Где та самая шкала ценностей? Вот эти люди хорошие, потому что на престижной работе служат. А эти не очень.
Аля присматривалась к мужчинам в своей фирме. Был момент, когда даже подумывала о замене. И коллеги пытались приударить за ней на нечастых вечеринках.
Костя на «корпоративы» с ней не ходил.
– Не, кто я там среди твоих? И галстук ни за что не надену, хоть стреляй, – постоянно отшучивался Костя. Не ревновал ее, был в жене уверен.
– Кость, ну при чем тут галстук? Должен же меня кто-нибудь сопровождать?!
– Я тебя посопровождаю! Привезу, отвезу. Хочешь, в машине посижу, подожду. Всего-то пару часов. Не, давай сама.
И Алька давала «сама». Но во время всех этих напыщенных праздников ей было неуютно и хотелось скорей в машину, к Косте. А увидев Костю, опять начинала нервничать и искать повод, чтобы к нему придраться.
В этот отпуск Аля хотела посмотреть на мужа со стороны. Побыть втроем. И решить наконец, что ей самой нужно. Что важно? Галстук или муж. Вот такой, какой он есть. Немножко расхлябанный, не очень образованный. Но добрый, любящий, настоящий. Ее муж.
Она сидела на плетеном стуле и задумчиво вглядывалась в лунную дорожку на черном море. Внизу шумел прибой, издалека доносились протяжные звуки сиртаки.
Кто-то должен сделать шаг навстречу. И его сделает она, Аля. Она это поняла здесь, на полуострове Пелопоннес. И пусть для этого придется немножечко спуститься по лестнице. На одну маленькую ступенечку. А может, на ней и остаться. Но она сохранит свою семью. Она попробует.
23.07.2009
В соответствии с возрастом
Раиса Савельевна устало присела на скамейку. Полосатая вязаная шапочка, надетая больше для красоты, съехала немного набок. Женщина, тихо ругнувшись, поправила ее и скосила взгляд: не заметил ли мужчина, сидевший рядом, ее непроизвольного высказывания? Да нет, все нормально, мужчина смотрел в другую сторону, на пробегающих мимо спортсменов. А ей нужно как-то справляться с нервами, подумаешь, шапка на затылок сбилась! Это все ее работа. Не выругаешься, толку не будет. Она тоже засмотрелась на бегунов. Хорошо им, бегают вместе, а Раиса – одна. Сына вырастила, с мужем рассталась двадцать лет назад. Ну, допустим, об этом она никогда не жалела. Да и вообще, жизнь свою она считала состоявшейся и успешной.
На прошлой неделе в кафе, где она работала заведующей, бурно отметили ее шестидесятипятилетие, а она при этом совершенно не чувствовала своего возраста. Праздник удался, она сама осталась довольна. Сколько же ей наговорили комплиментов: и что красавица, и что на свой возраст не выглядит – спина прямая, фигура идеальная, улыбка роскошная, волосы всегда в прическе. Раиса невольно улыбнулась, вспоминая юбилей.
Понятное дело, она готовилась, заранее купила абонемент в бассейн, бегала каждый день перед работой по полчаса, регулярно посещала косметолога, проколола модные витамины. А что? Помогло! Не зря подруга Ираида скривилась при встрече: «Возраст все равно не скроешь!» Может, и не скроешь, но почему же не попытаться?
Платье пошила у своей давней портнихи. Решила не комплексовать и не оглядываться на свои шестьдесят пять. Ее любимый цвет красный? Вот и пусть платье будет красным. В конце концов, это ее юбилей, и в первую очередь нравиться должно ей самой.
– Рай, ты уверена про голую спину? – засомневалась портниха.
– Ну так не до попы же голая, подумаешь, небольшой вырез. Пока горб не вырос, будем открывать. На плечи шарф бежевый наброшу. Ну ты помнишь, у меня есть такой, ажурный.
– А, ну с шарфиком – это совсем другое дело. В талии утягивать?
– Естественно! А то еще засомневаются в моей стройности, подумают, что я вширь ползти начала. Не дождутся.
Своим красным платьем Раиса Савельевна сразила коллег наповал. Она осталась очень довольна произведенным эффектом. Стол ломился от угощений, она заранее побеспокоилась, чтобы девчонки-поварихи сочинили частушки, разведала, будет ли грамота из Главка и приедет ли Сам. Сам приехал и грамоту зачитал, и ручку поцеловал, и памятные часы подарил.
Ну что ж, воспоминаний на следующие пять лет хватит с лихвой. На семьдесят лет уж красное шить она точно не станет. Да, статус не тот. Можно обойтись чем-нибудь ярко-синим. Понятное дело, дожить еще надо. Но сколько же ей сказали прекрасных слов. Что без нее-де на работе никак, все бы давно развалилось. А что? И впрямь бы развалилось. И про душу ее, и про доброту, и про понимание. Раиса Савельевна уже начинала забывать, что говорили девчата сами, а что – по ее предварительным наброскам. Зачем об этом вспоминать? Говорили? Ну вот и слава богу. Она хороший руководитель; главное, самой в этом не сомневаться.
– Что-то вас не было видно целую неделю. – Сидевший рядом мужчина сказал это настолько неожиданно, что Раиса аж вздрогнула.
– Это вы мне?
– Вам. Извините, я не представился. Игорь Евгеньевич. – Мужчина привстал и слегка приподнял шляпу.
– Раиса Савельевна, – ответила Раиса слегка осипшим от замешательства голосом.
– Знаете, я по утрам прогуливаюсь в парке и наблюдаю за тем, как вы бегаете. Радуюсь вашей решительной спортивности, вашей активности. Удивительно вы бодрая женщина. Вот посмотрите: старушки или сиднем сидят, или с внучатами. А вы все бегом, бегом.
Раиса не знала, как реагировать: это комплимент или наоборот? Чего это он про старушек? Она считала, что выглядит лет на пятьдесят. Понятное дело, в пятьдесят запросто можно стать бабушкой. Но можно же сказать – «молодая бабушка». А тут – «старушка». Нужно отметить, что вообще мужчина выражался витиевато и красиво. Ей, безусловно, понравилось его «решительно спортивна»; выглядел он тоже достаточно импозантно. Плащ, шляпа. Раиса Савельевна решила пропустить мимо ушей про старушек и не сравнивать его, в свою очередь, со старичком-боровичком.
– Движение – это моя жизнь, я много работаю, занимаю руководящий пост, у меня в подчинении несколько десятков человек. Я должна быть примером. – Раиса еще больше выпрямила спину и порадовалась, что перед выходом не только накрасила губы, но и подвела глаза. Она еще раз поправила шапочку, но уже кокетливо, и улыбнулась мужчине.
Игорь Евгеньевич улыбнулся в ответ.
– А я вот вышел на пенсию полгода назад. Но, знаете, скучаю, думал, буду читать, гулять. Три месяца наслаждался тем, что никуда не надо бежать, ни за что отвечать. Дочь с семьей живет в другом городе, жену похоронил шесть лет назад, живу для себя. Вроде бы чего еще желать, отдыхай себе на здоровье. И вдруг очень остро почувствовал одиночество. Вот вы по этому парку бегаете каждый день и по сторонам не смотрите, вся в своих мыслях, в проблемах. А у меня проблем никаких! Через день хожу в магазин за продуктами, мне много не надо, просто чтобы куда-нибудь сходить. Сам себе готовлю. Тоже без изысков. Читаю, в девять – просмотр программы «Время», после – обязательно включаю один какой-нибудь фильм, вроде как в распорядке это у меня, и спать. Все. Начал закисать. Смотрю на вас и радуюсь, сколько в вас жизни, бодрости. Я вас, конечно же, постарше. Вам сколько – шестьдесят? Шестьдесят пять?
Нет, ну что за мужик? Кто вот так спрашивает женщину про ее возраст. Шестьдесят пять? А чего сразу не спросил про семьдесят? Чего уж мелочиться! Вот ведь гриб старый. Незнакомец начал Раису слегка раздражать.
– А вам? – Раиса ответила вопросом на вопрос.
– Я сморозил глупость? Я вас обидел? Душечка, вы прекрасно выглядите! На вас удивительно приятно смотреть. Просто с высоты моего возраста я уже хорошо понимаю, что и как. Мне семьдесят пять лет. Мы с вами уже в том возрасте, когда хочется говорить прямо. Не загадками; тем более на их отгадывание остается не так много времени. Да и жалко того времени. Лучше потратить его на приятное общение. Вы со мной согласны?
– Согласна. – Раиса опять быстро простила незнакомцу его неловкость. И потом, эта «душечка». На работе, в кафе, ее называли исключительно Савельевна. – Ну что ж, давайте общаться. Я согласная. Ах, ну да, а мне шестьдесят пять! На прошлой неделе у нас в кафе отметили. Я же не сказала, я заведующая кафе. А приходите к нам, я вас накормлю вкусно!
– Спасибо, Раиса Савельевна, но как-то неловко. Вам же нужно будет как-то представить меня своим коллегам. И что вы скажете?
– Вы правы, я не подумала. А приходите домой! Действительно, чего тянуть. Приходите прямо завтра! У нас с завтрашнего дня в меню рулеты вкусные, я их захвачу, мы и поедим. Из еды ничего приносить не надо, вино и шампанское тоже имеется. Вы что пьете? Может, коньяк? Тоже есть.
– Раиса Савельевна, это невероятно любезно с вашей стороны. Мне с вами очень легко.
Раиса рассмеялась, еще раз продемонстрировав улыбку, и поднялась со скамейки.
– С вашего позволения, я вас провожу. – Игорь Евгеньевич легко встал рядом и с легким поклоном предложил даме руку. Раиса с достоинством взяла кавалера под руку, и они неторопливо пошли по аллее в сторону дома, где жила Раиса Савельевна.
По дороге Игорь Евгеньевич рассказывал о себе, о конструкторском бюро, в котором работал. Раиса слушала и удивлялась. Как давно она просто так не разговаривала с мужчинами. По работе – да. Но какой это разговор? Про план, про выход готовой продукции. С работягами, говоря про мелкий ремонт, и вовсе пользовалась ненормативной лексикой. А что поделаешь, иначе они не понимают. Со своим замом общалась без особой лексики, но если не наорешь, то тоже не поймет. Сама иногда удивлялась: и чего она все время на него орет, он же не глухой? Но в то же время была уверена: не накричит, тот ничего не сделает. Сама виновата, приучила. Поварихи в кафе – все женщины, официантки тоже.
В управлении – да, там мужичков хватало. Но говорили опять же про планы, про проблемы. Если что хотел начальник донести до нее неформальное, то как-то криво улыбался и подмигивал. Не нравились Раисе Савельевне эти ухмылочки. На этом недвусмысленном намеке руководителя она каждый раз резко ударяла ладонью по столу, с шумом отодвигала стул и говорила одну и ту же фразу: