодельных доспехах и с оружием. «Щит тени», вовремя — в грудь бьет пуля. Вот же снайпер доморощенный! Раздаются крики и улюлюканье. Ближе, давайте ближе.
— Эй, бросай свою железку и останешься жив!
«Мерцание», два удара плашмя чеканом по передним седокам. Живые, но придут в себя не скоро. Удар в челюсть, и снайпер вылетает с заднего сиденья на землю. Взмах оружия и он становится на голову короче. Кровь выплескивается толчками и моментально впитывается потрескавшуюся почву. Не люблю, когда в меня стреляют. Хм, если тут все такие каннибалы и прочие асоциальные элементы, то несложно будет покорить эту часть суши. Эх, и для моих планов не подойдут, больно дохлые они. Зато точно каннибалы, по аурам это отчетливо видно. Да, как все же сложно подыскать хороший материал для опытов. Начинаю понимать Дракуленка. Усмехаюсь от этой мысли. Обыскать и связать живых, затем спокойно помедитировать, до заката много времени. Даже слишком…
Возвращаюсь в реальность от хриплого стона. Оглушал я их, не особо церемонясь. Вот кого-то выворачивает наизнанку. То ли еще будет, чувствую, вы еще позавидуете своему мертвому товарищу!
— Пришли в себя?
— Кто ты такой?! Быстро отпустил нас!
— Вы не в том положении, чтобы что-то требовать.
— Да Жрец из тебя шашлык приготовит!
— Кто?
— У него самый крупный клан! Он тебя из-под земли достанет!
— Воспитание отсутствует, — паскудно усмехаюсь и сбрасываю иллюзию с глаз. — Придется провести урок хороших манер…
Забавно, никакой крови, никакого расчленения, всего лишь воздействие сырой маной на отдельные точки человеческого организма. Минута и первый захлебывается в слезах и соплях.
— Будем говорить?
О, какое единодушие, какое желание рассказать все, что знают! А интересная фигура этот Жрец. Под два метра ростом, бельма, вместо глаз и лысая голова, фигура шкафом и странные способности. Псионик? Или все же мифические импланты? Интересно, так и хочется провести вивисекцию. Ой-е, похоже, что я заразился от вампиров, точнее от пары вампирш, неуемным любопытством! Жить становится все веселей и веселей. Точно, болезнь, передающаяся через кровь и половым путем. От этого сравнения начинаю громко хохотать. Хм, и смех изменился, какой-то неживой. Вон даже пленники побледнели еще больше. Все течет, все изменяется… Нажав несколько точек, отключаю каннибалов.
И самое приятное, у них оказывается навигатор, с обозначенными не разграбленными человеческими поселениями и с местами стоянками их братьев по разуму и вкусовым пристрастиям.
Фыркаю, не думал, что скажу такое, но мне дико не хватает нормального неба и солнца. Что-то этот «мир после конца света», начинает раздражать. Зато, какой сюжет для приключенческих романов и докторских диссертаций по психологии!
М-да, и когда уже этот закат? Мне скучно! Самое интересное, чеканом укоротил этого снайпера на целую голову, а крови на лезвии не было. Неужели впиталась? Если так, то, что мы сковали с подземником? Да и вот то перемещение оружия в руку, когда в ванной с «проклятием крови» общался, мне тоже непонятно. Все страньше и страньше, как говаривала Алиса.
Пообедать, да и Торквемаду с Хельтой не помешало бы покормить нормальной едой. А это их пюре… По вкусу практически как мокрая бумага!
Густой суп из мяса с крупой готов. Чуть остынет и можно угощать свою команду. Набиваю и раскуриваю трубку. Честно говоря, мне очень интересно, что из этого всего получится. Силой можно объединить кого угодно, но на штыках не усидеть. Земная история свидетельствует об этом.
Компаньоны высоко оценили мою стряпню. Хотя если бы я питался их основным блюдом, то и жареные крысы мне показались бы деликатесом! Кофейка выпить, правда уже заканчивается и покурить. Как там это благодушное состояние на Востоке называется? Вроде бы кейф.
Закат… И где это демоническая морда?
— Заклинатель! — передо мной материализуется бес, легок на помине. — Я все разведал!
— Рисуй, — киваю на землю.
— Вот, — скоре он указывает на простенький чертеж. — Это вы, это странный люди в горах, близко к ним не подходил — они меня пугают! Здесь едящие подобных себе, там тоже странный человек, по крайней мере, похож. А тут и тут подобные прошлым.
— Хорошая работа бес, — киваю, запоминаю карту. — Чем плату возьмешь, кровью или живыми?
Невооруженным глазом видно, как он борется сам с собой.
— Живыми!
— Если назовешь сое имя, то можешь забрать тех, что лежат связанными и труп.
— Да-да, я согласен! — дальше он произносит, совершено зубодробительную комбинацию, состоящую практически из одних согласных.
— Забирай, — кое-как произношу его имя. — И возвращайся в свой мир!
Бес радостно взвизгивает и практически мгновенно испаряется месте с телами. Носком сапога затираю пентакль.
— Что это было?
— Бес, Хельта, всего лишь бес. Смотри, — указываю на карту, — мы здесь, а нам нужно добраться вот сюда.
Она что-то смотрит на коммуникаторе, полученном от Альхара.
— Вроде бы это военная база.
— Тогда поехали!
Глава 19
Вот и предгорья, как раз к рассвету. По низким отрогам стелятся шапки плотного серого тумана, доносится какой-то невнятный шум, неприятно отзывающийся в голове. М-да, и это с учетом того, что мы находимся в бронетранспортере. Интересно.
Рисковать техникой не хочется, рисковать собой так же нет желания. Бесы не согласятся туда отправиться, а вызвать нечто более сильное, каламбур, мне пока не по силам. Ну-с, кто тогда будет добровольцем? Шаг вперед!