Разворачиваюсь, трое, с пивом и лицами, не обезображенными интеллектом. Похоже, что сейчас получу немного маны.
— Не курю.
— А по мелочи есть че? А то нам на пивасик не хватает, добавь, а?
— Нету, нищим на паперти последнюю отдал.
— А че ты так отвечаешь? Борзый сильно? — произносит главный, и вся троица приближается ко мне.
Отвожу руку за спину и беру траншейник обратным хватом.
— Вырубите меня, — предлагаю им. — Все, что найдете — ваше.
Троица разделяется и берет меня в кольцо. Применяю «Ускорение», причем машинально, привык я к этому заклинанию. Подныриваю под удар главного и резко бью в печень. Он сгибается. По наитию начинаю уклоняться, поэтому удар приходиться не в висок, а в плечо. От этого делаю шаг назад. Ногой пинаю одного из гопников под колено, кастетом траншейника бью в челюсть. Он опускается на асфальт и сплевывает кровь с осколками зубов. Остался один. Ого, рукопашкой похоже занимался. Блокирую и отвожу его удары. М-да, зря я мало уделял этому вниманию, да еще и ускорение выдохлось. Отпрыгиваю назад, чтобы успеть создать его снова. Не успеваю — кулак гопника врезается мне в нос, я же пинаю его в пах.
Кто там сказал, что это не честно? Честность это там, в спорте, а в уличных драках, как и в бою: или ты остаешься живым и более-менее целым, или подыхаешь. Все просто как три копейки. А все эти рассуждения о честности идут от людей, которые не то, что в бою, даже в драке не участвовали! Хотя немного привираю — участвовали, в песочнице из-за лопатки.
Прижимаю платок к разбитому носу, хорошо хоть не сломал! Затем несильными ударами в основание черепа отключаю всех троих. Жить будут, но когда придут в себя им будет плохо.
Кровь идет хорошо, не смотря на ритуал. Вот минус этого заклинания! Ускоряется пульс, и любое более-менее серьезное ранение приведет к смерти. Страшно представить, что будет с обычным человеком!
Хм, раз моя девушка еще не скоро вернется, то наверно навещу ту сектантку. Думаю, что совесть меня не будет грызть за поход налево — не известно вернусь ли домой.
— Да, — трубку поднимают после пары гудков.
— Вечер добрый, ты мне свой номер продиктовала в одном интересном месте…
— Ты?!
— Да, ты сегодня занята?
— Нет, свободна, а что? — заинтриговано, спрашивает она.
— Может быть встретимся?
— Подъезжай ко мне.
Ого, неожиданно. Конечно, рассчитывал на это, но не так быстро. Или тут что-то другое? Ладно, рискнем.
— Диктуй адрес, красавица.
Она скороговоркой произносит его. Забавное совпадение — три квартала от моего нынешнего местоположения.
— Скоро буду, — говорю и отключаюсь.
Сменив иллюзию на лице, захожу в круглосуточный магазин и покупаю по бутылке воды и вина, коробку конфет и упаковку резинотехнических изделий. Вроде бы под номером два, но это и не важно. Теперь цветы и все.
Все же есть плюсы обитания в крупном городе: достать можно все, что душе угодно! Нужны лишь желание, для некоторых товаров связи и самое главное — нужная сумма наличности в кармане. Вот так я и обзавелся симкой на Иванова Ивана Ивановича — не хочется светить законного владельца этого тела. А если убрать лирические размышления, то цветы я купил. Так как со страхами надо бороться, то неудивительно, что это шикарный букет алых роз.
В одной руке цветы, в другой пакет, именно в таком виде я подошел к нужному мне дому. Дверь с кодовым замком приоткрыта. Эх, надеюсь, что там будет засада…
Беру розы в руку с пакетом и складываю пальцы на освободившийся в Знак ускорения, просто на всякий случай. Так же меняю иллюзию и неспешно поднимаюсь по лестнице — никогда не доверял лифтам! Лицо от крови вроде бы нормально отмыл, платок сжег, не стоит разбрасываться такими вещами. Вот и четвертый этаж, подхожу и нажимаю кнопку звонка, возле нужной квартиры. Раздается переливчатая трель и звук легких шагов.
Дверь распахивается, на пороге замирает новая знакомая в коротком черном халатике и распущенными волосами.
— Вечер добрый, — произношу я, — в квартиру впустишь или через порог будем общаться?
— Ой, заходи, — она немного отодвигается, но недостаточно — прохожу впритирку к ней.
— Благодарю, это тебе, — протягиваю ей цветы.
Она утыкается в них носом на пару мгновении и когда поднимает лицо, то на нем видна тонкая улыбка. Кладет букет на тумбочку и закрывает дверь.
— Чем займемся? — интересуется девушка, теребя поясок халата.
— Для начала я бы предложил накормить меня ужином…
— Все вы одинаковы! — она начинает смеяться, приятный он у нее. — Ладно уж, пошли. Борщ будешь?
— Еще как, я так и не научился его нормально готовить. Ладно, спрашивай, что хотела, но потом ответишь на мои вопросы.
— Хорошо. Кто ты? Что с твоим лицом?
— Человек. Магия.
— Ее не существует! — восклицает девушка, наливая в глубокую тарелку борща.
— Если ее практически нет в этом мире, то это не значит, что ее больше нигде нет.
— Ты — пришелец?!
— Нет, — с одной стороны и солгал, а с другой это правда. — А что ты делала в обществе этих сектантов?
Ложь плохо сказывается на ауре, а та в свою очередь влияет на жизнь и ее продолжительность. Так что сначала обучения магии стараюсь не врать. А если не удается избежать этого, то говорю полуправду или просто молчу.
— Я диплом пишу, как раз на эту тему, полгода изучала их.
— Успешно?
— Средне, половина по цензуре не пройдет…
— Понятно, — с удовольствием начинаю есть горячий борщ со сметаной.
— А чем ты докажешь, что магия реальна? Твое лицо может быть результатом работы какого-то прибора.
Складываю пальцы в Знак льда и замораживаю чай в кружке. Затем переворачиваю посудину к верху дном.
— А еще что-нибудь? — девушка смотрит на меня как ребенок на фокусника в цирке.
Не отрываясь от еды, зажигаю огонек над кончиком пальца.
— Класс! А этому можно научиться?
— Можно, но сложно — учителей нет, знания или скрыты, или уничтожены. Да и потоки магической энергии в этом мире рассеяны до безобразия.
— Грустно…
— Не уверен, — потираю подбородок, — магия это не столько фокусы, сколько ежедневная работа над собой, без выходных и праздников, так еще и с неизвестным результатом.
— А почему ты занимаешься?
— Сначала из любопытства, сейчас она так же привычна как дыхание. Благодарю, все было очень вкусно.
— Не за что, — улыбается она, пола халатика сползает, оголяя симпатичную ножку до бедра, — а сейчас, что будем делать?
— Я на перекур, потом, думаю, выпьем вина, а дальше по ситуации, такой план пойдет, красавица?
— Хорошо, — она притворно надувает губки, — можешь покурить на балконе.
Киваю и следую ее рекомендации. Хорошая девушка. Чувствую исходящий от нее интерес и что-то похожее на любовь. Только этого мне не хватало! М-да, вот до чего доводит энерговампиризм!
— Иди сюда! — раздается ее окрик.
Иду на голос и оказываюсь в комнате: среднего размера, кровать отделена от нее книжным шкафом и ширмой, диван, пара шкафов для вещей, стол с ноутбуком и телевизор. Вот и вся обстановка. Моя знакомая сидит на диване, подвернув ножки под себя. На столике стоит бутылка вина и пара бокалов.
— А ведь я так и не знаю твоего имени… — действительно непростительный для культурного человека промах, но мне кажется, что я ее уже сто лет знаю.
— Алиса, а ты?
— Как тебе нравиться — так и называй.
— Ладно, будешь Иоганном — мне кажется, что и ты заключил сделку… — она улыбается, пристально смотря мне в глаза. — Открой вино, пожалуйста.
Банально конечно, но я сам предложил. Бутылка открыта, содержимое разлито по бокалам, и мы беседуем ни о чем.
— Поцелуй меня, — шепчет девушка, тесно прижимаясь ко мне.
Целую ее в губы. Она приоткрывает их и поцелуй становиться глубоким. Напоследок снова прокусываю ее нижнюю губу, девушка негромко стонет. Терпкий вкус ее губ, металлический привкус крови… Интересное сочетание.
Она отстраняется, встает с дивана и на секунду замирает, словно что-то решая. Затем развязывает поясок, и халат стекает на пол. На ней остаются лишь кружевные трусики черного цвета, подчеркивающие белоснежность кожи. Красивое тело: длинные стройные ножки, подтянутое тело с упругими холмиками грудей и затвердевшими сосочками. Алиса взмахивает головой, и волосы укрывают ее как плащом.
— Пойдем, — ее голос становится более глубоким и чуть хрипловатым, наклонившись, Алиса подбирает поясок, а затем берет меня за руку.
Она забирается на кровать, отдает мне ленту ткани, затем опускается на колени и кладет руки на спинку кровати.
— Привяжи их, — просит девушка.
— Зачем?
— Мы хоть и похожи на кошек, но нам нужна твердая хозяйская рука, которая не только погладит, но и накажет.
— А я твой хозяин? — вскидываю бровь и потираю подбородок, надо будет побриться.
— Ты больше всех подходишь, пожалуйста…
— Давай обойдемся без этого, — нежно царапаю ее между лопаток, тело под ладонью обжигающе горячее, а девушка прогибается в спинке, едва не мурлыкая. — Тебе и без этого понравиться, обещаю.
— Хорошо…
Ночь проходит бурно, Алиса довольна, а вот соседи наверно нет — больно девушка громкая попалась, хотя голос у нее красивый, мелодичный. Зато перстень неплохо зарядился. Был бы я свободен, то точно бы с ней и остался, такая гремучая смесь…
Тепло попрощавшись и пообещав еще зайти, ухожу в свое логово — готовиться к охоте.
В собственной квартире меня встречает возмущенное мяуканье Торквемады.
— И чего кричим? Еды и воды я тебе оставил с достатком, — почесываю его за ушками. — Одному скучно?
Он мотает головой и уходит на кухню. Иду за ним, ну да, еда еще осталась. Меняю воду и отправляюсь спать, а то ночь была хоть и приятной, но утомительной.
Просыпаюсь после полудня. Вроде бы отдохнул, но мышцы тянет. Теперь нужно заняться подготовкой. Из шкафа достаю неприметную куртку и потертые джинсы. Начинаю точить траншейник. Надо будет заказать копию, все же это не мой клинок и будет некрасиво его забирать. Так, я помню, что у меня был мультитул и пара скальпелей, надо поискать.